Где собака зарыта - Спенсер Куинн

class="p1">– Вафелька здесь, вместе с Шерманом Ганзом, – скрип-скрип. – Живет в Вегасе, но по словам шерифа округа Рио-Локо, которому положен свой квадратик вот тут, владеет Клаусон-Уэллсом. Хм, может, тут помогла бы карта. Ранчо Рио-Локо, окружной центр, полигон для испытания вооружения, Вегас, и что насчет… – маркер двигался все быстрее и быстрее, белая доска становилась все более и более черной, голос Берни стал совсем нечетким, запах маркера потерял свою бодрящую силу.

– Мотоцикл… прицел… хижина… Сьюзи…

Глубокий вздох: это был уже я.

Трень-трень. Телефон. Я открыл глаза: кабинет, Берни сидит за столом, голова опущена на столешницу, глаза закрыты. Он с трудом приоткрыл веки, потянулся за телефоном и опрокинул его со стола.

– Берни? – с пола, куда упал телефон, донесся раздраженный голос, с которым я был хорошо знаком: Леда. Берни наклонился и пошарил под столом. – Ты здесь? – спросила она. – Это что, одна из твоих инфантильных…

– Гм, – произнес Берни, выбираясь из-под стола. – Э-э, привет.

– Что происходит? У тебя странный голос.

– Телефон, возможно… кхм. Плохая связь.

– Я тебя прекрасно слышу.

Берни сел в свое кресло за столом и ждал, выпрямив спину и насторожившись.

– Ты что, спал? – спросила Леда.

– В… – Берни посмотрел на часы, – час тридцать дня? Конечно, нет.

– Послушай, кое-что…

– Я слушаю.

– Пожалуйста, не перебивай, Берни. У меня едва хватает времени, чтобы все объяснить.

– Что объяснить? – спросил Берни, наклоняясь вперед и прижимая телефон к уху.

– Берни, пожалуйста.

– Что, пожалуйста?

– Пожалуйста, перестань перебивать.

– Я не перебиваю.

– Ты только что это сделал.

– Ничего я не делал.

– Берни, последний раз прошу.

Рот Берни открылся и закрылся. Он промолчал.

– Дело в том, – сказала Леда, – что Малькольм уехал из города по делам, а у нас внезапно обанкротился крупный вклад, так что мне придется остаться и все тут уладить, а у горничной выходной, и…

– Ты хочешь, чтобы я забрал Чарли из школы?

– Снова ты меня пере… – Леда осеклась. – Да, – сказала она, немного снизив голос. – И оставил его переночевать у себя, если сможешь.

Лицо Берни озарила широкая улыбка.

* * *

Чарли ходил в частную школу – это значит, что для того, чтобы туда ходить, нужно было платить деньги, даже если ты живешь в двух кварталах от лучшей государственной школы в Долине, за которую не нужно платить ни цента – такую речь я слышал от Берни неоднократно. Фактически – каждый раз, когда он подписывал чек. Чарли увидел нас и побежал через широкий школьный газон, подстриженный, как площадка для гольфа. По какой-то необъяснимой причине, каждый раз, когда я вижу газон, подстриженный как площадка для гольфа, на меня накатывает желание длинными прыжками носиться взад-вперед.

Чарли крепко обнял Берни, а затем крепко обнял меня, а потом я покатал его на спине. Эй! Да он немного подрос, впрочем, все равно почти ничего не весил, и я мог бы так его катать весь день.

– Это твоя собака? – спросил какой-то ребенок.

– Его зовут Чет, – сказал Чарли. – Я зову его Реактивный Чет, потому что он очень быстрый.

– Можно его погладить?

– Конечно.

Меня принялись гладить дети, и нам было ужасно весело. Так что это была хорошая школа, стоящая каждого пенни.

Когда мы вернулись домой, Чарли проголодался, поэтому мы немного перекусили: Чарли – печеньем с молоком, я – просто печеньем, а потом еще одним, потому что я тоже оказался голодным, а Берни – пивом и крендельками. Я ему помог, доев то, что осталось в пакете.

– Задали что-нибудь на дом? – спросил Берни после того, как мы закончили есть.

– Нет, – сказал Чарли.

– Тогда почему твой рюкзак такой тяжелый?

– Это тайна, покрытая мраком, – ответил Чарли. Берни рассмеялся. – Ты ведь этим занимаешься, да? Разгадываешь тайны?

– Иногда, – сказал Берни.

– А сколько плохих парней ты убил?

Берни на мгновение замолчал.

– Почему ты думаешь, что я кого-то убил?

– Так мама говорит.

Берни кивнул, глубоко вздохнул.

– На этой работе мы с Четом отправили нескольких плохих парней в тюрьму, но я никогда никого не убивал.

– Но мама…

Берни поднял руку, и Чарли сразу замолчал.

– Но война – это совсем другая история.

– Ты убивал плохих парней на войне?

– Да.

– А сколько?

Берни облизнул губы. Я видел, как это делают многие люди, в том числе почти все, кого Берни допрашивал, но ни разу не видел, чтобы губы облизывал сам Берни.

– Точно не знаю.

– Двух?

– Больше двух.

– Девять?

– Меньше девяти.

– Где-то между?

– Да.

Повисло молчание. Затем Чарли сказал:

– Это не очень много, пап.

Берни отвернулся, глядя в окно, а Чарли допил остатки молока, и на лице у него остались белые усы. Они мне очень нравились!

– Из-за чего случилась война? – спросил он.

– Не уверен, – ответил Берни. – И не уверен, что кто-то это знает.

– Но она все равно случилась?

– Некоторые войны так устроены – настоящие причины появляются позже, – сказал Берни. – Как насчет того, чтобы выйти на улицу и поиграть в мяч?

– Научи меня, как бросать закрученный мяч.

– Ты еще слишком молод, чтобы бросать закрученный мяч.

– Но мне нужно научиться делать бросок с переменой скорости.

– Я научу тебя, как бросать каттер.

– Как Ривера?

– Совсем как Ривера.

Или что-то в этом духе, я плохо слышал, потому что уже сидел у входной двери и ждал так терпеливо, как только мог.

Глава восемнадцатая

– Почистил зубы? – спросил Берни на следующее утро.

– Да, – сказал Чарли.

– Потому что я не слышал. чтобы ты сплевывал зубную пасту, – продолжил Берни. И что? Берни вообще много не слышал, но подождите-ка, я ведь тоже ничего не слышал! Эй, а Чарли тот еще хитрец!

Он рассмеялся.

– Иди почисти зубы, – велел Берни, и Чарли ушел в ванную комнату, а мы с Берни прошли в кабинет. Он снял со стены фотографию Ниагарского водопада, открыл сейф и достал из него конверт.

– Что там? – донесся голос Чарли из дверного проема.

– Быстро ты, – сказал Берни. – Сколько зубов ты почистил?

– Все, пап. Хочешь понюхать мое дыхание?

– Нет, спасибо.

Почему нет? Звучит как отличная идея. Я бочком подобрался к Чарли.

– Что в конверте? – спросил он. Несколько секунд Берни пристально его рассматривал, а затем вручил ему конверт. Чарли открыл клапан и достал из него журнал и фотографию Принцессы с нарисованной на ней мишенью. Это напомнило мне о мишени в пустыне и о самолете, который с воем и визгом упал с неба, и часть разговора я пропустил. Когда я снова вернулся в реальность, Чарли уже открыл журнал и вложил фотографию на место вырванной страницы.

– Подходит, – сказал он.

– Похоже на то, – согласился Берни.

– Это улика?

– Я