Комплекс полуночи - Ольга Баскова

– Да.

– Вы были уверены в результатах. Ведь на самом деле вы с Борзовой не так уж и похожи. Если разобраться, кто внушил мне мысль об идентичной похожести? Вы под маской Ани. Алина Никифорова не подтверждает, что ее подруга выводила в свет какую-то детдомовскую девчонку и разыгрывала свою тусовку. Значит, этого не было. Впервые увидевшая вас Тюльпан сразу догадалась: вы не Аня.

Она усмехнулась:

– Тогда бы и Рахманов не клюнул на подставу.

Я хлопнул в ладоши:

– Я же не утверждаю, что вы совсем не похожи. Не как близнецы – и все. Но я не сомневаюсь: одень вас как Аню и поставь рядом с ее машиной или посади туда (ведь Борзов записал вас на курсы вождения) – спектакль бы удался. Итак, подходили сроки получения результатов анализа. Вы обдумывали ситуацию. Ни одна из дальнейших ролей вам не нравилась. А их оставалось две. Стать жертвой подставы или сбежать и вернуться к полунищенскому существованию. И то и другое было для вас неприемлемо. Вы уже окунулись в роскошную жизнь и не собирались возвращаться в болото. И вам повезло. Сначала, я понимаю, с сообщником. Где вы познакомились с Денисом?

Она отвернулась:

– Не ваше дело.

– А я догадываюсь. – Я послал девушке очаровательную улыбку. – Думаю, он снабжал наркотиками не только Тамару Кочетову, но и многих воспитанников вашего детского дома. У вас был на него компромат, иначе ни один здравомыслящий человек не взялся бы помогать вам.

Яна взглянула на Дениса:

– Смотри, а он ясновидящий.

– Вы обговорили детали своего плана, по которому отец, дочь и все, кто мог догадаться, что вы не Анна, должны были умереть. Не знаю, где и когда вы убили Анну, потом застрелили Борзова, а верный ваш друг написал липовое заключение о смерти. Я прав?

– Да. – Она закатила глаза. – Какое это было наслаждение – убить старого борова.

Я видел: на мгновение девушка перенеслась в загородный дом. А она, чувствуя, что от нее ждут рассказа, начала страшное повествование. Судьба Анны была уже решена, как и судьба ее отца. Молодая хорошенькая убийца медленно поднималась по ступеням на второй этаж, в кабинет Тимура Васильевича. Она знала: он там. Готовится к охоте, негодяй, вытащил ружье. Что ж, это на руку. Яна постучала.

– Войдите! – Борзов смерил ее удивленным взглядом. – Тебе что-то нужно?

Девушка не ответила. Она сразу прошла к столу и взяла ружье. Он забеспокоился:

– Осторожно! Я еще не успел вытащить патрон.

Рыбина усмехнулась:

– Прекрасно. А то я еще не научилась заряжать ружья.

Черное дуло уперлось ему в грудь. Тимур Васильевич замахал руками:

– Если это шутка, то неудачная. Оно может выстрелить.

– Оно и выстрелит.

Он покрылся потом. Никогда еще смерть не подступала так близко. И все же Борзов отгонял от себя плохие мысли. Эта девчонка убьет его? Зачем? За что?

Наконец он прохрипел:

– Ты хочешь меня убить?

– Больше всего на свете.

Бизнесмен увидел ее пустые глаза и понял: она не шутит.

– За доброе отношение?

Рыбина расхохоталась:

– Я всего лишь спасаю свою жизнь. Разве вы с Анной не планировали мое убийство?

Тимур Васильевич растерянно замигал:

– Когда?

– Когда совершенствовали план кинуть Рахманова.

Вот теперь он заволновался по-настоящему. Ситуацию следовало спасать:

– Чего ты хочешь?

– Отомстить. – Она задорно подмигнула: – Вы привыкли забирать чужие жизни. Значит, не боитесь смерти. Так распахните же объятия: она пришла за вами.

Он сглотнул:

– А еще я покупал жизни. Сколько, по-твоему, стоит моя? Назови любую цену, и я не стану торговаться.

Рыбина снова рассмеялась:

– Если вы заплатите за свою, то я за свою не дам и ломаного гроша. Нет, кто-то из нас должен покинуть этот мир, и я уверена: это будете вы!

– Идиотка! Постой! – Он сделал движение к ней, стоившее жизни. Пуля пробила сердце. Яна несколько минут постояла над трупом, вглядываясь в побледневшее лицо и не боясь, что кто-то ворвется в кабинет. Она знала: Тимур Васильевич приехал без охраны.

– Старый кобель! Тебя переиграла детдомовская девчонка! – сказала она не без гордости, пнула тело ногой, а потом набрала Дениса.

– Дело сделано?

– Да.

– И я уже закончила.

Так в трех фразах они поведали друг другу, что расправились с Борзовыми.

– Денис, надо что-то придумать со свидетельством о смерти. Борзова нельзя показывать патологоанатомам.

– Все будет сделано.

С этого момента Яна стала вживаться в роль Анны. Она замаскировалась при помощи очков и одежды, и охранники Борзова, прибывшие по ее вызову, ничего не заподозрили.

Закончив рассказ, она обратилась ко мне:

– Теперь ваша очередь. Продолжайте.

Я начал снова:

– Потом вы позвонили Должикову и от имени Анны выразили беспокойство по поводу исчезновения Яны, сказав, что последний раз ее видели в клубе «Магнолия». Думаю, в первые дни знакомства с Анной вы делились с женихом, каковым он себя считал, и рассказывали о Борзовой. Он любил вас, поэтому пошел в милицию и написал письмо в редакцию с просьбой отыскать Яну Рыбину. Правда, ему ничего не светило. Вы щедро заплатили Валентине Петровне через своих слуг, чтобы та очернила Яну, то есть вас, и заверила: девочка вернется. Так?

– Почти, – кивнула она. – Первый раз я звонила ей от своего имени и хвасталась знакомством и дружбой с Борзовыми, только просила никому ни о чем не рассказывать. Второй раз я набирала ее от имени Анны. Не знаю, поверила ли мне старая карга, но, по моим словам, история случилась такая: Борзовы познакомили Яну с состоятельным мужчиной, который взял ее на содержание и увез в другой город. Я умоляла ни о чем не говорить Должикову, а если он обратится в милицию, солгать. Денис подкрепил мою просьбу солидным кушем.

– Почему же она сорвалась с крючка?

Рыбина задумалась:

– Наверное, у старушки проснулась совесть. Она позвонила Анне, то есть мне, и сообщила про вас. А еще она сказала: «Я не намерена ничего скрывать. Если Яна жива, пусть объявится хотя бы на какое-то время». Пришлось устранить и ее.

– Кто открыл вам дверь? – поинтересовался я. – В доме, где мне было назначено свидание, имелся домофон.

Яна не моргнула и глазом:

– Валентина Петровна и открыла. Я сказала, что сейчас Денис привезет письмо от Яны и ее координаты. Если ее что-то смущает, она может связаться с девочкой. Так наша директор впустила собственную смерть.