Река Вуду - Роберт Крайс

Эдит снова скрестила руки на груди.

— Тогда шерифом был человек по имени Дюпласу. Он пришел в наш дом, и отец ему так прямо и сказал: что случилось и почему. — Она еще крепче обхватила себя руками, словно ей стало холодно. — Я уверена, что мистер Дюпласу посчитал ярость моею отца вполне объяснимой — ведь цветной обесчестил белую девочку.

— Боже мой, — прошептала Джоди.

Эдит вернулась к дивану.

— Да. Прежде такие вещи называли преступлениями в состоянии аффекта. Еще кофе, мистер Коул?

— Да, мэм, не откажусь.

Джоди отвернулась от пианино и осталась стоять в центре гостиной.

— Вы могли бы сделать заявление. Вы и сейчас можете. — Она посмотрела на меня: — Ведь на убийства срок давности не распространяется?

— Верно, — кивнул я.

— Моему отцу восемьдесят шесть лет, — вздохнула Эдит. — Он страдает недержанием мочи, разговаривает сам с собой и не вполне вменяем. Я ухаживаю за ним, чем он не слишком доволен, но больше он никому не нужен. — Она покачала головой. — У меня нет к нему прежней ненависти. Ведь столько лет прошло со смерти Леона.

У Джоди заходили желваки на щеках. Эдит устало пожала плечами.

— Вопрос в том, как мы это воспринимаем. Наверное, все наши неприятности случились именно из-за тех событий.

— Милт, — сказал я.

Эдит посмотрела на меня.

— Господи, да вы, должно быть, очень хороший детектив.

— Кто такой Милт? — поинтересовалась Джоди.

Эдит удивленно посмотрела на нее:

— Он разве не рассказал вам о том, что здесь происходит?

— Что вы мне не рассказали? — нахмурилась Джоди.

— Некоторые из тех, кто вас шантажировал, оказывали давление и на нас.

— О чем речь? — повернулась ко мне Джоди.

— Я рассказал только то, что имело к вам непосредственное отношение. А дела Эдит — это дела Эдит.

— Боже мой, до чего же вы скрытный человек!

— Конфиденциальность — мое второе имя, — ответил я.

Впрочем, Джоди хотела, чтобы ее ввели в курс дела, а Эдит не возражала.

— Рибнэк работал на человека по имени Милт Россье. Как я понимаю, Рибнэк раскопал обстоятельства убийства Леона Уильямса и продал их Россье, чтобы Россье получил власть над мужем Эдит. Рибнэк обманул Россье и у него за спиной начал вас шантажировать. Рибнэк считал себя на редкость ловким, но тут расследованием занялся я, и мое внимание привлек Россье. — Я посмотрел на Эдит: — Вы ведь знаете, что Рибнэк мертв.

Она выглядела смущенной.

— Не-ет. Джоэль мне ничего не говорил.

— Неужели в вашей семье одни секреты? — спросила Джоди.

— После того как мы с Люси Шенье встретились с Эдит, головорезы Россье привезли меня на его ферму, где он занимается разведением лангустов. Россье мог узнать о моем визите к Эдит только от ее мужа. Кроме того, на ферме был Рибнэк. Россье хотел добиться от меня правды и очень разозлился, когда понял, что Рибнэк шантажирует Джоди. О моих истинных намерениях он абсолютно ничего не знал, и подозреваю, что именно по этой причине он и убил Рибнэка.

— Джоэль не станет никого убивать. Я в это не верю, — покачала головой Эдит.

Я не стал спорить. Эдит поставила чашку с кофе и сказала:

— Я говорила Джоэлю, что тридцать шесть лет во лжи — это слишком долгий срок. Я сказала, что не хочу, чтобы он сделал ошибку, а он спросил: «Ты предлагаешь мне арестовать твоего отца?» — Она покачала головой и потерла глаза. — Какой кошмар!

Я посмотрел на Джоди Тейлор.

— Знакомая песня?

— Что?

— Вы тоже не хотели платить шантажисту.

Джоди поджала губы и наклонилась к Эдит:

— Неужели ваш муж не может ничего сделать?

— Хочет, но не знает, как поступить. И это его убивает. — Голос Эдит дрожал, а сама она была как натянутая струна.

— Похоже, это убивает вас обоих, — заметила Джоди.

К дому подъехала машина, и Эдит направилась к двери.

Входная дверь распахнулась, и в дом вошел шериф Джоэль Будро. В одной руке он держал шляпу, в другой — спортивную газету. Вид у него был усталый, как после трудного дня. Увидев нас, Будро остановился и сказал:

— Что здесь происходит?

Он казался абсолютно спокойным и невозмутимым, словно видеть у себя в гостях частного детектива и телезвезду — для него дело обычное.

Хотя, конечно, не совсем. Его глаза беспокойно перебегали с меня на Джоди, а бесстрастное выражение лица скрывало его истинные чувства. Я хорошо знаю копов и этот их якобы ничего не выражающий взгляд.

— Джоэль, эту молодую леди зовут Джоди Тейлор, — сказала Эдит, облизав губы, и добавила: — Она моя дочь.

Джоди встала и протянула руку.

— Здравствуйте, мистер Будро.

— Она снимается на телевидении, Джоэль. Она та самая маленькая девочка, которую я когда-то отдала.

Джоэль Будро равнодушно взял руку Джоди и покачал головой, будто не понимая, что происходит.

— О чем ты говоришь, дорогая. Твоя мать отдала ребенка. — Словно Эдит забыла, когда ходила в магазин.

— Нам больше не нужно притворяться, Джоэль, — Эдит положила руку ему на плечо. — Они знают. Эти люди ее шантажируют, как и нас.

Глаза Джоэля широко раскрылись, он тяжело задышал, глаза забегали. Ты возвращаешься домой со свежим номером «Спортс иллюстрейтед» в руках и вдруг видишь, как вся твоя жизнь летит под откос.

— Никто нас не шантажирует.

— Мы не причиним вам вреда, Джоэль. Все в порядке.

Шериф Джоэль Будро отмахнулся от меня газетой.

— Не знаю, что вы там нарыли, но мы не хотим иметь с этим ничего общего. — Он шагнул ко мне, угрожающе расправив плечи. Полицейские методы. — Вам лучше уйти.

— Прекрати! — дернула его за руку Эдит. — Нам необходимо поговорить. Надо посмотреть правде в глаза и начать что-то делать.

Джоэль был возмущен, но не знал, как себя вести.

— Нам нечего обсуждать, Эдит. Ты меня понимаешь? Нам не о чем говорить с этими людьми. Они должны уйти.

Голос Эдит стал более настойчивым:

— Я хочу знать, что происходит. Хочу знать, не замешан ли ты в убийстве.

Левый глаз Джоэля Будро задергался, он сделал шаг в мою сторону, и я встал. Эдит покраснела и схватила его за руку.

— Я видел вас с Милтом Россье. Мы знаем о Леоне Уильямсе и отце Эдит. Рибнэк шантажировал Джоди, а Россье вымогал деньги у вас, — сказал я.

Будро снова моргнул и покачал головой.