Принц на белом пони - Дарья Калинина

Когда Леся окончательно уразумела, что затевает ее подруга, она выпала в осадок.

– Кира! Мужчины нас никогда не отпустят ночью одних на кладбище!

Немного подумав, Кира предположила:

– Может, нам им ничего не говорить?

– Интересно знать, каким образом? Они все равно увидят, что мы уходим.

– Это при условии, что они оба будут в этот момент дома. А вдруг у них аврал на работе? Тогда они могут и до поздней ночи задержаться. А у них там однозначно аврал. Ведь сегодня же они отправились на службу, а между тем сегодня суббота.

Но Леся считала, что рассчитывать на то, что мужчин не будет дома, не стоит.

– А вообще я не понимаю, с чего ты переживаешь? Мужчинам не нужно за нас волноваться, ведь с нами пойдет Скелет. А ребята сами поручили нас его заботам.

Леся замолчала. Она не одобряла намерений подруги, но считала, что сначала нужно прозондировать почву, чтобы было о чем спорить.

Скелет уже поджидал их в кафе.

– Я заказал для нас всех еду, – буркнул он. – Вы не против?

– Мы только за!

Но напрасно подруги надеялись, что во время трапезы или после оной Скелет подобреет. Ничуть не бывало. Он складывал в себя пищу, но с его лица ни на одну минуту не сходило выражение какой-то мрачной озабоченности. Разговаривать он не желал, лишь жевал и чавкал.

Для такого тощего субъекта Скелет ел удивительно много. Время от времени подруги поглядывали на его тощий живот, но там не было никаких признаков появления порции шашлыка, салата и двойной порции картофеля. Куда же все девается? Похоже, пища рассасывается у него еще в пищеводе, даже не достигая желудка.

– Ты что-то совсем не веселый.

Скелет кинул на них хмурый взгляд:

– Навел справки. Есть новости, и они нехорошие.

– Что тебе удалось узнать?

– В секте большие перемены. Многие из «Детей Вельзевула» говорили мне, что у них появился новый лидер. И как я понял, личность он незаурядная. За то время, что я не был на собраниях, секта пополнилась более чем двадцатью новыми членами. И это не за годы, а за считаные месяцы.

– И девушки новенькие тоже есть?

– Есть и девушки.

– А Лена или Марина среди них имеются?

– Может, и имеются. Но не это главное. Меня пугает, что деятельность секты стала куда более активной, чем это было в мое время.

– То есть за три месяца произошли изменения?

– И огромные!

– И… и в какую сторону?

– А вы сами не догадываетесь? – кинул на них мрачный взгляд Скелет. – Конечно, в худшую! В ужаснейшую, я бы так сказал! Случилось то, что я и предвидел. У группы появился сильный лидер. Оказывается, этот Сын Азраила еще тот идеолог!

– Что? Чей сын?

Но Скелет, не слушая их, продолжал делиться наболевшим.

– Когда я видел ребят в последний раз – это было сборище баранов, многие из которых вообще не понимали, зачем они здесь и что делают. Это была просто тусовка, слегка окрашенная чертовщинкой. Ничего особо опасного. Но с приходом Сына Азраила, похоже, все круто изменилось.

– Кто пришел, прости?

– Ну, это он так себя называет, – наконец снизошел до ответа Скелет. – Азраил – это темный ангел или ангел смерти. Некоторые также считают это имя одним из имен дьявола. В общем, этот парень объявил себя сыном очень сильного темного демона.

– Ничего себе! И… и у него что, получилось их убедить?

– В том-то и дело, что да! Они слушаются его, словно дрессированные собаки. Они им восхищаются. Они готовы ради него на все.

– И они всерьез верят, что он сын Азраила?

– Они убеждены, что он обладает особой темной силой. Силой, которая способна карать, но способна и миловать своих сторонников и приближенных.

– И как же это он их милует?

– Насчет этого не знаю, но двоих он уже покарал. Какого-то мужика, который перешел ему дорогу, и девчонку из их же секты.

– А ее-то за что?

– За ослушничество.

– И как же он ее покарал?

– Она умерла.

– Умерла или он ее убил сам?

– Может быть.

Ответы Скелета не отличались многословностью, а подругам хотелось узнать как можно больше, и они продолжали наседать на него:

– Этот тип признался в убийстве одной девушки или даже двух?

– Может, уже и двух, – вздохнул Скелет и прибавил уже совсем жалким голосом: – Все так быстро завертелось. Я сам ничего не понимаю, последние новости можно узнать только на шабаше. А пока я представляю себе картину лишь в самых общих чертах. Есть информация о двух жертвах, но может быть, что их уже и больше.

– Когда мы увидим этого Сына Азраила и услышим его, нам многое станет ясно и самим. Он ведь наверняка обратится к своим последователям с речью?

– Это он любит, – кисло подтвердил Скелет. – Оратор он еще тот. Такие речи задвигает о грядущем могуществе сатаны, что заслушаешься. Даже я, хоть и слышал в корявом пересказе, и то впечатлился и придумал, а не присоединиться ли мне и впрямь к воинству темного лорда.

– Ты шутишь?

– Ясное дело, что не всерьез. Но говорит этот тип зажигательно. Вы, как я понимаю, тоже идете?

Скелет взглянул на подруг вопросительно.

– Идем!

– И почему? – поинтересовался Скелет. – Что изменилось? Утром вы категорически отказались со мной пойти.

– Убили еще одну девушку. Подружку той первой.

– Вот оно что, – задумчиво пробормотал Скелет. – И как это произошло?

Сыщицы не считали нужным что-либо скрывать от Скелета и вкратце рассказали ему о том, что сами недавно узнали от следователя об убийстве Марины.

– И вы подозреваете, что сатанист Леха, входящий в секту «Дети Вельзевула», может быть причастен к этим убийствам?

– Это одна из наших версий. Понимаешь, Леха крутился возле Ленки. От нее он мог узнать о том, что у Лены есть подружка Марина. Возможно, он захотел это использовать в своих целях.

– Но зачем ему убивать Лену?

– Ну, мало ли какая причина могла возникнуть.

– А Марину? – не успокаивался Скелет. – Они же, вы говорите, даже не были знакомы?

– Марина утверждала, что она никакого Леху знать не знает, что Ленка ей про такого человека ничего не рассказывала. И этому может быть два объяснения. Первое и самое простое, Марина нам соврала. Почему и по какой причине, неизвестно, но соврала. И второе объяснение, что она сказала нам правду, и значит, Ленка ей и впрямь ничего не рассказала про Леху. А такое могло случиться только потому, что Ленка боялась. Боялась за Марину, боялась за ее безопасность, боялась этого Леху! Потому и молчала… со страху.