Крестовский душегуб - Сергей Жоголь

– И что, прямо так с тобой танцевать отправимся?

– А почему нет?

– А испачкаться не боишься? У тебя брюки светлые!

Лёшка выпрямился и, притянув Настю к себе, посмотрел ей в глаза:

– Брюк и платьев у нас с тобой будет ещё много, а школьный выпускной у каждого только один раз бывает!

И Насте как-то сразу стало легче. Весь вечер они танцевали, ели мороженое и пили газировку «Дюшес». Все смотрели на них, но в присутствии Лёшки никто больше не позволял себе насмехаться над Настей. Потом он пошёл её провожать, и они любовались закатом и прогуляли до утра.

– Было здорово, – сказала Настя, когда он довёл её до подъезда.

– Я рад, что праздник удался, и твои нефритовые глаза всё ещё сияют.

– Ты ведь больше не придёшь? – спросила Настя, боясь услышать ответ.

– Куда не приду?

– Ко мне! Ты просто хотел меня поддержать, поэтому и провёл это время со мной.

– Я провёл с тобой время не из жалости, а потому, что ты мне нравишься, и я хотел быть именно с тобой, – сказал Лёшка, сдвинув брови.

– Не приходи больше ко мне… и не звони! Нам не стоит больше видеться…

– Но почему?

Настя не поняла, была ли тревога в его голосе искренней.

– Даже если мы будем встречаться, ты ведь со временем всё равно исчезнешь! Ты так поступаешь со всеми! А я не хочу быть всеми! Поэтому не приходи!

Настя дёрнула за ручку, но Лёшка прижал дверь плечом.

– Я приду! И не пытайся мне это запретить! – он говорил твёрдо, но в его словах не было угрозы.

– Тогда пообещай, что никогда меня не бросишь! – выпалила она, и тут же пожалела о сказанном. Лёшка отвернулся, опустил глаза. – Что ж ты молчишь? Обещай, что не бросишь!

– Не могу!

– Почему?

– Я ищу… Понимаешь? – его голос дрожал, Настя удивилась.

– И чего же ты ищешь?

– Не чего, а кого! Я ищу ту, с кем мне захочется остаться навсегда. Может, это ты… а может, нет. Чтобы это узнать, нужно время.

– А я не собираюсь ничего ждать! Не приходи больше, видеть тебя не хочу!

Настя оттолкнула Лёшку, вбежала в подъезд и бросилась вверх по лестнице.

Она лежала в постели и гадала, что же ждёт её завтра, как он поступит, и сердце её при этом бешено стучало. На следующий день началась очередная напасть. Проснулась Настя от того, что почувствовала жар уже не от сердечных мук. У Насти разболелась голова, тело стало покрываться пузырьковой сыпью. Вызванный родителями врач поставил диагноз «ветрянка». Путь во взрослую жизнь превратился для Насти в знакомство с детской болезнью. На третий день в дверь постучали, и мать сообщила, что к ней пришёл молодой человек. Когда в комнату вошёл Лёшка с апельсинами и бутылкой «Дюшеса» в авоське, мать, многозначительно подмигнув Насте, деликатно удалилась.

– Ты с ума сошёл? – укрыв покрытое зелёными пятнами лицо, проворчала Настя.

– Успокойся! Я уже привык видеть тебя перепачканную зелёнкой, так что можешь не стесняться. А ветрянкой я переболел в четыре года, так что она для меня не заразна.

Когда Настя, после долгих убеждений всё же открыла лицо, Лёшка с улыбкой заявил:

– Зелёнка тоже, как и нефрит, очень сочетается с твоими глазами!

Они оба рассмеялись.

После выздоровления они встречались почти каждый день. Из-за болезни и наступившего после него осложнения Настя не успела подать документы в медицинский, о котором так мечтала. Лёшка пошёл работать на завод, Настя устроилась на курсы медсестёр, и они проводили вместе почти всё свободное время. В первый раз они поцеловались спустя неделю после Настиного выздоровления, но к большему Настя не была готова. Настя не допускала Лёшку до себя, убеждённая, что всё должно случиться лишь после свадьбы. Он мужественно терпел, но говорить о свадьбе пока не решался, а потом он исчез в одночасье, и она испытала жуткую боль, когда он не пришёл вечером на работу.

Лёшка не пришёл и на следующий день, не пришёл и через день, а гордость мешала Насте сделать первый шаг. «Он просто понял, что она не та, кого он искал, оттого и пропал», – твердила себе Настя, и каждый день после смены, возвращаясь с учёбы, зарывалась в подушку и плакала. И лишь спустя месяц Настя узнала правду.

Гуляя как-то по парку в гордом одиночестве, Настя встретила Миньку Малашина, щупленького симпатичного коротышку с горбинкой на носу. С Минькой они просидели три последних года в школе, и увидев парня, Настя очень обрадовалась. Оказалось, что Минька тоже отучился на фрезеровщика, и теперь работает в ночную. Он уже успел жениться, и теперь ожидает прибавления в семействе. Они встали у лавочки под кустом, Минька закурил.

– Ну, а как ты? Не нашла себе никого? – поинтересовался после рассказа о своих новостях Минька, и Насте показалось, что при этом парень немного занервничал.

– Да нет! Одна пока! На медсестру вот учусь! На следующий год пойду в медицинский поступать! В этом году вот из-за болезни…

– Ты знаешь, – Минька не дал договорить, несколько раз нервно затянулся папиросой. – А ведь это Юлька Караулова тебя тогда зелёнкой облила! Я тогда не знал этого, а потом мне Галка Зубова рассказала. Они ведь с Юлькой подружки не разлей вода. Она ведь это из-за Вишнякова сделала, за то, что он не с ней, а с тобой танцевать пошёл. Только Галка мне это по секрету рассказала, – словно опомнившись, сказал Минька. – Ты уж, если встретишь, не говори, что я тебе это сказал… Ну про Юльку.

Настя деланно рассмеялась:

– Не переживай! Не скажу, да и Юльке мстить не стану.

Минька отвёл взгляда и с опаской поинтересовался:

– Вы ведь после того с Вишняковым…

– Встречались! Только и меня он бросил, как Юльку, и как всех остальных.

– Вон оно что, а и не знал. Слышал, что вы встречаетесь, а что бросил, не знал.

– Бросил, бросил, – продолжала Настя с надрывом. – Теперь наверное какую-нибудь очередную дуру охаживает! Только, в отличие от Юльки, я никого зелёнкой пачкать не стану…

– Как охаживает? Никого он не охаживает!

– А ты откуда знаешь? – Настя запнулась.

– Так нет больше Лёшки.

– То есть как? – Настя побледнела и опустилась на лавку.

– В драке! Я точно не знаю, но вроде бы как за женщину какую-то он вступился. Шёл мимо, а тут бандюганы с ножиком, ну Лёшка влез, и вот тебе результат.

Наскоро попрощавшись с Минькой,