Пока ты не спишь - Мишель Бюсси

– Около часа назад…

– И он позвонил только сейчас?

– Надеялся, что найдет его и…

Марианна обхватила голову руками:

– На сей раз Бурден превзошел себя! Наш доблестный товарищ, видимо, рассчитывал, что Зерда занял ему местечко на террасе Lucky Store. Проклятье! Придется утроить число патрулей в квартале де Неж. Возможно, Бурден оказал нам услугу. Если Зерда так рискует, значит, собирается войти в контакт с Солером. Не исключено, что у него нет выбора, потому что Тимо совсем плох. Еще раз предупредите всех врачей и провизоров города.

Ж. Б. исчез за дверью. Дед несколько секунд смотрел на фотографию серого плюшевого зверька с нежными глазами. «Напоминает невинную жертву слетевшего с катушек легавого!» Потом спохватился и последовал за коллегой.

* * *

В «Вивеко» мужчина в темно-синей куртке увлеченно читал журнал.

Wakou. Для маленьких любителей природы от 4 до 7 лет.

«Похож на подростка, тайком рассматривающего голых баб в издании для взрослых», – подумала Аманда.

Легавый… Добренькие соседки и знакомые подробно его описали. Белокурые волосы зачесаны набок, длинная жирафья шея, пальцы как у пианиста – или душителя.

Подмастерье легавого! Наверняка только-только выучился. Разнюхивал, выспрашивал – вкрадчиво, как продавец жалюзи со скидкой.

Аманда бросила на него злобный взгляд. Ничего, в худшем случае решит, что она просто делает свою работу: читаешь – плати! Может, даже испугается немножко, не полезет дальше, не подойдет к ним слишком близко.

К ней. К Димитри. И – главное – к Малону.

Этот юнец наверняка хорошо поработал в Манеглизе. Сделал первоклассную грязную работу… Соседки, приятельницы рады были посплетничать с продавцом жалюзи. Впускали его в дом, ничего не покупали, зато много чего наболтали.

Женщина положила перед Амандой квитанцию на посылку. В бакалейный магазин доставляли товары, заказанные по почте: чтобы выжить, все деревенские лавочки вынуждены были предоставлять эту услугу интернет-компаниям, которые рано или поздно их же и сожрут.

Она передала покупательнице пакет, та расписалась и ушла. По большому счету, Аманде не было дела до проблем деревенской торговли: когда все рухнет, ее здесь уже не будет.

Молодой полицейский успел открыть другой журнал и листал его, ненатурально изображая начинающего извращенца.

«Тобогган».

Вы захотите повзрослеть.

15:53.

Кароль не должна опоздать на смену. Только не сегодня! Аманда хотела оказаться у ворот школы раньше других мамаш. Она не боится этой своры! Пусть говорят и думают что хотят.

Никто и близко не подойдет к Малону.

Никто не заберет у нее сына.

* * *

– Майор, это Люка…

Марианна Огресс припарковалась у аптеки на улице дю Ок.

– У тебя что-то срочное?

– Ну, я в Манеглизе. Сижу на автобусной остановке. Вы приказали давать устный отчет дважды в день.

Марианна обвела взглядом пустынные тротуары. Чисто рефлекторно. Она отправила пять машин патрулировать улицы квартала де Неж и еще две – наблюдать за аптекой с разных точек.

На случай, если появится Зерда…

– Слушаю тебя. Переходи к сути. Есть что-нибудь новое?

– Пожалуй. Вы попали в точку, когда велели копнуть глубже. За гладким фасадом обнаружились неожиданные следы.

– Я же просила – без лирических отступлений!

– Ладно, не сердитесь. Итак, версия семейства Мулен слегка расходится с тем, что я выяснил. У Аманды действительно шестилетний стаж работы в магазине, но она забыла упомянуть, что прерывалась на три года – была в декрете – и вернулась только в прошлом июне.

Марианна полезла в карман за блокнотом и ручкой.

– То есть все это время сидела с малышом дома?

Она изогнулась, безуспешно пытаясь выдернуть застрявший в подкладке ежедневник. «Ты по три часа в неделю терзаешь себя фитнесом, а в результате даже задницу не можешь приподнять!» – укорила она себя.

– Не совсем так, шеф. У меня полно свидетелей, видевших Малона с самого рождения. Совсем крохотным, полугодовалым. Педиатр, друзья, жители деревни. А вот няни у мальчика никогда не было. И в ясли его не отдавали. Впрочем, их в Манеглизе нет.

– То есть до школы Малон с другими детьми не контактировал?

– Именно так, майор.

– Прекрати повторять «майор» через каждые три слова, это сэкономит нам время! Есть что-нибудь еще?

– Да, несколько странных деталей. Помните, я говорил, что соседи иногда видели, как Малон катается на велосипеде? В шлеме. В конце сквера Равеля есть пруд, весной туда прилетают утки и вьют гнезда. Манеглиз – красивое место… Марианна. Недалеко от Гавра, жизнь не слишком дорогая – самое оно, чтобы создать семью, и…

Марианна наконец нащупала ручку. Окажись стажер рядом, она бы с наслаждением воткнула ее в руку этому болтуну!

– Выкладывай, не тяни!

– Простите, Марианна. Несколько месяцев назад – зимой этого года – супруги, так сказать, оборвали все связи. Никаких семейных обедов, что неудивительно, поскольку все их близкие родственники живут в сотнях километров от Нормандии – кроме родителей Аманды, которые лежат на деревенском кладбище.

Марианна испустила тяжелый вздох.

– Мулены не приглашают к себе друзей, а в те редкие разы, когда сами идут в гости, ребенка с собой не берут. Они перестали посещать Сержа Лакорна, лечащего врача Малона. Еще одна деталь показалась соседям странной – по трезвом размышлении. Нынешней зимой они видели мальчика в саду. На велосипеде, у пруда… и всегда – в шерстяной шапочке и с толстым шарфом на шее. Но чем теплее становилась погода, тем реже малыш появлялся на улице. Да, конечно, обитатели подобных мест сразу валят на пляж, стоит солнцу выглянуть из-за тучи, но…

Марианна отказалась от надежды справиться с непокорным еженедельником: ее пальцы нащупали в кармане другой предмет.

– Если я все правильно поняла, Люка, Мулены – особенно мамаша – опекали сына до двух с половиной лет, сведя его общение с другими детьми до минимума. А с трех лет – полное затемнение!

– В сентябре он пошел в детский сад, Марианна…

Уж лучше бы называл меня майором!

– Да, как и любой ребенок во Франции, которому должно исполниться четыре. Не записать Малона в сад они не могли – это сразу привлекло бы к ним внимание.

Она осторожно, двумя пальцами, вытащила из кармана свою находку.

– Вы правы, Марианна, но я должен сказать кое-что важное.

– Пожалуйста, Люка, не зови меня по имени. Даже сотрудники с тридцатилетним стажем этого не делают.