Пристанище - Мария Орунья

– Конечно, – ответил Диас. – Для сеньориты Карсавиной также было зарезервировано место, но в субботу она не ночевала в своей комнате. Я сразу это проверил. Может, просто передумала и поехала в отель, кто знает.

– Или ночевала у кого-то из участников? – предположила Валентина.

– Ну не знаю… всякое возможно. Она же приехала всего на одну ночь. – Он посмотрел на Марка Льянеса, ожидая подтверждения.

– Все верно, она приехала в субботу и планировала уехать в воскресенье. Ей хотелось поучаствовать в субботнем средневековом бале.

– Вы были с ней знакомы?

– Уже несколько лет. Мы пересекались в разных проектах, она историк, я археолог. Невероятная женщина. На ужине все смотрели на нее. Она была просто восхитительна… – Он закончил чуть ли не шепотом.

– И вы не заметили в ее поведении ничего странного, ничто не привлекло вашего внимания?

– Нет. – Он помешкал. – Разве что в воскресенье она была молчаливее обычного, но после субботнего вечера ничего удивительного. Меня самого мучило похмелье.

– А вы могли бы вспомнить, с кем общалась Ванда Карсавина? Полагаю, у нее были здесь хорошие знакомые.

– Вообще-то она в основном общалась с нашей компанией.

– С вашей компанией? – Валентине не верилось. Неужели все окажется настолько просто? До этого момента все выглядело запутанней некуда, а тут вдруг выясняется, что среди главных свидетелей – один из организаторов конгресса.

– Да, как я уже сказал, мы знакомы несколько лет. Для нас это огромная потеря. Она дружила со многими участниками, наш спелеологический мирок тесен, лейтенант, все друг друга знают.

– Признаюсь, не подозревала, что спелеотуризм настолько популярен.

– Спелеотуризм? – возмущенно повторил Марк. – Спелеотуризм – спорт, а спелеология – наука, она изучает не только морфологию земных впадин, среди спелеологов много других специалистов: историки, биологи, палеонтологи, археологи, гидрологи… Подземный мир – это же истинный кладезь информации, лейтенант Редондо.

– Вот как… – Валентина холодно взглянула на него, давая понять, что эта лекция ее не особо увлекла. – Тогда, возможно, вы в курсе, где Ванда Карсавина провела ночь с субботы на воскресенье?

– Нет, понятия не имею.

– Я подумала, вы дружили.

– Да, но я полагал, что она заночует здесь, как и большинство участников. Ведь для нее, как сказал Энрике, забронировали комнату в Испаноамериканском павильоне.

– Мы можем взглянуть на комнату, сеньор Диас? – обратилась Валентина к директору Фонда.

– Разумеется, хотя она же там не ночевала. Постель, во всяком случае, не тронута.

– Но где-то же она оставила свои вещи. Вот это нам и необходимо выяснить. – Валентина снова перевела взгляд на Марка: – Вы упомянули, что в воскресенье Ванда была молчаливее обычного. В какое время вы ее видели?

– Мы обедали вместе.

– Вы обедали вместе? – едва не выкрикнула Валентина.

– Ну да, мы с Паоло… – он кивнул на сидящего рядом Паоло Иовиса, – и Артуро, наш коллега, еще один организатор, он сейчас в шатре, но потом подойдет. В общем, за столом нас было четверо, включая Ванду.

– И за обедом ничего не произошло?

– Нет.

– Ванда не говорила ничего странного?

– Да вроде нет. Она вообще мало говорила, как и остальные, впрочем. Обычно мы обсуждаем исследования, которыми занимаемся в данный момент.

Валентина перевела взгляд на Паоло Иовиса. Тот покачал головой. Его молчание начинало ее раздражать.

– А вы, Паоло, как давно знаете Ванду Карсавину?

– Пять лет. Мы все с ней одновременно познакомились в Нёрдлингене.

– Все одновременно?

– Да. Марк, Артуро, Хельдер и я.

– Так. – Валентина мысленно повторила имена. – Марк – это вы, – кивнула она в сторону каталонца. – Артуро сейчас в шатре… и вы, Паоло. А Хельдер тоже участвует в конгрессе?

– Нет, – он покачал головой, – Хельдер погиб.

– Пару лет назад в Южной Америке, несчастный случай, – пояснил Марк.

– Ясно. – Валентина переводила взгляд с одного на другого. – И как же вы познакомились в Нёрд… Нёрдлингене?

– Через научный проект под названием “Даймонд”. Ванда тогда работала в Нёрдлингене, она стала нашим гидом в городе. А потом мы периодически встречались на разных проектах.

– Опять все вместе?

– Нет, конечно, – ответил Марк, – я не видел ее года два. А Паоло… не знаю, если честно. – Он вопросительно взглянул на коллегу.

– Месяцев семь назад, – вяло ответил итальянец.

– Занимались общим проектом?

– Не совсем, – Паоло покачал головой, – я не участвовал в том проекте, но меня пригласили в качестве научного фотографа.

– Хорошо. – Валентина решила вернуться к этой теме позже. – И вы не знаете, куда Ванда направилась после обеда?

– Нет, лейтенант, не знаем, – сказал Марк. – Честно говоря, я удивился, что она не попрощалась с нами. После обеда мы все разошлись кто куда, по разным мероприятиям.

– Разошлись кто куда… – повторила Валентина. – И вы, Паоло, тоже разошлись кто куда? – Она не смогла сдержать сарказма.

– Можно сказать и так. – Он посмотрел ей в глаза. – Народу столько, что немудрено потеряться. Тут каждый выбирает то, что ему интересно. Спорт, лекции, конкурсы, выставка спелеологического оборудования – в общем, на любой вкус.

Валентина уловила легкий итальянский акцент, поймала настороженный взгляд. Она поняла, что Паоло молчит не из-за застенчивости, а из осторожности. Заговорив, он словно постарел, лицо вдруг сделалось бесконечно усталым.

– Вы помните, чем сами занимались после обеда, Паоло?

– Помню, разумеется. Я модерировал встречу, посвященную научной фотографии. Она длилась три часа. Можете проверить.

Ривейро все записывал в блокнот.

Валентина вздохнула, осознав, что они опять в тупике.

– И никто из вас не знает, какие темы интересовали Ванду? Она не упоминала, куда собирается идти после обеда?

– Я ничего такого не помню, – ответил Паоло, – но ей нужно было обратно в Сантандер, там в понедельник начинался ее курс по Средневековью, ради которого она и приехала в Испанию. Не исключено, что после обеда она могла встретиться с кем-то из коллег, поучаствовать в каком-нибудь семинаре. Но я потерял ее из виду. И мне тоже странно, что она ушла, не попрощавшись.

Валентина помолчала, раздумывая. И этому странно. Сплошные странности. Друзья, с которыми Ванда обедает и ужинает, даже не знают, где она ночует, не знают, что привело ее на конгресс, – ведь где Средневековье, а где спелеология? Не представляют, куда она могла направиться после обеда. Что-то тут не сходится. Свидетельства и Паоло, и Марка слишком размытые, слишком общие, оба словно выбиты из колеи смертью подруги. Может, они тут и ни при чем. Может, Ванда просто вызвала такси, чтобы поехать в Сантандер, и по дороге что-то произошло. Рано делать выводы.

Валентина повернулась к Энрике Диасу:

– Я хочу вас попросить о двух вещах, сеньор Диас. О первом мы уже условились: передайте нам все фото- и видеоматериалы. Также нам нужен список участников конгресса, включая организаторов, – она выразительно взглянула на Марка и Паоло. – А