Снежная девочка - Хавьер Кастильо

– Это хорошо. Если из университета будет выпускаться больше таких журналистов, как он, это будет хорошим знаком. Может быть, там Джим приносит больше пользы, чем в «Дэйли», разоблачая корпоративные аферы и финансовые пирамиды. Я не думаю, что это была его сфера, понимаешь? Журналист должен найти тему, которой он увлечен, и погрузиться в нее с головой, а я всегда отмечал, что, несмотря на язвительный взгляд и критический дух, он так и не нашел достойного сюжета.

– Это он обратил мое внимание на историю Киры, – сказала Мирен, пытаясь похвалить его еще немного.

– Возможно, исчезновение девочки – как раз его тема. Я мог бы нанять его, чтобы он работал с тобой. В конце концов, пять лет назад именно он порекомендовал взять твой эксклюзив об освобождении того парня, который пытался похитить маленькую девочку, с теми его кассетами.

– Я спрошу его. Я давно с ним не разговаривала. Возможно, он захочет помочь.

– Держи меня в курсе дела, пожалуйста. Две статьи в неделю. И посмотрим, сколько будет материала в дальнейшем.

– Большое спасибо, мистер Маркс.

– Секунду… я не закончил.

– Да?

– Про изнасилование это правда? – спросил он внезапно. Он уставился на Мирен в ожидании ответа. Она не знала, было ли это сочувствие или простой интерес.

Девушка молча кивнула. Она выглядела настолько серьезно, что Фил Маркс ощутил некоторую неловкость.

– Тебе не обязательно было поднимать эту тему в статье, – сказал мистер Маркс.

– Я знаю.

– И почему ты это сделала?

– Мне нужно было исцелиться.

– Я понимаю, – сказал он, кивнув, а затем продолжил: – Того, кто это сделал, так и не поймали?

– Полиция – нет, – ответила Мирен и вышла из кабинета.

Она вернулась к своему столу, где новая девушка-стажер принимала звонок, а ее напарник внимательно смотрел на то, что она записывает в блокнот на пружинах. Заметив возвращение Мирен, он пару раз постучал по руке коллеги. Девушка повернулась и продолжила внимательно слушать, кивая, а Мирен наблюдала. Затем девушка с суровым выражением лица принялась снова что-то строчить в блокноте. Спросив имя и контакты собеседника на случай повторного разговора, она повесила трубку.

– Я только что разговаривала с начальством, – с серьезным видом сказала Мирен. – У меня хорошие новости.

– Вы напрямую общаетесь с Филом Марксом, издателем «Пресс»?

– Иногда да, но только когда ты облажался или когда сделал что-то хорошее.

– И что он вам сказал?

– Вкратце, что сегодняшняя газета продается как горячие пирожки. Объясню. Как я и говорила, хорошие новости, вы оба остаетесь. Трехмесячная стажировка. Пятьсот долларов в месяц плюс компенсация расходов на проезд. Питание за ваш счет. Можете приносить еду с собой. Внизу есть кухня. Поздравляю, вы только что вступили в мир журналистики. Отнесите документы в отдел кадров, это на два этажа выше. А сейчас… были ли какие-то звонки не от психов с дурацкими зацепками?

– Какими дурацкими зацепками? – спросил парень. – Пока звонили только двое.

– Хороший вопрос. Расскажите, что у вас есть, и я вам отвечу. Это будет хорошее упражнение.

– Первый звонок был от женщины из Нью-Джерси, которая заявила, что девочка на фотографии очень похожа на ее племянницу.

– Вот это дурацкая зацепка. Второй звонок?

– Не знаю, говорить ли об этом, – вклинилась девушка.

– Давай.

– Речь идет об игрушках.

– Может, глупость, а может, и нет. Продолжай.

– Владелец магазина игрушек говорит, что кукольный домик на картинке похож на «Маленький дом и сад» от «Томи Корпорейшн Калифорния». Редкая сегодня модель, которая была относительно популярна в 1990-х годах.

– Интересно. Это не дурацкая зацепка. Возможно, мы что-то и выудим. Поищите в интернете список всех магазинов игрушек, где продаются кукольные домики. Продолжайте отвечать на звонки. У меня есть кое-какие дела. Если вам что-нибудь понадобится, попросите у секретаря Эли. – Мирен записала свой номер в блокнот. – Если будет что-то стоящее, позвоните мне по этому номеру.

– До скольких? До какого часа нам принимать звонки?

– До какого часа? Разве я не говорила вам, что вы уже являетесь частью мира журналистики?

Стажеры в замешательстве переглянулись, но намек поняли. Улыбнувшись, Мирен ушла, оставив их за столом. Телефон зазвонил снова, и теперь была очередь парня отвечать на звонок. Его напарница стояла в стороне, глядя, как Мирен уверенно шагает к двери, и испытывала что-то вроде восхищения.

На ходу Мирен задумалась, не зря ли она сказала ту фразу Филу Марксу, и мысленно повторила ее: «Полиция – нет».

Глава 35

Любовь расцветает даже в самых темных уголках.

12 сентября 2000

Место неизвестно

Уильям, одетый в джинсы и голубую рубашку-поло, с широкой улыбкой открыл дверь, держа в руках огромную коробку, завернутую в красную оберточную бумагу. Было одиннадцать часов утра, и Кира выбежала из своей комнаты, радостно крича и распахнув объятия.

– Это мне? Это мое? – восклицала она.

Айрис вышла из кухни и улыбнулась.

– Что это?

– Я увидел это в витрине и подумал, что тебе понравится.

– Что это? – радостно закричала девочка.

– С днем рождения, Мила, – сказал Уилл.

– У меня сегодня день рождения?

– Конечно, милая, – солгал он, зная, что это не имеет значения. – Тебе пять лет. Ты уже совсем взрослая.

Айрис слегка расстроилась, но решила не вмешиваться. Годом ранее они подарили ей куклу, которая наскучила Кире уже через два дня. Если размер игрушки соответствовал размеру коробки, то она наверняка стоила целое состояние и они не могли себе этого позволить, особенно если Кире она надоест так же быстро, как та кукла.

– Не волнуйся, ладно? Там была распродажа, – сказал Уилл Айрис, пока Кира прыгала от счастья.

Уилл поставил коробку на стеклянный столик в гостиной, и Кира безудержно засмеялась, глядя на подарок, который доходил ей до лба.

– На самом деле он не такой уж и большой. Просто коробка такая, – сказал Уилл, оправдываясь.

– Это гигантский подарок! Это самый большой подарок в мире!

Маленькая Мила разорвала бумагу и увидела огромную коробку с прозрачной пластиковой крышкой, а внутри – игрушечный домик, обставленный мебелью, с садом. На коробке крупными буквами было написано «Маленький дом и сад», но Мила пока толком не умела читать, и ее интересовало только содержимое.

– Домик! Это домик!

Айрис взглянула на Уилла и не могла не улыбнуться. Кира была счастлива впервые за последние несколько недель. По ночам она страдала от кошмаров, а днем была вялой и не хотела ничего делать по дому. Айрис, которая пыталась учить ее сама и по мере сил заниматься