Убрать Картера - Тед Льюис

Он бежал не останавливаясь. Он знал, что долго не выдержит, но продолжал бежать. Пока не упал. И даже упав, продолжал двигаться вперед. Сначала он полз, а потом попытался встать на ноги, однако его попытка не увенчалась успехом. Я подбежал к нему, резко дернул его вверх, прижал спиной к перевернутой вагонетке и, удерживая за шею, стал бить в лицо.

Бил я несильно. Пока. Я хотел, чтобы сначала он ответил на мои вопросы.

— Альберт, расскажи мне все, — сказал я. — Расскажи мне о Дорин. И о Фрэнке.

Он не мог говорить. Ему не хватало дыхания: воздух с хрипом, похожим на скрежет жерновов кофемолки, вырывался из легких. Я выпустил его шею, отступил на шаг и закурил. Альберт согнулся пополам и обхватил себя руками. Он судорожно хватал ртом воздух, на его губах пузырилась белая пена. Постепенно его дыхание выровнялось, он разогнулся и в изнеможении привалился к вагонетке.

— Ради бога, давай по сигаретке, — сказал он.

Я дал ему сигарету и поднес спичку. Кажется, ему стало лучше. Он даже не кашлянул.

Я позволил ему сделать несколько затяжек, прежде чем сказал:

— А теперь рассказывай, иначе я прикончу тебя прямо на месте.

— Знаю, — сказал он, затягиваясь. — Знаю. Я ждал.

— Я не знал, кто такая Дорин, — начал он. — Я не знал, что она дочь Фрэнка. Для меня она была просто очередной шлюшкой.

— Ее привел Эрик, да?

Альберт потер лоб нижней частью ладони.

— Да, ее привел Эрик.

— Как?

— Не знаю. У него свои методы.

— Когда ты узнал, кто она такая?

— Примерно две недели назад.

— Как?

Он опять затянулся.

— Послушай, — сказал он. — Я хочу тебя предупредить: я не имею к этому никакого отношения.

— К чему, Альберт?

— К Фрэнку. К тому, что с ним произошло.

— Альберт, об этом позже, — сказал я. — Мы дойдем и до этого.

— Послушай…

— Альберт, как ты узнал, кто она?

Он выпустил клуб дыма.

— Я поневоле узнал, кто она. Ко мне пришли.

— Кто?

— Некто по имени Брамби.

— Брамби?

— Да. Сказал, что видел фильм. Хочет заполучить девчушку. Для определенных развлечений. Я ответил, что нельзя. Он сказал, что в таком случае начальник полиции с радостью закроет один бордель на окраине и тем самым сделает себе отличную рекламу. Поэтому мне пришлось выяснять. Только я не мог пойти к Эрику: они с Киннером дали бы мне коленом под зад, если бы я заявился.

— Так как же ты узнал?

— Просто выяснил, вот и все.

— И сообщил Брамби?

— Верно.

— А вскоре после этого Фрэнка убили.

Он промолчал.

— Почему?

Он продолжал молчать.

— Альберт, разве ты хочешь умереть?

Он затянулся.

— В общем, была вторая половина воскресенья. Я смотрел футбол по телеку, и вдруг входит Эрик. С Фрэнком и своими двумя братками. Фрэнк без сознания. Эрик велит мне выгнать из комнаты Люсиль и детей, но мы сами уходим в другую комнату, потому что если я начну гнать детей от телевизора…

— Альберт, — прервал я.

— Ладно. Короче, Эрик говорит, что Фрэнк рвет и мечет. Каким-то образом он увидел фильм. И собирается идти в полицию. Наверно, надо бы проучить его, говорю я, чтобы он хорошенько подумал, прежде чем идти туда. Эрик говорит: нельзя, Фрэнк из другого теста. Можно переломать ему руки и ноги, разрезать на кусочки, можно делать с ним что угодно, но он все равно будет стоять на своем. И доставит кучу неприятностей. И что, спрашиваю я. Эрик отвечает. Я говорю: нет, не здесь. Он возмущается и говорит, что я веду себя глупо. Все будет обставлено как несчастный случай. Есть ли у меня выпивка? Я говорю, есть, он велит мне принести бутылку, а пока братки приводят Фрэнка в чувство. Потом Эрик принимается лить виски ему в глотку, а ребята держат его.

— А что делал ты, Альберт?

— Ничего.

Я промолчал.

— Что я мог сделать? — спросил он. — Скажи, что я мог сделать? Ты же знаешь Эрика.

— Что было потом?

— Они подогнали машину Фрэнка и увезли его. Вот и все.

— Эрик знал, что Фрэнк мой брат?

— Да.

— Откуда?

— Я сказал ему, когда он заливал во Фрэнка виски.

— Зачем?

— Пытался остановить его.

— Да-а?

— Честное слово.

— А что на это сказал Эрик?

— Он сказал: «Отлично», — и продолжал.

Я отбросил сигарету.

— Это все?

Он кивнул.

— Все, Альберт?

Альберт вжался в вагонетку.

— Джек, ради бога…

— Альберт, не будь бабой. Ты знал, что я сделаю.

— Да. Но послушай. Господи, да не убивал я его. Это не я.

Я вытащил из кармана нож Кона.

— Знаю, что не ты.

— Тогда…

— Альберт, это не имеет значения.

Я шагнул к нему. Он упал на колени, вцепился мне в штанины и заплакал. Я вспомнил фильм и вспомнил, как Дорин стояла перед ним на коленях. Я вспомнил бильярдный зал, вспомнил, с каким презрением Альберт смотрел на лежащего на полу Фрэнка. Я вспомнил собственное отвращение к Фрэнку и восхищение Альбертом. И я представил, что испытывал Фрэнк, когда они заливали в него виски. Ведь он понимал, что они собираются сделать. Я схватил Альберта за волосы, поставил его на ноги и прижал к вагонетке.

— Джек…

Я ударил его ножом. Прямо под ребра, а потом вверх. Глаза Альберта распахнулись, рот открылся. Через несколько мгновений я медленно вытащил нож и ударил снова. Альберт в полной тишине начал сползать вниз. Я ударил его ножом в третий и последний раз, а потом стоял и наблюдал, как он умирает.

Когда Альберт умер, я протащил его вниз но склону к краю ямы, в которую сбрасывали горячий шлак, все еще мерцавший оранжевыми огоньками. Я столкнул его вниз, но до кучи он не долетел, и мне пришлось спускаться и подтаскивать его к куче. Жар был невыносимым, поэтому я не стал смотреть, что будет с телом. Но я услышал, что произошло с его голосовыми связками.

Я поднялся на вершину первого склона, ни разу не оглянувшись — я знал, что смотреть там уже больше не на что.

* * *

Я выбрался наверх и пошел к машине. Гленды в машине не было. Я на это и не рассчитывал. Однако она не могла уйти далеко. Настолько, чтобы позвонить Брамби. Хотя я был полностью уверен в том, что она не знает о причастности Клиффа. Иначе она не показала бы мне фильм, даже в пьяном состоянии.