Кодекс мстителя - Владимир Колычев

Стыки в плитах совсем не плотные, местами в них запросто пролез бы человек. Имелись здесь и проломы, куда можно было сбросить труп.

Возле одного из них Саянов остановился. Именно сюда он и собирался спихнуть мое бренное тело. Ведь если оно окажется под полом первого этажа, то его никто никогда уже не найдет. Летом труп завоняет, но вряд ли кто-нибудь обратит на это внимание.

– Стой, Ваня! Давай перекурим!

Я с внешним равнодушием следил за его рукой, которую он сунул в карман дубленки. Вдруг у него там пистолет? Хотя, скорее всего, он держал ствол за поясом, под полой. Так же, как это делал и я.

Но нет, Саянов достал из кармана сигареты и зажигалку. Он жестом предложил мне угоститься, но я покачал головой и распахнул куртку, чтобы достать из внутреннего кармана свою пачку.

Расстегнулся и Саянов.

– Жарко, – пояснил он. – Ты меня совсем уморил.

– Уморить – это от слова «мертвый»? – спросил я.

– Это ты к чему? – напрягся он.

– Да так. Стыдно вдруг стало. Столько прошли, а пистолет-то у меня с собой.

Он понял, что я собираюсь сделать, отреагировал на мое движение, но ему не хватило скорости. Я опередил его и первым выхватил ствол. Патрон в патронник досылать не стал за ненадобностью. Только курок взвел.

– Спокойно, Леша, не надо дергаться. Ствол на землю!

– Эй, ты чего?

Саянов растерянно хлопал глазами. Его рука с пистолетом медленно опускалась вниз. Он понял, что проиграл, но сдаваться пока не собирается. В глазах суета и напряжение мысли, мозг наверняка лихорадило в поисках выхода. Он еще надеялся на победу, потому что я для него пока оставался Иванушкой-дурачком. Но это ненадолго. Шок пройдет, и наступит понимание.

– Да так, в ковбоев и индейцев решил поиграть. Мы здесь когда-то так развлекались. Извини, но мой ковбой оказался быстрее твоего индейца.

– Я тебя не понимаю.

– А я тебя вполне. Почему ты ствол взял, мне тоже ясно. Я даже готов тебя расцеловать, – язвил я. – За то, что ты не прихватил с собой своих церберов. Не хотелось бы их убивать.

– Зачем лишать кого-то жизни?

– Чтобы с тобой поговорить. Я же сказал, ствол на землю!

Я выстрелил Саянову под ноги. Из-за грохота не слышно было, как пуля отскочила от плиты, но когда все стихло, я уловил визг рикошета. Саянов подпрыгнул на месте от страха и неожиданности. Его пистолет упал на бетон. Импортный ствол, похожий на «беретту».

– Ваня, у тебя что, крыша съехала?

– Нет, Леша, это у тебя с головой не все в порядке. Ладно, за дурака меня держал, это понятно. У вас, у бандитов, все вокруг лохи. Но если ты хотел втянуть меня в свою игру, то должен был наблюдать за мной. Не только за Вадимом! А ты, Леша, лопухнулся. Думал, что так вот запросто все прокатит. Если бы ты приглядывал за мной, то понял бы, с кем я встречаюсь, с кем живу. Видишь ли, у меня любовь с дочкой Вольфа. Прикольно, да?

Саянов ничего не мог сказать. От возмущения и досады у него опустилась и затряслась нижняя челюсть. Забавно было смотреть на босса, такого жалкого и потерянного.

– Она к нам в автосервис приезжала, там я с ней и познакомился. Удивительно, что твои соглядатаи тебе об этом не сообщили.

– Кто?

– Так были же у тебя люди, которые смотрели за мной, стучали на меня. Или нет?

– Но ты же сказал, что я не следил за тобой!

– Следил, но очень плохо. Агенты твои мышей не ловили. Им, наверное, больше нравилось гайки крутить, чем за мной смотреть. Они даже не поняли, кто такая Вика Володарская. А я это узнал. С тем, кто ты такой, тоже разобрался. Вольф твоим боссом был, а ты меня на него натравливал!

– Не делал я ничего подобного, – сквозь зубы проговорил Саянов.

– Да, но тебе очень понравилось, что мы с его сыном враги. Ты держал меня в запасе, Леша, потом выпустил на поле, но я забил гол в твои ворота. Потому что мне твоя сторона не интересна. Я с Викой живу. Да и Диана для меня не последний человек.

Саянов подавленно опустил голову на грудь. Он стоял на своих двоих, никто не держал Алексея Артемовича за руки, но вид у большого босса был такой, как будто его подвесили на дыбе, страдальческий, обреченный. Наконец-то до моего работодателя дошло, что я переиграл его по всем статьям

Но вот в расквашенном мозгу Саянова созрела какая-то умная мысль.

Он вскинул голову, с какой-то непонятной надеждой глянул на меня и спросил:

– Значит, ты, Ваня, встал на сторону Вадима?

– Так я и не играл в твоей команде. К чему эти разговоры? Сейчас я буду тебя убивать.

Эта мысль меня очень пугала, но, увы, иного выхода не было. Мне хотелось, конечно, подстрелить Саянова в тот самый момент, когда он будет целиться мне в спину, но такое случается только в кино. В жизни же побеждает тот, кто стреляет первым. Он смог бы, я тоже сумею. Так уж и быть, возьму грех на душу. Иначе Саянов убьет меня. Не сейчас, так в будущем, совсем недалеком.

– Ты что, Ваня, враг самому себе? – возмущенно протянул Саянов.

– А что такое?

Я не киллер, не могу убить человека так сразу, именно поэтому и решил послушать Саянова. Мне надо было узнать о его планах насчет Вадима и всей семьи Володарских, выяснить, кто убил Вольфа. Собственно, для этого я и позволил ему заманить меня в эту глушь. Предстоящее убийство – всего лишь выход из ситуации.

– Допустим, грохнешь ты меня, а что дальше?

– Потом мы с Коганом разберемся. Он такой же бандит, как и ты. А в Чечне мне накрепко вколотили в голову, что убивать бандитов – святое дело. Никак не могу разучиться.

– Ваня, не пытайся меня смешить. Мне и так весело. Ты разберешься со мной и с Коганом, допустим, справишься с братвой и на этом успокоишься, да? Твоя Диана решит, что ты герой, наплюет на своего Вадима. Ты думаешь, ему это понравится? Нет, ни за что. А он парень не простой. Против нас Вадим нанял тебя, а для ликвидации твоей персоны найдет кого-то другого. Героя-одиночку тоже грохнут!

– И что ты предлагаешь? – изобразил я интерес.

– Грохни его самого. Тогда Диана будет твоей. Мне наплевать на вашу любовь. Дело ведь не в ней, а в том, что весь мой сервис принадлежал Вольфу. Он что-то записал на Диану, что-то на сына, что-то на дочь. Так все делают.

– И что?

– А то, что у тебя и Диана будет, и автосервис. Ты станешь генеральным директором вместо меня.

– Хорошо, сначала я грохну тебя, а потом Вадима. – Тут я демонстративно зевнул.

Саянов с досады ладонями сжал виски. Обидно, когда доводы, выстроенные тобой, рушатся так же запросто, как соломенный домик Ниф-Нифа.

– Зачем тебе грех на душу брать? – Он умоляюще смотрел на меня. – Мы можем договориться. Я умею проигрывать. Ты меня сделал, и все, я отхожу в сторону. Сейчас мы едем ко мне домой, я отдам тебе двести штук зеленью, и ты отвезешь меня в аэропорт. Я сегодня же буду в Австрии и здесь больше никогда не появлюсь.