Ритуал прощения врага - Инна Бачинская

— Плотников — та еще ягода — буянил, имел несколько приводов, по пьяни лез в драки, бабы у него не переводились, говорят, бил жену, — заметил капитан.

— Он хотел отдать сына в пансионат для детей с психическими отклонениями, и Кира, я думаю, ненавидела его, — сказал Шибаев. — Тем более он бил ее. Их первый ребенок умер в трехмесячном возрасте, и Плотников считал, что виновата она. Брат его, Игорь, художник, тоже ненавидел его — после попытки самоубийства Плотников избил его, сломал ему руку и сдал в психушку.

— С какого перепугу ты вообще встрял в это дело? Хотел доказать, что Ильинская ни при чем?

— Может, и так. Меня попросила Ильинская. А потом и Кира Плотникова.

— От клиентов прямо отбою нет. Ладно, про клиентов я не слышал, будем считать, проходил мимо и случайно узнал. Ну, Ильинская — понятно. А Плотниковой это зачем?

— Она хочет найти убийцу, чтобы убедиться, что это не Игорь.

— Даже так? А она что, сомневается?

— Не то чтобы сомневается, но… на всякий случай.

— Понятно. Ты с ним виделся?

— Виделся. Он как раз оборвался с крюка, на котором когда-то висела люстра — собирался вешаться, но веревка не выдержала, и он упал. Мы поговорили, но без толку — он был не в себе. Признался в убийстве — якобы застрелил брата из ружья, а ружье бросил в колодец.

— По-твоему, он мог?

— Вряд ли. Хотя именно такие неврастеники убивают спонтанно, когда накатит, но не думаю, что он таскал с собой нож и ждал подходящего случая. Я говорил с секретаршей Плотникова, она напрямую обвиняла жену и брата.

— Кстати, был анонимный звоночек…

— Я думаю, это она. И знаешь, мне показалось, что она чего-то недоговаривала — Алиса могла знать убийцу. Она была девушка хитрая, но не особенно умная.

— Ты думаешь, она попыталась его шантажировать? — спросил капитан.

— Не исключаю. И еще… Мне показалось, что Ильинская видела убийцу.

— Откуда?

— Такое у меня сложилось впечатление. Она несколько раз подходила к дому Плотникова, возможно, и в день убийства — как я уже сказал, алиби у нее нет, — и я предположил, что она могла его видеть. Я спросил, но она ушла от ответа.

— Зачем она подходила к дому Плотникова?

— Хотела убедиться, что это тот человек, который сбил ее на машине.

— Ну, допустим, убедилась, и что дальше? — Капитан сверлил Шибаева подозрительным взглядом.

— Не знаю. Может, написала бы заявление в полицию.

— Как она узнала о его убийстве?

— По радио или тэвэ на другой день.

— Ты ей веришь?

— Она не могла убить секретаршу Плотникова. — Шибаев проигнорировал вопрос капитана. — Я почти уверен, что эти два убийства связаны. Значит, нужно искать поближе к «Электронике». Убийца мог видеть меня с секретаршей, а потом с Ильинской и узнать ее. Если она видела его на месте преступления, то и он вполне мог заметить ее и запомнить. И тогда, сам понимаешь…

— Если она его видела, то почему молчит?

— Я не уверен, что видела, я предположил, что она могла видеть. А молчит Жанна потому, что Плотников, с ее точки зрения, получил по заслугам. Ей повезло, он думал, что Жанна мертва, иначе добил бы — зачем ему свидетель? И она благодарна убийце Плотникова и не выдаст его. Но поскольку он об этом не знает, то постарается убрать Ильинскую, как только найдет.

— Понятно… — протянул капитан. — Кстати, ты в курсе, что Кира встречается с сотрудником мужа?

— С сотрудником?.. Не в курсе. С кем?

— С программистом Романом Шевченко. Он был у нее вчера днем, оставался в квартире около полутора часов.

— Но… она сказала, что почти не знает его, он у них новый. — Шибаев был неприятно поражен — Кира казалась ему искренней. — Ты уверен?

— Уверен. А до «Электроники» Шевченко четыре года проработал у Речицкого. Мы прошлись по его биографии — все чисто, жена болела три года, умерла полгода назад; живет один, характер замкнутый, друзей нет. Типичный неудачник.

— Почему он ушел от Речицкого?

— Официально — по сокращению. Неофициально — за драку на рабочем месте, кто-то неудачно пошутил насчет его сексуальной ориентации, и он сорвался.

— Что значит насчет сексуальной ориентации? — вмешался Алик. — Он что, голубок?

— Нет вроде. Отказался участвовать в междусобойчике с девочками, ну, коллеги ему и вломили. Пошутили вроде, а он бросился. Как я понимаю, когда умирает жена, мужику не до девочек и нервы шалят. Как, по-твоему, Ши-Бон, почему Плотникова скрыла факт знакомства?

— Не знаю, — угрюмо отозвался Шибаев. — Спроси у нее.

— Спрошу. Может, этому программисту было нужно, чтобы Плотникова стала вдовой. И с Ильинской поговорим. — Астахов укоризненно покивал: — Да-а-а, Ши-Бон, озадачил ты меня. Мог ведь позвонить, зайти, поговорить по-дружески. Получается, если бы мы на тебя сами не нарвались, то… нехорошо! Я-то думал, мы друзья.

Алик Дрючин шевельнулся, собираясь что-то сказать, но промолчал.

— К вам приди, — пробурчал Шибаев. — Ты хочешь сказать, что, приди Ильинская к вам, вы бы стали искать Плотникова? Бомжа еще не отпустили?

— Но ведь она не пришла! Что теперь гадать, — примирительно сказал Алик. — Кстати, где бомж?

— Пока у нас. А ты, Ши-Бон, раскололся по одной-единственной причине — боишься, что убийца с этой Жанной разберется, а защитить подозреваемую силенок-то и не хватает. Вот так, чуть что, сразу к нам за помощью, а как поделиться информацией — так фиг вам! — назидательно сказал капитан. — Предлагаю увидеться с ней прямо сейчас. — Он внушительно помолчал и добавил ехидно: — Не боишься? — Похоже, Коля-Буль просек своим опытным глазом, что отношения Шибаева и Ильинской выходят за рамки сугубо деловых. — Курточка Ильинской?

Шибаев пожал плечами и не ответил. Настроение у него испортилось — он представил себе реакцию Жанны на их визит. Но деваться было некуда.

— Мне с вами? — встрепенулся Алик.

— Сами справимся, — ответил капитан. — Ши-Бон вернется и все тебе расскажет. — И не сдержался — сострил: — Если вернется. — Он взглянул на часы. — Поздновато для визитов, но деловые женщины раньше часа ночи не ложатся. По коням!