Строптивая мишень - Татьяна Полякова

— Когда ты про крестного сказал, я подумала: «Можетбыть, если ты захочешь помочь, я и останусь жива…» — Тут я опять заревела, ноуспокоилась довольно быстро. Умылась и подогрела чай. Лешка наблюдал за мной собезьяньим любопытством.

— И долго ты будешь меня разглядывать? — спросилая.

— Пока не надоест.

— Что ж во мне такого интересного?

— Много чего.

— Не забивай себе голову. Все гораздо проще. Ты хочешьполучить чертово зелье, а моя жизнь в таком раскладе не дороже копейки. Не будуврать, что меня это удивляет. Так что не стесняйся. Я уже полчаса смотрю вбудущее без оптимизма.

Алексей извлек из холодильника бутылку водки, налил целыйстакан и залпом выпил. Я поморщилась, а он взял огурец и смачно захрустел.

— Вот что, дорогуша. Все, что ты рассказала, может бытьправдой, а может — враньем. Я в жмурки играть не люблю. Поэтому хочу убедиться,что ты мне лапшу на уши не вешаешь.

— Что ты предлагаешь? — Я насторожилась.

— Вот что. Мы едем на кладбище, и ты покажешь мне этимогилы.

— Зачем? — удивилась я.

— Если там есть два лишних жмурика, значит, ты говорилаправду.

— Ты что, хочешь могилы разрыть? — Я ушам своим неповерила.

— Точно. Отчего ж не разрыть? И убедиться, что любимаяженщина не держит тебя за идиота.

— Алеша, да как же…

— Лопатой. Через час стемнеет, самое время.

— Алеша…

— Заткнись. Или гони новую историю, потому как, еслижмуриков не окажется, я тебя в этой могиле и зарою. И памятник поставлю.Мраморный. Ну, будешь рассказывать? Или на кладбище?

— На кладбище, — обреченно сказала я.

Он нашел лопату и швырнул ее в багажник. Заняться на ночьглядя гробокопательством — глупость несусветная, но разубеждать Алексея сейчасбыло бесполезно. И мы поехали на кладбище. В абсолютном молчании, взращиваяненависть в душах.

У поста ГАИ свернули направо, до кладбища оставалосьдвенадцать километров. Алексей на меня покосился:

— Ты найдешь в темноте могилы?

— Найду, — кивнула я.

— Может, забыла, где они, или вовсе не интересовалась?

— Я интересовалась, я не забыла, и я найду. Все?.. Несворачивай, проедем по дороге еще с километр, получится ближе, чем отцентрального входа. И машину в лесу можно спрятать.

Так мы и сделали. Найти проход в кладбищенской ограде былонетрудно, кажется, она вся состояла из таких проходов. Мы вошли, яостановилась, пытаясь сориентироваться. Справа большой мраморный крест, значит,берем левее. Я пошла между могил, стараясь ступать осторожно. Впереди криваябереза, от нее третий ряд… Продвигалась я довольно уверенно, Алексей за мной.

— Спички есть? — спросила я. — В темнотефамилию не увидим.

— Есть.

— Олег в одной могиле с Филимоновым СтепаномПетровичем, киллер в следующей.

— Это Гера сказал?

— Да. Я была здесь, на девятый день.

— Зачем? — усмехнулся Лешка.

— Затем, придурок, что там мой муж. Отсчитав три рядаот березы, я уверенно вышла к могиле.

— Посвети…

Алексей щелкнул зажигалкой, аккуратно прикрыв ее ладонью, иосветил надпись на дощечке «Филимонов». Bенки с могилы убрали, а о памятнике,хоть сорок дней уже прошли, никто не побеспокоился, и могила выгляделасиротской. О чьем-то посещении говорили яйцо с карамелью у изголовья да триувядших цветка в литровой банке. Лешка равнодушно сдвинул их ногой. Допоследней минуты я сомневалась, что он всерьез решил разрыть могилу. Какоказалось, зря. Алексей был натурой целеустремленной и все доводил до конца.

Участвовать в этой затее я не собиралась, отошла на паруметров и села между могил, спиной к нему.

— Посматривай, — сказал он через несколькоминут. — Не ровен час, пойдет кто.

— Посматриваю, — огрызнулась я.

Трудился он быстро и без особого шума. Я понемногууспокоилась и смогла рассуждать здраво. Если дураку силу некуда девать, пустьпоразвлекается. В этот момент послышался глухой удар, Алексей чертыхнулся ипозвал меня.

— Домкрат давай.

Только тут я заметила возле могилы домкрат, который онприхватил из машины, и передала его Алексею. Нагнувшись, я смутно различалагроб внизу, отрыт он был как-то неравномерно. Алексей решил себе работуоблегчить, приподнять гроб с одной стороны и под ним раскапывать. Глядеть наэто у меня желания не было, и я вернулась на свое место. Где-то минут черездесять Лешка грязно выругался и опять меня позвал, чтобы домкрат вернуть. Потомвыбрался из могилы и стал ее зарывать.

Я присела рядом, наблюдая за ним. Трудился он деловито, я бысказала с удовольствием, только что не насвистывал.

— Все? — спросила я, когда он закончил.

— Где второй? — поинтересовался он. — Слева,справа?

Я не поверила своим ушам.

— Ты что, будешь второго откапывать?

— Конечно. Все надо доводить до конца.

— А ты не устал, Алеша? — съязвила я.

— Ничего, потерплю. Один труп не доказательство. Чертзнает, кого вы здесь с муженьком зарыли…

— Это Олег.

— Дай мне убедиться в том, что ты не врешь.

— Вот эта, — ткнула я пальцем и собралась уйти, ноон схватил меня за плечо, подтащил к деревянной скамье у соседней могилы иловко приковал к ней наручниками

— Если кто-нибудь появится, мне бежать вместе славкой? — поинтересовалась я.

— Не беспокойся, я тебя не брошу. Ты мне очень дорога.

Фраза показалась двусмысленной, но я промолчала. Небо серелона востоке, когда он закончил труды. Освободил меня, подхватил домкрат, лопатуи сказал:

— Потопали.

— Ну и что? — поинтересовалась я, когда мы ужеподходили к машине.

— Ничего.

— Что значит «ничего»? Нашел, что искал?

— Ну…