Квадратные метры хитрости - Мария Мусина

В голову лезли самые ужасные мысли – типа: позвонить шоферу Вове, все же он бывший киллер, вывести Красавина в лес, под пытками заставить признаться в злодеяниях… Выбить из мошенника чистосердечное признание. Явиться с этим к следователю Гаврюшину.

Да, а следователь Гаврюшин скажет: «Это не ко мне». И будет прав. Показания, выбитые под пытками, – юридически несостоятельны. К тому же толкать завязавшего с криминальным прошлым Вову на кривую дорожку – не благородно с моей стороны. Мягко если сказать.

Натравить на Красавина Василия по кличке Сугроб? Даже я, уверенная в благодушном ко мне отношении Сугроба, иногда сжимаюсь под его тяжелым взглядом. А уж Красавин, эта тля завиральная – тем более спасует.

Но это тоже не выход. И все по той же причине.

Привлечь оперуполномоченного Костю? Он все же слуга закона. Но на каком законном основании он будет влезать в это дело? Тем более Костя мне много раз намекал, что я втягиваю его в должностное преступление. И даже во множественном числе!

Что делать? Что делать? Пока я металась мыслями, из зала номер 8 вышел довольный мошенник Красавин.

– Решение вынесено в мою пользу! – провозгласил он. – Есть повод отметить! Где ваша подруга? Едем кутить?

– Подруга не пришла, – сказала я упавшим голосом, полностью осознавая всю глубину своего провала.

– Ну, не стоит печалиться! Я вас отвлеку от грустных мыслей! Сегодня заказан банкет по случаю моей победы. Будут мои лучшие друзья. Да! Я всегда, знаете ли, делюсь с друзьями своими радостями. И горестями. Их тоже было в моей жизни немало. Но я их преодолел, полностью искупил и теперь наслаждаюсь жизнью! Да!

Я затравленно смотрела на Красавина. Да! Именно он наслаждается жизнью, а не правосудие и справедливость.

– А поехали! – решилась я.

В машине я отправила следователю Гаврюшину эсэмэс: «Еду в логово преступников. Одна! Пусть вам будет стыдно!»

Подумала немножко и послала вслед: «И всем правоохранительным органам! И группе захвата!»

– Кому вы все время телеграфируете? – добродушно поинтересовался Красавин.

– Подруге, которая так подло продинамила меня, – и это было чистой правдой.

– Нет худа без добра! Когда бы мы еще с вами вот так запросто пересеклись бы? А тут такой повод! О, мои друзья – очень влиятельные люди! Я вас познакомлю. Представлю! С их помощью вы сможете решать абсолютно все проблемы! Для них нет нерешаемых задач!

Красавин сыпал и сыпал соль на мои раны, не скупясь на восторженные эпитеты о своих подельниках. То, что это они, подельники злодеяний, будут сейчас праздновать свою очередную победу, – я не сомневалась. Пылала праведным гневом.

Но когда вошла в зал ресторана и увидела за одним столом коуча Воеводина, психолога Евгения, Славика и Василия – оторопела. Замерла, как соляной столб, и зажмурилась. Мне не хотелось смотреть правде в глаза. Она была слишком страшная, эта правда. Повернула было назад, но было поздно. Красавин радушно подтолкнул меня вперед.

«Время предательств настало в моей жизни, – пронеслись у меня в голове слова Инги, – время предательств…»

Что ж, я хотела очной ставки – я ее получу.

Как учил нас незабвенный Чехов А.П., «хорошее воспитание не в том, что ты не прольешь соус на скатерть, а в том, что не заметишь, как это сделают другие». Вот и я, как хорошо воспитанный человек, сделала вид, что ничего такого ужасного не замечаю. Типа – так и надо. Все идет по плану. И все зашибись, как удачно складывается. Особенно для меня.

Светски улыбаясь, я поздоровалась и села на предложенный мне стул. Это коуч любезно вскочил и элегантным движением подвинул мне сидение. Все остальные были угрюмы. Некоторые даже избегали смотреть мне в глаза. И даже отворачивались. Наверное, думали, что я сейчас плюну в их предательские хари (не скрою – хотелось). Но я была не такова. Я была сама элегантность и благодушие.

Оглядела обильный стол.

– Будьте любезны, рыбки положите, пожалуйста, и салата, благодарю вас.

– Может быть, познакомимся? – спросил Красавин.

– Я со всеми знакома, – беспечно махнула я рукой, – не стоит себя утруждать. И еще мне можно налить вина. Красного. Это сухое?

Я жевала салат, а мужики пристально меня рассматривали. Но я даже не поперхнулась!

– Рада вас всех видеть! – сказала я, поднимая бокал. – За встречу!

Но почему-то никто не потянулся чокнуться со мной. Я пожала плечами и выпила в одиночестве. Пролетела поздняя осенняя муха. Звякнула подвеска на хрустальной люстре. Гулко стучало мое сердце.

– Эх, не удалось мне тогда в кафе подлить яду в кофе, – оскалился психолог Евгений.

– Да? – спросила я, чтобы поддержать разговор. – Почему?

– Ну, хватит дурочку-то валять! – грозно пророкотал Красавин.

– А что случилось? – округлила я свои и без того круглые глаза. – Вы, кстати, мне обещали знакомство с какими-то влиятельными людьми. Я их не вижу. Обманули. Как всегда.

Я по очереди посмотрела на каждого. Все с интересом наблюдали за мной. Как кошки за мышкой, загнанной в угол.

– Ладно, – покладисто согласилась я, – рассказывайте. На квартиру Тимофея Поднебесного, как я понимаю, навел кто-то из клуба. Возможно, случайно, возможно за материальное вознаграждение. Или хотел завладеть сочинениями Поднебесного в стиле электронной музыки. Камеры, конечно, поставили не вы. Или вы? Зачем? А кто убил?

Коуч? Психолог? Или бывший офицер армии Синицын?

– Детка, – рассмеялся Красавин, – для убийства есть специально обученные люди. Жаль, они не придушили тебя тогда в подворотне. Очень жаль. Но – не скрою – было забавно наблюдать за твоей суетой. Но – сколько веревочке ни виться…

– Так у вас целая банда! – воскликнула я. – Целое боевое подразделение? С командным составом и пехотой?

– А ты как думала?

– Я, собственно, так и думала, – кивнула я, – диджей Рур встретил Тимофея в аэропорту. Уж не знаю, под каким предлогом он выманил Тимофея в Москву. Да мало ли – под каким. А Маргариту Никандрову кто отравил? Это были вы! – я ткнула пальцем в психолога.

– О! Да у тетеньки проснулась, наконец, логика, тетенька научилась соединять факты, – издевался психолог. – Жалко, что это умение не сможет развиться.

Я улыбнулась. Да, жалко. Ниточка моей жизни оборвалась. Пока я живу. Но в обозримом будущем умру. Что я увижу, когда умру? Очень скоро я это узнаю.

– Где же вы познакомились, такие разные люди? Конечно, деньги не пахнут. Но надо же как-то найти друг друга.

– Это легко, – самодовольно сказал Красавин, – когда есть объединяющая личность.

– Ну, да. Коуча и психолога вы перетащили в Москву. Видимо, они и раньше вам помогали. Нет? Анатолий решил подучиться на коуча. А что? Двадцать занятий – и диплом в кармане. Международного образца! Дает очень много преимуществ – расширяет сферу общения в незнакомом городе. Полезно. Тем более, на занятия коучей собираются в основном лохи, которые, правда, мнят себя большими психологами. Удобная среда обитания для мошенников. Опять же социальный статус – не безработный какой-нибудь без определенных занятий, а коуч продвинутый. «Не спрашивайте, почему? Спрашивайте – как?» Ну-ка, отравитель, налей мне еще вина! – вино было налито и выпито. – Как вы заманили Маргариту Никандрову в квартиру?