Мститель с того света - Алексей Макеев

– Вопрос – зачем? – сразу же спросил Орлов. – Какой мотив у Горобца?

– Вариантов много, и все реальные. Старые делишки, разборки, претензии. Свел счеты – это не мотив? Или Фролов прятал в погребе нечто ценное, на часть которого по их договоренности имел право. Горобец решил не делиться и убил подельника. Это не мотив? Ну, самый вероятный – Горобец убил Фролова, чтобы выдать его труп за свой собственный.

– Весьма удачно выдал, между прочим, – вставил Крячко. – Вот на какой вопрос мы никак не найдем ответа, это зачем Горобец так подставляется, зачем ему нанимать рабочих кладбища ухаживать за могилой? Он что, любил Фролова как друга?

– Да, мы об этом много говорили, – согласился Гуров, – много размышляли и никак не найдем ответа. Так удачно уйти в тень и снова показываться оттуда и намекать на то, что он все еще жив. Нелепость!

– Играет он с тобой, Гуров! – вздохнул Орлов. – Заигрался парень, считает себя неуловимым.

– Нет, тут что-то другое. Он не в неуловимого играет, – возразил Лев. – Не знаю пока в кого.

– Вот он тебе придумает новое задание, и сразу сообразишь, в кого он играет, – подвел итог генерал. – Вот что, ребята. Хватит ловить тени за хвост. Ноги в руки и пошли по связям Горобца, по его родственникам, по подельникам, по прошлым судимостям, по бабам, по «малинам». Где-то нам его надо перехватить, есть где-то его след. Он должен где-то жить, у него должны быть помощники, ему кто-то поставляет информацию. Не может он в вакууме жить. Вычислить его срочно или нащупать, как хирург нащупывает опухоль.

– Кстати, – напомнил Морозов, молчавший до сих пор, – а почему так долго нет заданий от Режиссера? Он же обещал устроить Льву Ивановичу квест под названием «Жизнь». Вяло он исполняет свою режиссерскую роль.

– Подготовка его хитростей, – ответил Крячко, – как та ловушка в подземном переходе, занимает много времени, так что все объяснимо.

– Он приготовит теперь что-то похитрее, – невесело заметил Гуров. – Нутром чую, что мы его опять недооцениваем.

– Вот и спешите! – рыкнул Орлов, прихлопнув крышку стола широкой ладонью.

Связями Горобца Лев отправил заниматься Морозова. У них в МУРе достаточно информации по уголовному миру каждого района и микрорайона. И выяснить, упоминалась ли когда и в связи с чем фамилия Горобца, было делом времени. К тому же через Морозова Гуров отправил задание начальнику МУРа, озадачить агентуру своих оперативников на выяснение участия Горобца в преступлениях, его связей и контактов после освобождения.

Крячко уехал поговорить с соседями квартиры, в которой жила мать Горобца, скончавшаяся шесть лет назад, когда сынок еще сидел в колонии. Квартиру забрал муниципалитет, после того как на Горобца выписали свидетельство о смерти. Возможно, что преступник там появлялся, возможно, у него в квартире было что-то спрятано из ранее похищенного, хотя обыски во время последнего следствия проводились. В любом случае Горобец мог там появляться, и нужен был опыт Крячко, чтобы понять это, чтобы умно расспросить соседей.

Сам Гуров решил съездить в подмосковный поселок Никифорово, где жила бабушка Горобца по отцовской линии. Во всех документах, включая и старые оперативные, Аглая Николаевна считалась близкой родственницей, с которой мать Горобца поддерживала отношения и часто ее навещала. Да и сам Горобец, как было установлено, бывал в Никифорове не только в детстве.

Крячко попытался убедить Гурова взять с собой оперативников, а еще лучше группу ОМОНа. Горобец вполне мог скрываться в Никифорове. Неизвестно, что там с домом его бабушки, продали его после ее смерти несколько лет назад или нет. Но Гуров был уверен, что Горобец там прятаться не будет. Во-первых, он прекрасно знал возможности уголовного розыска и понимал, что установить наличие бабушки и ее адрес несложно. Сыщики первым делом обязательно проверят все адреса родственников, когда начнут его искать. А во-вторых, ему просто неудобно проворачивать свои делишки, живя в Никифорове. Через поселок не проходила ветка электрички, он лежал не на большой трассе, а в стороне, и автобусы ходили через поселок всего три раза в день. А пользоваться краденой машиной Горобец постоянно не будет.

– Нет, Станислав, – убежденно заявлял Гуров, – Горобец в Москве, он близко от центра, он должен следить за мной, за нашими действиями, у него тут наверняка помощники и информаторы, с которыми нужно постоянно поддерживать связь. Нечего ему в Никифорове делать! Тем более теперь, когда он, в результате наблюдаемой им воочию эксгумации, убедился, что мы разгадали его ход с трупом Фролова. Он станет избегать мест, где мы будем его искать в первую очередь. Рассматривай мой выезд в Никифорово как просто дежурное мероприятие, которое мы обязаны выполнить в рамках этого дела.

Во дворе министерства Гурова в машине ждал Сашка Артемьев.

– Снова с вами, Лев Иванович? – улыбнулся он, распахивая дверку. – Прошу!

– Ты чего такой веселый, Санек? – удивился сыщик.

– День удачный, – садясь на водительское сиденье и заводя мотор, ответил Артемьев. – Во-первых, я должен был с утра ехать в Северо-Западный округ на одно занудное мероприятие, и мне пришлось бы тащиться в пробках и включать мигалку, а я это не люблю, потому что мы должны вызывать уважение у людей со своими полицейскими номерами на машинах и своими сиренами. В последнее время я только и слышу про «пузанов», которые ездят по своим личным делам на служебной машине с включенной сиреной. Люблю, когда говорят, вон орлы наши полетели, раз с сиреной, значит, брать кого-то, значит, хорошо сработали.

– Ну, брать с сиренами не ездят, – улыбнулся Лев, – но мысль ясна. А во-вторых?

– А во-вторых, когда я с вами езжу, у меня весь день идет хорошо. Вы мне удачу приносите.

– Ух ты! Вот не ожидал, что во мне такие таланты имеются. А в-третьих, я полагаю, тебе, как и всякому нормальному водителю, нравится ехать быстро по пустой дороге и желательно за город, а не по городским улицам, тыкаясь в светофоры и пешеходные переходы.

– Точно!

До Никифорова они добрались относительно быстро благодаря тому, что Сашка знал все улицы в столице, знал, как объехать очередную пробку и какие магистральные улицы в какое время суток больше загружены. В администрации поселка начальства не оказалось, но деловая молоденькая веснушчатая девушка довольно легко нашла в каких-то папках сведения, что дом Аглаи Николаевны Горобец никому не продавался и сделка не фиксировалась, а заодно и то, что в доме никто больше не прописывался и изменения в домовую книгу не вносились.

– Ну что, Сашка, поехали, – сказал Гуров, выйдя на улицу, где возле машины топтался Артемьев.

– Лев Иванович! – Водитель горестно развел руками и виновато опустил глаза. – Маленькое ЧП у нас – колесо пробили. Где-то я гвоздь поймал.

Гуров обошел машину и посмотрел на спущенное заднее колесо. Сашка кинулся в багажник доставать запаску и инструмент.

– Сейчас, Лев Иванович, буквально минута. Я колесо поменяю, и двинемся.