80 сигарет - Генри Сирил

Сначала наркоторговцы обратили внимание на самого Токаря, не заметить которого было крайне сложно, учитывая, что вокруг было почти безлюдно, да и сам Токарь привлекал внимание своим полураздетым видом. И лишь потом, когда стало уже поздно что-либо предпринимать, они заметили пистолеты в его руках.

– Только дернитесь, педрилы, – на ходу крикнул Токарь, направив оружие на цыган.

Побелевший водитель принялся вращать ключ зажигания.

Не сводя с цыган глаз, Токарь приблизился вплотную к машине. Все, что можно было продумать в сложившейся ситуации, было продумано им за долю секунды.

Первым делом нужно отключить водителя, чтобы не вздумал удрать с яблоками.

Токарь дважды выстрелил в его шею через открытое окно машины, в тот самый момент, как тот завел ее и уже положил руку на коробку передач. Он вскрикнул, схватился за горло и, вероятно, потерял сознание, как и предполагалось, но Токарю некогда было наблюдать за поэтапным действием снотворного.

Дальше – жирдяй и борец. Стрелять в обоих сразу, ни на секунду не выпуская из виду. У любого из них может быть пушка.

Цыгане вскинули вверх руки.

– Не убивай, – жалобно пробасил толстяк.

Токарь держал их на кончике стволов. Он открыл рот, хотел что-то сказать им, но поперхнулся словами: за его спиной взревел мотор цыганской машины.

Все трое проводили недоуменными взглядами стремительно удаляющийся автомобиль.

Рот Токаря искривился плаксивым зигзагом. Все было кончено. Все было напрасно. С разочарованием и отвращением он посмотрел на транквилизаторы и в бешенстве принялся опустошать их, всаживая в цыган дротик за дротиком, пока пистолеты не защелкали вхолостую. Детина и его приятель корчились, извивались, вскрикивали, закрывали лицо руками. Им было больно, как будто они угодили в рой обезумевших пчел.

Им было больно, но… и только.

Наркоторговцы и не думали падать. Толстяк первым сообразил, что он все еще жив. Сопя, он попер на Токаря, выставив вперед руки, с неотвратимостью локомотива.

Что происходило потом, Нина не видела. Ее внимание привлек какой-то предмет, который она случайно разглядела в пыли на земле в метре от себя. Не веря своим глазам, девушка присела на корточки и расчистила ладонью свою находку от пыли, как археолог очищает кисточкой древние артефакты. Затем аккуратно, будто боясь сломать, положила ее на ладонь и принялась рассматривать со всех сторон. Казалось, она забыла о Токаре, цыганах, об этой странной, непонятно почему случившейся драке; обо всем на свете.

Оставим девушку наедине с ее предметом и узнаем, чем все закончилось у Токаря и наркоторговцев.

Токарь отбросил бесполезные транквилизаторы, потянул из-за пояса свой ТТ, но толстяк сшиб его с ног. Они полетели на землю. Толстяк вцепился в горло Токаря, как бультерьер. Токарь захрипел. Что есть силы ударил толстяка локтем в переносицу. Брызнула кровь, но хватка не ослабела. Он ударил еще раз и еще. Четвертый удар больше походил на дружеское похлопывание: силы оставляли Токаря; он больше не мог сопротивляться. Он задыхался; перед глазами стояла пелена, и сквозь нее он заметил, как цыган с ушами-галушками намеревался поднять ТТ, но у него подкосились ноги, и он рухнул на землю. Как раненый зверь, он пытался встать, снова и снова, и с каждой следующей попыткой это давалось ему все сложнее, и наконец он свалился без чувств.

Транквилизатор действовал! Значит, и этот скоро сляжет. Нужно бороться!

Собрав всю волю и остатки угасающих сил, Токарь вцепился в стальные пальцы цыгана-амбала на своей шее, стараясь хоть немного разжать их. Удалось!

– Ух-х-у-у, – с шумом втянул он воздух. – Упью, ска…

Глаза толстяка медленно закатились. Изо рта закапала слюна, попадая Токарю на лицо. Какие-то секунды он еще силился победить одолевающую его сонливость, а потом обмяк и повалился на Токаря.

– Тварь, кху-кху, слезь с меня!

Он выбрался из-под огромного тела. Кашляя, поднял ТТ. Ни секунды не раздумывая, схватил толстяка за длинные волосы, вставил дуло ему в рот, выбив при этом передние зубы, и оскалился.

– Задушить меня хотел, жирный кусок говна?

Два пистолетных выстрела, похожих на раскат далекого грома, распугали птиц, сидящих на ветках деревьев.

Затылок цыгана разнесло в мелкие лохмотья. Бордовая смесь из осколков черепа, кусочков мозга и волос впечаталась в пыльную землю.

Когда Нина услышала выстрелы, она вздрогнула и обернулась на звук. Нельзя сказать, что она была напугана. Скорее, была немного удивлена, но не больше. Потому что, увидев, как Токарь выпустил из рук обезображенную голову одного цыгана и прицелился во второго, она спокойно достала из сумки сигареты и закурила.

Прозвучал еще один выстрел.

Несколько ворон, противно каркая, истерично закружились над гостиницей.

В этот раз пуля угодила ровно между глаз. Голова борца резко дернулась, как привязанный к палочке воздушный шарик, по которому сильно ударили. «Ха-а-а-арх», – медленно вышел воздух из открывшегося рта покойника.

– Тупые ублюдки! – заорал Токарь на мертвецов. – Хер ли вы сегодня приперлись?!

Он осмотрелся.

Территория гостиницы, где еще десять минут назад было полно народу, теперь, не считая Нины и Токаря, была совершенно безлюдна. Все разбежались, как только раздались первые выстрелы. Разумеется, кто-нибудь из них уже вызвал полицию. Нужно уезжать отсюда как можно быстрее. Куда? Да черт его знает, но оставаться нельзя ни минуты.

Токарь подбежал к Нине.

– Потом все объясню. Сейчас надо валить.

– Я догадалась, что надо.

Нужно было забрать вещи. Хотя бы ключи от машины. Токарь вернулся меньше чем через минуту.

– А моя сумка? – спросила Нина.

– Хуй с ней. Быстро, поехали!

Токарь вырулил на шоссе и через полкилометра ударил по тормозам.

Впереди, уткнувшись капотом в дорожное ограждение, разделяющее встречные полосы, стоял черный седан наркоторговцев.

Токарь осторожно вышел из машины. Посмотрел по сторонам. С пистолетом наготове подошел к разбитому седану.

Ослепляющая ярость немного отпустила его. Просто так, без надобности, он бы уже не стал стрелять в водителя.

Токарь заглянул в салон.

Водитель не спал. Дротики с усыпляющим веществом пробили его шею до середины, войдя в нее почти целиком; лишь пропитанный кровью кончик кисточки на конце дротика немного выглядывал из нее. Токарь стрелял в упор и, не подумав, именно в шею.

– О как. И этот сдох.

Не теряя времени, Токарь перетащил ящики с яблоками в «Патрол». Всего пять ящиков. По десять килограммов каждый. Около сорока килограммов героина на сумму примерно четыреста тысяч долларов, если не жадничать. Отлично! Такие бабки помогут ему выпутаться из этого говна. Ничего еще не кончено!

– На фига тебе яблоки? – спросила Нина.

– Люблю!

* * *

По неписаным законам этого места раб не может стать шлюхой против воли своей. Однако