Комплекс полуночи - Ольга Баскова

– Никита Савельев?

– Он самый.

– С вами говорит Кирилл.

Я напряг память, но она отказывалась выдавать субъекта, носящего такое имя.

– Извините, но это мне ни о чем не говорит.

Он вздохнул:

– Конечно. Помните Тюльпан? Она должна была упомянуть обо мне. Я ее бывший партнер по танцам, а потом мы вместе жили, пока с ней… – Парень замолчал. Я щелкнул пальцами. Ну да, естественно! Тюльпан рассказывала про свою любовь – какого-то Кирилла. Признаться, он начисто выветрился у меня из головы.

– И чего же вы хотите?

– Встретиться с вами.

– Зачем?

Кирилл прерывисто задышал:

– Чтобы поведать о том, чего вы не знаете.

Я хмыкнул:

– То есть вы знаете больше, чем сообщила мне Тюльпан?

Парень не растерялся:

– Я в курсе, о чем вы с ней говорили. Она не сообщила и десятой доли.

– И ведь сама виновата, правда? – парировал я. – Кстати, а где вы были все это время? Вообще-то ваш выход должен был быть намного раньше.

Он снова задышал:

– Я испугался и прятался у знакомых. Послушайте, мне есть о чем сказать. Вы не пожалеете, если назначите мне встречу.

Общение с этим парнем вызывало во мне смутное беспокойство. Что-то было не так.

– Кирилл, я сейчас нахожусь дома и готов принять вас.

– Нет! – испуганно вскрикнул он. – За мной следят.

– За мной тоже.

– Вот видите. – Молодой человек начал успокаиваться. – Предлагаю свидание на нейтральной территории.

– Например?

– Кафе «Белый лебедь».

Я поморщился. Хуже забегаловки в нашем городе не было. В кафе тусовалась такая разношерстная публика, что приличный человек, волей судьбы очутившийся там, сбегал через десять минут.

– Почему именно это кафе?

– Так мне удобнее.

– Кирилл, а сейчас вас никто не подслушивает? – осведомился я.

Его «нет» прозвучало как-то неуверенно.

– Тогда не будем рисковать. Выкладывайте информацию по телефону и идите своей дорогой.

– Так не пойдет, – не согласился он. – Мне нужно смотаться из этого города.

– И что же вам мешает?

– Отсутствие денег.

Я расхохотался так, что мой смех услышали и в соседнем районе.

– Кажется, все в Приреченске сговорились вытрясти деньги из бедного журналиста. Мой дорогой, сначала вам нужно было задать мне вопрос, смогу ли я проспонсировать вас. Вы сразу бы услышали «Нет». На всякий случай повторю: мне практически все известно по этому делу, и бросать деньги на ветер я не намерен.

Его голос шелестел:

– Вы знаете не все. Вернее, почти ничего. В этом деле все не так, как выглядит на первый взгляд. И потом, я не прошу много. Только купить билет на поезд до Москвы. Там у меня родственники. Они спрячут меня до выяснения всех обстоятельств.

Я не сдавался:

– У вас тут тоже родственники. Почему бы им не отправить вас в столицу?

– Дом родителей окружен, – поведал он. – Поверьте, я бы предпочел другой выход, если бы он был, и похоронил бы всю информацию в недрах своей души. Обратиться к вам меня вынуждают обстоятельства.

Похоже, он меня уговорил. Во мне сыграло человеческое качество, знакомое всем: а вдруг я действительно могу упустить что-то важное?

– Ваша взяла. Называйте время.

– Девятнадцать часов.

– Идет. Как я вас узнаю?

– Я сам к вам подойду. Займите крайний столик справа у окна.

Он быстро повесил трубку, не попрощавшись. Я же сразу набрал мобильный Дорохова.

– У меня новости.

Он выслушал с интересом:

– Думаешь, подставная утка?

– Уверен. Аня должна уничтожить всех, кто каким-либо боком пересекался с ее делом.

– И ты пойдешь?

– Если меня подстрахуют.

Юрка задумался:

– Я бы не рисковал. Ему нечего сообщить нам.

– Понимаешь, – заметил я, – сообщить ему, может, и нечего. Однако рядом наверняка будут крутиться сообщники Борзовой. Те, которым приказано уничтожить меня. Ну, не сам же он пустит мне пулю в лоб. Нет, приятель, увидеться с ним необходимо.

Дорохов больше не спорил:

– Значит, «Белый лебедь», девятнадцать ноль-ноль.

– Именно так.

– Ступай и ничего не бойся, – сказал он ободряюще, – мои ребята оцепят эту забегаловку, прежде чем вы в ней появитесь.

– Тогда до встречи.

Пока я разговаривал с Юркой, страх не накрывал меня своей волной. Он накатил позже, когда приятель отключился.