Тайна зимнего сада - Кэрола Данн

– Здрасте, шеф, это Том. Мы его нашли. Ну, почти.

– Джорджа Брауна? Что значит «почти»?

– Сержант Шоу позвонил мне из Честера. Сказал, что пытался связаться с вами, но вас не было в гостинице. Его ребята вышли на Брауна через одного из его клиентов в маленьком городке… как там его?

– Уитбери. Кстати, чем он там торгует?

– Дамскими корсетами, шеф, – хихикнул Том.

– Боже праведный! Тогда ясно, почему он не пытался втюхивать свой товар в деревне и почему вообще не говорил о нем здесь. Бедолага, ему, должно быть, здорово приходится мотаться. Шоу узнал, на какую компанию он работает?

– На «Корсетную компанию „Клевер“», известную в узких кругах как «Три „К“».

В трубке захрипело – то ли помехи, то ли сержант смеялся.

– Их контора сидит в Илинге. Я им позвонил и поговорил со старшим отдела продаж. Брауну отведено северо-западное направление. Похоже, ему доверяют самому выбирать маршруты в поисках новых клиентов. Он не женат, в Лондон заезжает раз в две недели, но по субботам обязательно звонит с отчетом. Короче, завтра вечером они узнают, где он, и тут же сообщат нам.

– Ты попросил их не говорить ему о том, что мы его ищем?

– Конечно, шеф, за кого вы меня держите?

Алек улыбнулся, представив обиженное лицо сержанта.

– Извини, Том.

– На случай, если меня вдруг не будет, я сказал им звонить в честерскую полицию.

Тонкий намек не прошел незамеченным, и Алек улыбнулся еще шире.

– Ладно, если Браун на севере, добивай свои дела и валяй к нам. Ты мне нужен. Можешь выехать утренним поездом.

– А могу и сегодняшним вечерним. Должен же у них быть вечерний?

– Том, ты же женат.

– Ну, не повезло. Как говорится, взял жену – забудь тишину.

– Что-то я этого не замечал. – Если Грейс легко находила общий язык с мужчинами, Тому легко давалось то же самое с женщинами – по крайней мере с определенными их категориями. Тем не менее, несмотря на хорошо подвешенный язык, он – насколько знал Алек – хранил верность миссис Тринг, от которой его так часто отрывали служебные обязанности. – Не спеши, сойдет и завтра. Только дай мне знать о времени прибытия, и я пошлю Пайпера забрать тебя с вокзала в Крю.

– Так точно, шеф. С мисс Дальримпл все в порядке?

– При мисс Дальримпл точно про тишину забудешь, – буркнул Алек, вешая трубку. Ее явное нежелание следовать его неоднократным призывам не лезть в дела следствия действовало ему на нервы.

По мере того как все больше деревенских заходили в бар пропустить пинту-другую после работы, шум со стороны стойки делался все громче. Покосившись в ту сторону, Алек увидел Пайпера – тот сидел у стойки в обществе двух батраков. Юный детектив в коричневой костюмной паре смотрелся рядом с ними явным чужаком, и Алек со вздохом подумал, что так, как у Тома, у него не будет получаться никогда.

Флетчер пожал плечами. Сам он здесь смотрелся бы еще более странно. Алек толкнул дверь и прошел в гостиную с другим баром – ту самую, в которой состоялось свидание Грейс и Джорджа Брауна.

В маленькой, уютной комнатке с обилием дерева и меди в отделке мгновенно воцарилась тишина. И немудрено: чужак чужаком, он готов был поспорить на свое месячное жалованье, что всем в этой комнате известна его профессия. В такой маленькой деревушке, предположил он, подобное неизбежно. Увы, это означало и то, что ему вряд ли удастся вытянуть из них хоть что-то, разве что вызвав на официальный допрос. В общем, он не рассчитывал на больший успех, чем Эрни.

– Добрый вечер, – произнес Алек, не обращаясь ни к кому конкретно, и направился к стойке.

Двое фермеров средней руки в обычных сельских твидовых костюмах кивнули ему и снова углубились в обсуждение весенних цен на баранину. Мужчина, сидевший у стойки в стороне от других, коротко покосился на него и снова отвернулся. Семейная пара среднего возраста у камина ответила на его приветствие. Алек узнал Тейлоров, владельцев сельской лавки, в которой пополнял запас трубочного табака.

– Что будете пить? – поинтересовался он у них.

– Я не отказалась бы от шерри, инспектор, – отвечала миссис Тейлор, переглянувшись с мужем. – Только совсем капельку… Ладно, и спасибо вам большое.

– Меня зовут Флетчер. А вам?

– Полпинты горького. Спасибо, мистер Флетчер.

Девица с неестественно выбеленными волосами оглянулась на него. Алек продиктовал ей заказ, взял две кружки и рюмку и вернулся с ними к столику Тейлоров.

Супруги оказались вполне дружелюбными, с готовностью поддержали разговор об убийстве, но помочь ничем не смогли. Они ежедневно заглядывали в «Чеширский сыр» пропустить по капле перед обедом (пролетарский чай Тейлоров не устраивал). Они редко бывали здесь в более поздние часы, поскольку предпочитали слушать радио, если, конечно, не случалось завоза товара или необходимости корпеть над счетами. Вечером тринадцатого декабря, как и всегда по средам, Тейлоры сидели у себя в лавке, пополняя товар на прилавках, но ставни на окнах закрыли, так что ничего, происходившего на улице, не видели.

– Держать единственную лавку в деревне – это вам не в бирюльки играть, – авторитетно заявил мистер Тейлор. – Люди ожидают найти у нас все, что только возможно, а ведь на нас еще и почта. Ладно, Дорин, нам, пожалуй, пора. Помяните мое слово, мистер Флетчер, вы зря тратите время. Это все валлиец сделал.

Примерно того же результата Алек добился от менее разговорчивых фермеров и одинокого типа у стойки, клерка, работавшего в Уитбери, но проживавшего с родителями в Окклсуиче. Позже в бар зашли и вышли еще трое-четверо, но и они не пополнили его запас информации.

– Может, сэр, вам повезет больше, как вы пообедаете, – предположила барменша. – Тут у нас есть ранние пташки, а есть и поздние.

– И им никогда не сойтись, – мрачно подытожил Алек. – А знаете, Рита, возможно, вы могли бы мне помочь с парой деталей. Я понимаю, ничего из того, что творилось на улице, вы не видели, но, может, вы заметили: не вышел ли кто-нибудь следом за Грейс или вскоре после этого?

– Ох, сэр, наверняка не скажу. Народ приходил и уходил, все как всегда, а я и Грейс-то заметила только потому, что обычно она до самого закрытия задерживается.

– А что ее отец – он не приходил?

– Вряд ли, сэр. Хотя не побожусь, что нет.

Это совпадало с тем, о чем сообщала местная полиция. Мосс сказал Даннету, что вернулся домой поздно, что Грейс оставила чай на плите, но саму ее он не видел.

– А этот коммивояжер? Он человек не местный, собирался здесь остаться на ночь, так что вы могли бы следить за его перемещениями. Когда он ушел из бара?

– А, да, он-то до закрытия сидел, это я помню. Виски хлестал, как воду. Как Грейс ушла, он еще с несколькими поговорил, но то и дело на часы косился. Помнится, это мне странным показалось: он ведь комнату снял. Должно быть, как бар закрылся, он забрал свои вещи и отчалил. Я прибиралась, так что больше его и не видела.