Маятник судьбы - Инна Бачинская

Расставшись с журналистом, Монах позвонил Лине Кручек. Ему нужен был первоисточник. Девушка отозвалась немедленно, голос у нее был потухший, говорила она с трудом.

–Лина, что случилось?

–Она убила Кирилла… Олег, что мне делать? Мы думали уехать вместе, в Финляндии много наших людей…

–Почему вы думаете, что это она?

–Они были любовниками, и Кирилл ее бросил. Он часто повторял, что она ему отомстит. Она страшный человек, Олег! Она была у него вечером накануне, там везде ее отпечатки. Мне сказали у следователя, что ее опознали соседи. Я ее ненавижу! – Лина заплакала.

–Лина, вы сейчас в городе?

–Да, я пока побуду здесь. Нужно решить с похоронами, у Кирилла никого нет.

–Если нужна помощь, я готов. Лина, я понимаю, вам не до этого… Вы не вспомнили, чей голос слышали? Вы даже вспомнили слова «найду» и «принесу».

–Нет. Олег, я думаю, мне почудилось. Перебрала все возможности – и ничего.

–Это могло быть давно… – заметил Монах.

–Давно? – Девушка задумалась. – Не помню, – сказала наконец. – Извините, Олег, мне как-то не до этого! Извините, если у вас все…

–Да, да, – заторопился Монах. – У меня все. Лина, если нужна помощь…

–Спасибо!

…Монах шел и раздумывал о полицейской процедуре, а именно в случае задержания подозреваемого Киру, скорее всего, пока задержали, а не арестовали, – обыск проводят сразу или не сразу? Это значило – сходить к Кире за своими вещами или напрасный труд, так как квартира опечатана?

Квартира опечатана не была. Монах открыл дверь, собрал свое барахло, подмигнул Аманите, наказав не скучать и не поминать лихом, и вдруг вспомнил о рыбах. Чертыхнувшись, он пошел в «рыбную» и стал шарить по банкам в поисках корма. Нашел нечто похожее на перемолотый перец, присмотрелся, понюхал и стал осторожно, щепотку за щепоткой сыпать в аквариум. Рыбки рванулись за кормом, и он удовлетворенно кивнул. Потом сходил к холодильнику, заглянул во все банки, нашел крошечных креветок.

–Давай, браток! Давай, Нептуша! – Он постучал пальцем по стеклу. Всколыхнулись воды, и на поверхность всплыл тарелкообразный скат.

Монах запер дверь и постоял на лестничной площадке, раздумывая. Дверь соседней квартиры распахнулась, и оттуда выскочил пацанчик лет десяти.

–Привет! – сказал Монах. – Ты здесь живешь?

Пацанчик кивнул, уставясь на Монаха.

–У тебя золотые рыбки есть? – вел дальше Монах.

Мальчик кивнул.

–Значит, ты в теме. Нужна помощь. Тебя как зовут?

–Петя, – сказал мальчик.

–Так вот, Петр, нужна помощь, как я уже сказал…

…Монах возвращался к друзьям Шумейкам, чувствуя себя блудным сыном. С рюкзаком за спиной, где лежал его небогатый скарб, весь в тяжких думах.

Анжелика взвизгнула, открыв дверь, бросилась ему на шею. Казалось, они не виделись вечность, а не два дня – с позавчера – и заголосила:

–Опять? Опять она тебе вломила! Я же говорила: держись от нее подальше!

–Киру арестовали, – сказал Монах, скидывая на пол рюкзак. – Примешь, моя хорошая?

Анжелика охнула:

–Так это она убивала девушек? – Она зажала рот рукой и вытаращилась на Монаха.

–Нет, Анжелика. Девушек не она. Ее обвиняют в убийстве любовника.

–Не может быть! – Впечатлительная Анжелика схватилась за косяк двери. – Правда?

–Боюсь, что у следствия есть серьезные основания так считать, – грустно сказал Монах.

…Они засиделись допоздна, обсуждая текущие события: наезд на «Зеленый лист» и арест Киры. Жорик горячился, вспоминая подробности обороны, Анжелика испуганно ахала.

–Я этому бычаре по рогам! – кричал красный, взволнованный и поддатый Жорик, размахивая руками. – Засандалил в рыло! Совсем охренели! Управы на них нету!

И только под занавес коснулись ареста Киры.

–Совсем как в книгах Громова! – восторженно выдохнула Анжелика. На скулах ее рдели малиновые пятна. – Ужас!

–Плохи дела, да, Олежка? – спросил Жорик. – До чего же эта проклятая любовь доводит!

–Плохи. Я попытаюсь с ней встретиться. Кирилл ее бросил, она очень переживала, и вот… Кстати, Жорик, он встречался с Линой, они даже собирались уехать вместе.

–Он бросил Киру из-за Лины? – ахнула Анжелика. – Ну матрена дурная! Надо было эту девку убивать, а не Кирилла!

–Лина с этим вышибалой? – возмутился Жорик. – Умная девчонка, талантливая, большое будущее! На хрен он ей нужен, дешевка?

–Хороший вопрос, – пробормотал Монах.

И так далее и тому подобное.

…Около двенадцати Монах, оставшись наконец один, раскрыл ноутбук и обнаружил следующее послание от Черного Властелина: «Черному Клобуку. Игры разума, или Книга теней. Высшему не нужны доказательства. Доказательства нужны человеку. Скоро. Жди».

«И что бы сие значило», – спросил себя Монах. Ждать? Чего и как долго?

Недолго думая, он отстукал ответ: «Черному Властелину. Книга теней – красиво, но пусто, просто чтиво. Мне нужны доказательства. Жду с нетерпением», – стараясь убедить себя, что он не вытаскивает нижний кирпич из хрупкого строения, в результате чего неизвестная ему конструкция может навернуться так, что мало не покажется.

Он вернулся к событиям дня. Лина обнаружила тело Кирилла… Она уверена, что это Кира… отпечатки пальцев Киры были обнаружены на месте преступления, ее видели соседи. Напрашивается мысль, что Кира пришла выяснить отношения, поговорить, а потом… убила? Случайность? Или преднамеренное убийство? То есть шла целенаправленно – свести счеты? Мало ей убийств девушек, так нужно было еще и любимого человека замочить. Перебор получается. Неужели ревность – такая страшная штука? Монах попытался вспомнить, ревновал ли он своих женщин до смерти, так, чтобы спихнуть с балкона или насыпать в кофе крысиного яда, – к его удивлению, оказалось, что не ревновал. «А почему? – спросил он себя и себе же ответил: – А черт его знает!» Если любовь – талант, то и ревность тоже талант, а раз так, то ему этот талант не обломился. Любить – любил, но не ревновал. Он вспомнил виденное недавно ток-шоу про ревность – там с одной стороны сидели мужчины, с другой женщины, и все, крича и перебивая друг дружку, выясняли, что такое ревность в принципе. Оказывается, ревность мужчины и женщины разные, женская ревность – глупость, вздор и фигня, а мужская – настоящее сильное чувство. И если он ревнует, то это значит, ему недодали внимания, ласки и мяса. Гвалт стоял такой, что понять что-либо не представлялось ни малейшей возможности, и подошли к общему знаменателю только тогда, когда одна молодуха сказала, что во время ссоры выбрасывает в окошко личные вещи своего мужчины. Аудитория с минуту переваривала информацию, а потом дружно решила, что она не права. А кроме того, не надо душить. Вот тебе цветы, деньги на хозяйство, ну вернулся на три часа позже, чем обещал, – работал, значит. И не надо истерик, проверок телефонов, электронной почты, фейсбуков – так как это обижает. Не лезь за черту: это мое пространство, а вот это наше – там и сиди. Возьми лучше книгу почитай…