Роковая женщина - Джеймс Хедли Чейз

— Только не надо шума по пустякам, — попросил я. — Я хочу домой. Мне наплевать, как это отзовется на моем здоровье. Если я поваляюсь у себя на солнышке на балконе, мне будет только лучше. Уверен. А торчать здесь взаперти больше нет сил.

Неожиданно для меня он согласился.

— Хорошо, мистер Карр, я распоряжусь насчет санитарной машины, и после обеда можете отправляться домой. Вечером я заеду посмотреть, как ваши дела. Мне кажется, будет весьма разумно, если сестра Флеминг поедет с вами и останется у вас на несколько дней. На всякий случай.

— Она мне не нужна. Мисс Бакстер может обо мне позаботиться.

В четыре часа того же дня я был уже дома и сидел на освещенном солнцем балконе. Здесь-то, когда Дженни вошла, неся поднос с чайной посудой, я и объявил ей, что морская поездка отменяется. Потрясение и разочарование, отразившиеся в ее взгляде, вызвали у меня лишь раздражение. Я то и дело посматривал на часы. Передача новостей начнется через несколько минут.

— Но почему? — спросила Дженни. — Море было бы вам очень полезно. Что вас заставило передумать?

— Я имею право передумать, не так ли? — огрызнулся я. — Пора заняться делами. Нужно еще распорядиться имуществом Сиднея. Я теперь понял, что за два месяца на корабле я бы подох со скуки.

— Ах, так. — Она опустила взгляд на свои руки и покраснела. — Но я заказала вещи, Ларри. Вы говорили…

— Ничего, все в порядке. Может, еще съездим попозже, кто знает. Оставьте их себе. Вы это заслужили.

— Я не могу, Ларри. Предполагалось, что я буду у вас секретаршей…

— Не морочьте мне голову. Оставьте их себе! Я снова взглянул на часы.

— Спасибо. — В ее голосе зазвучала холодная нотка.

После долгой паузы она сказала:

— Пожалуй, надо возвращаться в Луисвилл. Я уже совсем хорошо хожу. Думаю, вы обойдетесь без меня, правда?

Неожиданно я понял, что должен остаться один. Я должен проводить все свое время в ожидании последних известий, и Дженни только мешала бы мне. Кроме того, если их поймают, они заговорят, и я не хотел, чтобы Дженни была здесь, когда меня арестуют. Этого я не хотел ни в коем случае. Не глядя на нее, я сказал:

— Хорошо, Дженни. Я понимаю, вам так же хочется вернуться к своей работе, как и мне к своей.

— Да.

— Хорошо, договорились. Я… — Видя, что подошло время сводки новостей, я умолк. — Одну минутку. Я хочу послушать последние известия.

Пока я слушал все тот же надоевший вздор про Никсона и про Китай, Вьетнам, Англию и Общий рынок, Дженни тихо встала и ушла в гостиную. Когда болтовня кончилась, а об их аресте так и не было сообщено, я тоже вышел в гостиную. Дженни там не было. Поколебавшись, я вошел в комнату для гостей. Она укладывала вещи.

— Незачем так спешить, — сказал я неуверенно. — О чем вы думаете?

Она продолжала укладывать вещи.

— Через час уходит автобус. Если я его поймаю, то послезавтра уже буду у себя в бюро, а мне это и нужно.

— Да, понятно.

Испытывая отвращение к самому себе, я вышел на балкон. Через двадцать минут она присоединилась ко мне.

— Берегите себя, Ларри, — вздохнула она, — не переутомляйтесь.

— Спасибо, что вы меня так выручили. Будем поддерживать связь.

Я не смел взглянуть на нее.

— Ведь вас что-то беспокоит, правда? — спросила она и положила ладонь на мою руку. — Расскажите мне. Вдвоем бывает проще найти выход из положения.

Как мне хотелось рассказать ей все! Но что толку? Чем она может помочь? Никто мне не поможет.

— Все в порядке, Дженни, — ответил я коротко. — Не опоздайте на автобус.

Она долго смотрела на меня. Ее губы дрожали. Мне стало ясно, что она действительно меня любит, но время для этого было упущено. Как и для всего, к чему я прикасался теперь. Я отвернулся и через секунду услышал, как захлопнулась входная дверь. Только тогда я понял, что теперь окончательно остался один.