Язык его пропавшей жены - Александр Трапезников

— Даже с языком ученых совпадает? — спросил Черемисинов, оторвавшись от блокнота. — И с языком мелких предпринимателей?

— Наука ищет Бога на своём поле, в «объективном», в том, что можно обозначить словами, — ответил отец Владимир. — Она понимает «бога» как некое существо, подтягивая словечки вроде «теизм» и «деизм», но тут же нахохливается — это, дескать, «антинаучно»… И совершенно верно считает недостойным человека поклоняться этому существу! Но только разве речь об этом? Им, как в русской пословице, «про Кузьму, а они всё про Ерёму», им про смысл, а они про слова… А кроме того — ведь никакие точные науки не спасут человека от болезней душевных. И страх перед ними не лечится наукой. Поскольку за знаниями стоит Язык. И именно взаимоотношения Языка с Верой, замкнутого мира Яви и Нави с Правью, Условий и безусловным Выбором — определяют наш Мiр. А насчет мелких предпринимателей не знаю. Тоже самое.

— Так-то, Черемиска, — вставила Катерина.

— Скажу больше, — подумав, продолжил священник. — Нарушения любого церковного канона, вообще говоря, возможны, но духовно опасны. Все лингвистические, шрифтовые и иные средства церковно-славянского языка — это есть специализированная церковная технология выражения благой вести. Своеобразный лингвистический канон. Поэтому допустимо говорить и о «лингвистическом богословии», ибо в Церкви Святой Дух действует везде: «изрекали его святые Божии человеки, будучи движимы Духом Святым», по апостолу Петру. Многие вероучения употребляют, часто чрезмерно и надуманно, всяческие средства определения сакральности слов, букв, образов, символов. Православию же во всем дарована Духом Святым гармоничная абсолютная полнота, в том числе и в духовно-молитвенном оружии нашего богослужебного языка, дабы Слово Божие росло и распространялось.

Ферапонтов, обращаясь к Велемиру, с улыбкой сказал:

— Они оба у меня в школе учились. И Катерина тоже. Да и все тут, почитай. И у каждого своя дорога… Кстати, Ирина часа два назад звонила. Из Переславля-Залесского. Вы все еще хотите ее видеть?

— А как же! — встрепенулся Велемир. Об этой загадочной особе он как-то подзабыл.

— Тогда ждите. Впереди у нее еще Ростов, Углич, Гороховец и так далее.

— А обо мне вы ей что-нибудь говорили?

— Хотел, да связь прервалась. Ждите.

А ничего другого и не оставалось. Вот только еще заполночь с белой вдовой встретиться. Но время есть, пока можно и «языками» развлечься. О них-то сейчас Ферапонтов и предложил потолковать, предоставив исполнение арии «московскому гостю». Тот и рад был.

— Феномен происхождения языка как такового до сих пор остается в области догадок, — начал нейролингвист. — Очевидно, что на любой язык, как органичную развивающуюся систему, влияют многие естественные и искусственные факторы. Однако на человеческие языки, как и на судьбы народов, сильнее всего действует именно духовный мир, в первую очередь, — Божественный промысл. И этот промысл наделяет языки высшими смыслами и единством. Важно также соотношение языка и мышления, несомненно, имеющего не только вербальный, словесный характер. Об этом свидетельствуют, например, поэтическое творчество и интуиция. Кроме того, мышление контролируется нашим сокровенным внутренним «я» — душой. Язык связан с иррациональными метапроцессами относительно сознания. Через них в человеке возникают высшие типы молитв. Поэтому несомненно, что существуют православное мышление и метапроцессы, основанные, прежде всего, на Законе Божием.

— Верно! — похлопал ему священник. — А я-то вначале подумал, что вы просто турист какой-то заезжий.

— Я заезжий, но не турист. Речь конкретного человека возникает и формируется в социальной среде. Однако обнаружены также наследственные и генетические механизмы языка. Люди обладают ответственными за речь физиологическими и анатомическими структурами, отсутствующими у животных. Эти образования, из-за порога сложности, не могли самопроизвольно возникнуть в ходе «эволюции» по Дарвину. Звуковая речь формируется с помощью сложного произносительного аппарата, в который входят гортань, горло, язык, соответствующие разделы мозга и многое другое. Само создание звуков, согласно нейромоторной теории, происходит не под влиянием механических резонансов голосовых связок, подобных колебанию струны, а управляется мозгом.

Тут в горницу вошла Марфа Посадница с подносом, на котором стояли заварной чайник, чашки и бублики с маком. Выставив все это на стол, она так же безмолвно удалилась. А Велемир продолжил:

— Эти биологические особенности свидетельствуют о целенаправленном предназначении органов человека для речи и мышления, и промыслительной стержневой роли языка как средства общения с земным и горним. Вспомним, например, как исторически появился церковно-славянский язык. На основе научной лингвистической и духовной переработки византийского уставного письма святыми Кириллом и Мефодием. Из этого письма заимствуются 24 буквы. Оба святых прекрасно знали греческий, иудейский и ряд иных языков, а также все соответствующие разнополярные духовные традиции и учения, понимали роль языка для самоосознания народов, формирования их духовности и воли к жизни. Святые Кирилл и Мефодий, будучи гениальными богословами, лингвистами и философами, гармонично и молитвенно соединили в церковно-славянском языке достоинства древнегреческого, древнеиудейского и древнеславянского языков на основе новозаветной, а также, как ее прообраза, ветхозаветной духовности.

— Вот когда камрад Тожэ говорит коротко и резко, я все понимаю. А когда длинно и заумно — вполовину, — огорченно пожаловался Черемисинов.

— Ты и в школе всегда двоечником был, сын мой, — усмехнулся священник.

— Какой я тебе «сын», за одной партой сидели!

— И не Тожэ он, а Толбуев, — заметила Катерина. — Я в регистрационную карточку заглядывала.

— А Толбуев тоже Тожэ, — упрямо огрызнулся Черемисинов.

— Да угомонитесь вы! — шикнул на них старый учитель. — Дайте человеку выговориться.

— Спасибо, — поблагодарил его Велемир. — Константин, взяв за основу греческое уставное письмо, унициал, изобрел простую и удобную форму для начертания славянских букв. Он дополнил азбуку знаками, передающими звуки, свойственные славянской речи и отсутствующие в греческой. Недостающие знаки Константин заимствовал из коптского письма и какого-то более древнего славянского.

— Азбука, конечно, создавалась не на пустом месте, — подхватил Ферапонтов. — Славяне уже владели достаточно высокой письменной культурой.

— Да, — согласился Велемир. — Глаголица, например, состоит из сорока знаков с такими замысловатыми, причудливыми и своеобразными формами, что при поверхностном взгляде очень трудно найти какое-либо сходство с другими алфавитами.

Тут Ферапонтов решил сам продолжить:

— Глаголица является письмом буквенным, а не слоговым или иероглифическим, поэтому можно сказать, что она изобретена кем-то на основе славянских рун, но вовсе не представляет собой сами эти руны. Что же касается Кирилла, то вряд ли он был изобретателем глаголицы, хотя бы потому, что она принадлежит и совсем другой культуре, и совсем другой эпохе. А как возникли названия славянских букв? Ведь они вовсе не похожи на греческие названия, а появились вместе с глаголицей! Более того, как объяснить продуманность отражения в алфавите славянской фонетики? Ведь если составлял человек, берущий за основу обыденный уровень греческого языка и письма, то вряд ли бы он смог справиться с решением проблемы создания букв для особых славянских звуков. Как объяснить происхождение букв чисто славянских, для которых, как известно, в греческом алфавите не было и нет соответствующих аналогов? В качестве примера можно привести Библию четырнадцатого века на языках народов, исповедующих монофизитство: армянском, арабском, коптском, сирийском и эфиопском. Каждая из этих письменностей содержит знаки, напоминающие буквы глаголицы, только в одном алфавите это будут одни, а в другом — другие. Что же из этого следует? А ровным счетом ничего. Сказать, что глаголица возникла из армянского, грузинского или эфиопского алфавита невозможно.