Метро до Африки - Дарья Донцова

Пару лет назад в деревне Михиево обосновалось общество«Бессмертная душа», на собрания туда может прийти любой желающий поговорить сосвоим умершим родственником. Леокадия была медиумом, при ее помощи происходилообщение. Местные жители принялись сплетничать о приезжих, откуда-то селянеузнали: раньше организация находилась в другом месте, откуда их выжилправославный батюшка. А в Михиеве церкви нет, народ в деревне в основномпьющий, думают не о боге, а о бутылке. Местный участковый Иван Котов, правда, заглянулк новым жильцам и был принят со всеми почестями, его накормили обедом и напоиличаем.

Иван потом зашел к сельской совести, бабке Филимоновне, исказал:

– Нормальные люди, ничего плохого не делают, но сдвинутые.Она с мертвыми общается, устраивает людям свидание с покойными родственниками.С того и живут.

И действительно, в Михиево стали часто приезжать разныелюди. Они набивались в избу к Леокадии, и там за плотно закрытыми окнамипроходил спиритический сеанс.

– Наши бабы тоже к ней поперли, – плевался алкоголик. –Первой Верка понеслась – она сына схоронила, гроб из армии получила, цинковый.Вскрывать не дали, вот мать и маялась: кто в ящике? Может, она по чужомуплачет. Леокадия ей четко сказала: «Твой парень, не сомневайся. Хочешь с ним поговорить?»Верка, само собой, согласилась. А потом бегала по деревне и всем рассказывала,как хорошо живется ее мальчику на небесах.

– …И таких, как та Вера, нашлось, конечно, много, –закончила рассказ старушка-библиотекарша. – Очевидно, деньги к Леокадии лилисьнескончаемым потоком.

Кранц быстрыми глотками осушила кружку и грустно добавила:

– Мне стало понятно: Андрон добился своего – сломал Лёку,сыграл на ее чувстве вины. Нехороший мужчина! Единственное его положительноекачество – он живописью увлекался, картины писал. На мой взгляд, жуткие, Лёкамне одну показывала.

– Кто такой Андрон? – перебила я собеседницу.

– Отец Юлии и бедняжки Зоечки, муж несчастной Люси.

– Извините, но я ничего не знаю про Люсю и Зоечку, –пробормотала я.

Анна Иосифовна всплеснула руками.

– Я только что рассказывала про то, как Лёка людей в кафеспасла.

– Но вы не упоминали о Люсе и Зоечке.

– Неужели? – усомнилась Кранц. – Тут-то и самый смысл.Понимаете, Лёка рассказала мне, как было дело. Она шла по своим делам, и вдруг– накатило! Внутренним зрением она увидела, как грузовик врезается в павильон.Кровь, вопли, трупы… Лёка и ворвалась в кафе. Посетители приняли ясновидящую засумасшедшую, но Бланк-то знала: самосвал уже едет по соседней улице, смертьторопится, вращает колесами… Вот тогда, на пике эмоций, Лёка схватила чужихдетей, решила, пусть хоть они спасутся, и побежала прочь. Одной из «украденных»девочек была крохотная Юлия. Ее отец, Андрон, кинулся за Лёкой, вместе с нимринулись и остальные. А вот мать Юли, Люся, задержалась, не смогла младшуюдочку, Зою, быстро вытащить из детского стульчика, и они обе погибли.

– Ужасно! – покачала я головой.

– Согласна, – выдохнула Кранц. – Лёка потом мучилась,считала себя виновницей трагедии.

– По-моему, наоборот – она спасла людей.

– Конечно! Но Андрон был очень хитрый, настоящий змей. Онсразу понял, что талант Леокадии можно эксплуатировать, и начал давить на нее.Андрон буквально вынудил Лёку выйти за него… Один раз она не выдержала…

Кранц оперлась локтями о стол и заговорщицки зашептала:

– Понимаете, Лёка ни словом не обмолвилась мне о своихпроблемах. После того происшествия она через неделю вернулась к работе, оченьстеснялась славы, а про то, что вышла замуж, вообще никто не знал. Правдавыяснилась совершенно случайно…

Под Новый год директор около полудня отпустил сотрудниковдомой. Анна Иосифовна побежала в магазин и с досадой поняла: забыла кошелек вкомнате отдыха. Пришлось возвращаться назад. Представьте себе ее удивление, когдав помещении она застала тихо плачущую Лёку.

– Что случилось? – бросилась к ней Кранц. – Тебя обидели? Недали премию? Обделили продуктовым заказом?

– Моя жизнь сплошной кошмар, – прошептала Леокадия, –беспросветный мрак и туман.

Анна Иосифовна обняла Лёку, и та выложила ей все опроисшествии в кафе и о своей дальнейшей жизни.

…Похоронив жену, Андрон начал звонить Леокадии. Приглашал еев театр, консерваторию, короче говоря, принялся откровенно ухаживать заясновидящей. Лёке мужчина нравился, но она не собиралась замуж, а еще еенастораживало, что кавалер, едва став вдовцом, открыл охоту на новую жену. Вслучае преждевременной кончины супруги и ребенка все-таки принято соблюдатьтраур. Поскольку ухаживания Андрона становились навязчивыми, Леокадия высказалаему свои соображения. Его реакция была неожиданной.

– Я очень любил Люсю и Зою, – сообщил вдовец. – Но их большенет, на руках у меня осталась Юлия. Как мне углядеть за крошкой? Малышку ждетнезавидная судьба – круглосуточные ясли, детсад-пятидневка, интернат. Я-то ведьдолжен работать. Где выход из положения?

– Нужно найти хорошую, ответственную женщину… – наивноответила Лёка.

– Уже есть одна на примете, – перебил ее Андрон, – это ты!

– Нет, нет, – замотала головой Бланк.

– Ты обязана! – заявил Андрон. – Раз лишила девочку матери исестры, теперь искупай вину.

– Я? – охнула Лёка. – Они погибли из-за водителя!

– Нет, – погрозил Андрон ей пальцем. – Ты же знала, чем делозавершится?

– Да, – мрачно кивнула Бланк.

– Бросилась спасать людей?

– Верно.

– Схватила Юлю…

– Это спонтанно вышло, – жалобно промямлила ясновидящая, –никто меня слушать не хотел, вот я и решила детей спасти.

– Теперь ответь, по какой причине ты схватила не Зоечку, адругого ребенка?

– Юлю?

– Она была у тебя в одной руке. А во второй?

– Девочка, которая сидела рядом.

– Но почему не Зоя? – иезуитски вопрошал Андрон.

Леокадия растерялась.

– Не знаю. Юля первой попалась мне на дороге, затем яувидела другую малышку.

– Но не Зоечку!