Клиника - Салли-Энн Мартин

— Красивые места; я всегда…

Ребекка жестом прервала его, и Боб раздосадованно замолчал на полуслове.

— Прошу извинить, Боб. Мне нужно попудрить носик.

И она отошла к туалетам, оставив девелопера попивать низкосортное вино.

* * *

Ребекка подкрашивала губы, когда одна из кабинок за ее спиной открылась. Советник Паттон приостановилась, узнав доктора Кавендиш, нервно оглянулась и заняла место у соседней раковины. Открыла воду и взяла обмылок из мыльницы.

— Хотелось бы пообщаться по поводу продления срока аренды, — сказала Ребекка. — Я должна представлять себе перспективы.

— До переговоров нам следует убедиться, что ваш бизнес успешен, — ответила советник слегка севшим голосом. — Вы знали об этом условии с самого начала.

— Похоже, Боб Диккинсон уверен, что ему удастся отобрать у меня участок.

— Боб в каждой бочке затычка… Я бы на вашем месте не беспокоилась на его счет. Ему эта тема скоро наскучит, и он переключится на другой звездный проект.

— Вчера утром я видела, как он разговаривал с Дженни. Они очень мило ворковали.

Советник бросила мыло на бортик раковины.

— Ерунда! Дженни снимает жилье в одной из его развалюх. Наверное, обсуждали арендную плату.

— Я еще ни разу не видела их вместе.

— Вы что же, следите за Дженни? — Поймав в зеркале взгляд собеседницы, Паттон прищурилась.

Ребекка защелкнула замок сумочки.

— Прошу вас сделать все возможное, чтобы срок был продлен. Мы, женщины, должны помогать друг другу.

Она подмигнула советнику и, закинув сумочку на плечо, вышла из туалета.

43

Гейнор забарабанила кулаками в дверь душевой.

— Эй, откройте! Я задыхаюсь!

— Ты перепугаешь всю клинику, Гейнор, — вздохнула Кэролайн, пытаясь дотянуться до ее руки.

Процедура длилась уже почти полчаса, причем двадцать минут женщины провели в полной темноте; последние десять минут Эми пыталась убедить всех и каждого, что Жасмин все еще в клинике.

— Говорю вам, я слышала ее голос! Она где-то здесь!

— Эми, довольно! — взмолилась Вики.

— Это все дурацкие пилюли и жара, мы тут уже сходим с ума. Еще и заперли — разве это нормально? — заворчала Одри из облака пара.

Сквозь матовое стекло окошка заглянула луна, и в душевой воцарился серый полумрак.

— Какой-то абсурд! А если мы отдадим концы? Никто об этом и знать не будет, не говоря уже о помощи! — выкрикнула Гейнор, продолжая колотить в дверь основаниями ладоней.

Одри, открыв кран в раковине, сложила руки лодочкой и начала пить, потом подставила язык под струю, словно умирающая от жажды собака.

Кэролайн пыталась сохранять спокойствие, твердя себе под нос местную мантру. Вики сжала ее руку.

— Такое ощущение, что мы здесь уже несколько часов, — срывающимся голосом пробормотала она.

— Выпустите меня, черт вас побери!

Гейнор вновь застучала в дверь, и та вдруг распахнулась. На пороге стояли ассистентки со стопкой полотенец — по одному для каждой из женщин.

— Слава богу, — подала голос Кэролайн. — Я уж думала, нам придется провести здесь всю ночь…

— Зато какой худышкой ты выйдешь к завтраку! — пошутила Вики, словно минуту назад и не опасалась, что их уже не выпустят.

Клубы пара поползли из душевой в холодный коридор.

— Успокойтесь, Гейнор! Вы все-таки продержались до конца. Ручаюсь, завтра почувствуете себя гораздо лучше, — сказала Тина.

На Гейнор было страшно смотреть: кудрявые волосы намокли от пота, пышная челка облепила лоб, а грудь и шея покрылись красными пятнами. Она уставилась на молодую ассистентку.

— Нельзя было оставлять нас одних! Это бесчеловечно, мы могли умереть!

— Гейнор, прекратите истерику. Процедура — часть программы, на которую вы дали согласие. Вы должны доверять доктору — она желает вам только добра. Ничего плохого с вами не случится, — ответила Тина.

— Хочу домой… — завыла Гейнор.

— Ручаюсь, вы измените свое мнение, когда убедитесь в результатах процедур. — Ким подала ей полотенце. Похоже, ассистентка была потрясена состоянием, в котором находилась ее подопечная. — Взвесимся, и вы увидите разницу.

Ким глянула на Тину, и та кивнула, не отрывая взгляда от Гейнор, которая, похоже, была готова ударить любого, кто к ней притронется.

— А что, неплохая мысль. Давайте оденемся, а потом — на весы!

Тина отправилась перекрывать воду в душевых кабинках, а Ким тем временем раздала женщинам полотенца, взяла большие ножницы и освободила участниц программы от пищевой пленки. Душевую заполнили явственные вздохи облегчения. Впервые почти за час удалось сделать вдох полной грудью.

Тина сунула руку в боковой карман, пошарила и с отчаянным видом начала хлопать себя по другим карманам. Резко развернулась и подошла к захлопнувшейся входной двери в душевую.

— Черт, — пробормотала она, и женщины встревоженно обернулись.

Тина дернула дверь, но тщетно — та даже не колыхнулась.

— Что случилось? — спросила Одри, застегивая рукава блузки.

— Оставила ключи в замке. Вы так напугали меня своими криками, что я…

— То есть выйти мы не сможем? — осведомилась Кэролайн.

Тина испуганно кивнула. До женщин начал доходить ужас их положения, и они по очереди повернулись ко все еще запертым душевым кабинкам, из которых по-прежнему валил пар.

— Ключи от кабинок тоже на этой связке? — спросила Эми, хотя заранее знала ответ.

Тина снова кивнула.

— Доктор заметит, что мы не вернулись с процедуры, так что скоро нас выпустят, — с робкой надеждой сказала Вики.

Ассистентки переглянулись между собой и посмотрели на нее.

— Она на весь вечер уехала…

Одри застонала, прижав руку к сердцу.

— Давайте не паниковать, — предложила Кэролайн, обняв погрузившуюся в мрачные раздумья Одри. — Можно закричать всем вместе. Кто-то в здании нас услышит?

— Например, Роберт или повариха, как бишь ее… — вставила Вики.

— Ларч…[15] — буркнула Гейнор, обретя с приходом Ким и Тины свою обычную дерзость.

— Аня. Ее зовут Аня. — Эми нахмурилась.

— Попытка не пытка, — вздохнула Кэролайн. — На счет три кричим хором: «Помогите!»

Они встали кружком, глядя друг на друга, и кивнули, начав отсчет. Пар уже заволакивал помещение.

— Раз, два, три!

44

Сжав руль с подогревом, Ребекка включила «Времена года» Вивальди и спустилась на первый уровень двухэтажной парковки, аккуратно объезжая раздавленные банки из-под пива и валяющиеся на бетоне использованные шприцы. Она с насмешкой смотрела на припаркованные машины — дряхлые драндулеты, такие же серые и унылые, как и их хозяева.

Заметив покрытый пятнами ржавчины «Ягуар» Боба с безвкусным номером, Ребекка оскалилась и надавила на педаль газа. Рев двигателя многократно отразился эхом от бетонных стен. Она представила себе ухмылку дельца, обнажившую желтые зубы, его воняющее алкоголем дыхание, когда тот при прощании притянул ее к себе, невнятно бормоча на ухо: «У меня есть человечек, который за вами следит…»