Одно сердце на двоих - Александр Тамоников

— Поставь шампанское на стол и иди в ванную. Там есть все, что надо, халат в том числе.

Он поставил шампанское, но в ванную не пошел. Присел в кресло.

Инга вернулась с вазой, до половины наполненной водой, опустила в нее букет, расправила цветы и заявила:

— А аромат-то какой! Удивил, не скрою. А ты чего сидишь?

— Не спеши, Инга. Устал я что-то в дороге.

— Так душ и снимет усталость. Могу дать таблеточку, от которой ты возбудишься, как взбесившийся бык.

— Я и так уже возбужден. Но давай посидим немного, выпьем шампанского. Всего минут десять.

— Ладно. А в спальне уже все готово.

— Чуть позже. Давай посуду.

Она достала из той же стенки бокалы.

Он открыл шампанское, разлил и сказал:

— За тебя, Инга!

— Какой необычный день сегодня. Мне дарят цветы, за меня поднимают тост!

— Да, день сегодня еще тот, — заявил Галдин и отпил глоток.

Инга пересела на подлокотник его кресла, распахнула пеньюар. Он видел ее манящее тело. Голова у него закружилась.

Но тут произошло то, что и должно было. В гостиную вошли двое мужчин в штатском. Но по их внешнему виду было понятно, что эти люди имеют прямое отношение к армии либо к какому-то другому силовому ведомству.

Галдин оставил дверь открытой. Барышня при виде цветов забыла о ней.

— Ой! Кто вы? — спросила она и прижалась к Вадиму. — Кто это? Неужели?..

Он посмотрел в ее глаза и сказал:

— Нет, это не люди Артура.

— Да? А ты откуда?..

— Старший лейтенант, вы свободны, — заявил один из незваных гостей.

Галдин осторожно отстранил от себя Ингу, встал.

Ее глаза округлились от испуга.

— Вадим? Это что? Ты отдаешь меня им?

— Не беспокойся, эти люди не причинят тебе вреда.

— Какая же ты сволочь!

— Думаю, скоро ты изменишь свое мнение обо мне.

Галдин, стараясь не смотреть ни на девушку, ни на офицеров наркоконтроля, вышел на лестничную площадку, захлопнул дверь и прикурил сигарету.

«Да, подло получилось, — подумал он. — Я реально подставил девушку, которая так радовалась моему приезду, цветам. Но работа есть работа».

Он вышел на улицу, выбросил недокуренную сигарету, сел в машину, хотел было сразу двинуться в деревню, но изменил решение. Время у него было. Заезжать некуда, пожалуй, только за продуктами в гипермаркет, расположенный на выезде из города. Офицеры генерала Харанова провели в квартире Крутовой больше часа. Наконец-то они выбрались оттуда, не глядя по сторонам, прошли к стоянке, оборудованной у соседнего дома, там сели в «Лексус» и уехали.

«Неплохо оснащены ребята», — подумал Галдин.

Теперь он мог вновь зайти к Инге, но только для того, чтобы услышать о себе нечто весьма неприличное. Вадим сплюнул в открытое окно, завел «Ниву» и двинулся в сторону выезда из города. На окраине он закупил продукты в гипермаркете и благополучно доехал до Чернухи.

В это же время внутренний телефон Сухобокова сработал сигналом вызова.

Тот поднял трубку.

— Слушаю.

— Это Регина, босс.

— Чего тебе?

— Тут Нина Гвоздева. Говорит, с Еленой плохо.

— Что? Впусти ее.

Гвоздева вошла в кабинет.

Сухобоков повернулся к ней на кресле и осведомился:

— В чем дело, Нина?

— Понимаете, Леонид Борисович, я в половине третьего, как и всегда, понесла обед Елене, открыла дверь. Обычно она находилась в центральной комнате, где я и накрывала стол. А сегодня ее там не было. Я позвала и вдруг услышала стон из правой спальни. Я туда. Она лежит в постели, накрывшись двумя одеялами. Я к ней, мол, что произошло? Она стонет. Я потрогала ее, горит вся. Высокая температура. Стала смотреть, сняла одеяла. Елена за живот держится. Рядом с постелью лужа рвоты. Попыталась узнать, что произошло, она показала на бутылку колы, которую я принесла ей на завтрак. Она полупустая. Потом я под кровать посмотрела и нашла вот это. — Гвоздева положила на стол упаковку из-под таблеток, которые прописал пленнице личный доктор Сухобокова.

— Что, все выпила?

— В том-то и дело. Я было подумала, что она отравиться хотела, но в упаковке не было всего двух таблеток. Одну из них она вчера после ужина выпила.

— Черт побери! Что за ерунда? Она больше ничего выпить не могла?

— Нет. Я все проверила. Не было у нее ничего.

— Где доктор?

— Алексея Васильевича сегодня не было.

— Ты звонила ему?

— Нет, к вам пошла.

— Дура, твою мать! — Сухобоков схватил сотовый телефон, набрал номер. — Алексей!

— Да, — ответил врач.

— Немедленно ко мне в поместье!

— Но это невозможно, я в Москве. Вы же сами разрешили мне отъехать на один день.

— Совсем голова кругом.

— А что случилось-то? — спросил доктор.

Сухобоков передал трубку поварихе.

— На, объясняй!

Гвоздева, как уж смогла, обрисовала ситуацию и тут же вернула телефон Сухобокову.

— Что делать, Алексей? — спросил он.

— Срочно Елену в больницу.

— Какую к черту больницу? Что с ней?

— Похоже на отравление.

— Но от чего?

— В воде могло быть вещество, вызывающее сильное недомогание. Вы же знаете, кто делает у нас эти фирменные напитки. Гастарбайтеры в подвалах.

— А лекарство не могло быть не тем?

— Еще как могло! У нас и подпольных фармацевтов полно.

— Помнишь, где покупал пилюли?

— Нет, конечно. Я много лекарств беру и чеки не сохраняю.

— Вот это плохо.

— Вы сами разрешили до тысячи рублей. Не медлите! Елену надо срочно везти в больницу или вызвать «Скорую».

— Ты охренел? Какая может быть «Скорая»? В какую больницу везти?

— В городскую клиническую. Там главный врач Маревич Лев Владимирович. Я сейчас же свяжусь с ним. Бригада токсикологов будет ждать. Не медлите. Иначе все может закончиться очень плохо.

— Этого, вашу мать, мне еще не хватало! — Сухобоков отключил телефон и крикнул Гвоздевой: — Где муж?

— Только что на дворе был.

— Быстро… хотя нет. — Он вызвал начальника охраны по телефону. — Гвоздев!..

— Я, босс!

— Слушай внимательно. У Елены, похоже, сильное отравление. Кто кроме охранника и помощника находится в поместье?