Гоп-стоп по-испански - Александр Чернов

лезвие ножа. Счастье, что я спортсмен и у меня отменная реакция. В тот момент, когда рука стоявшего надо мной человека стала опускаться вниз, явно метя мне в самое сердце, я успел сделать единственное, что было возможно сделать в этой ситуации. Нет, не красиво ударить ногой по руке, выбив нож из ладони, не перехватить все ту же руку, вооруженную смертельным оружием, а затем вывернуть ее, вынуждая нападавшего расслабить руку и выпустить свое холодное оружие, отнюдь… я успел лишь соскользнуть с кровати на пол, и рука преступника с силой опустилась в то место, где всего секунду назад лежал я. Не знаю, кто на меня нападал — мужчина или женщина, в темноте было не разобрать, но если бы даже это была женщина, я бы поступил точно так же, как поступил в тот момент — приподнявшись на правом локте, левой ударил человека в скулу.

Злоумышленник, сообразив, что момент внезапности нападения упущен и теперь ему будет намного сложнее справиться со мной, решил дальше не искушать судьбу — противником я был сильным — и, раз уж дело, задуманное им, провалилось, в срочном порядке ретироваться. Он стоял в проходе между кроватями и, чтобы задержать меня на тот случай, если я попытаюсь погнаться за ним, с силой толкнул коленями одну кровать вперед, прижимая меня к стенке, а потом, воспользовавшись моментом, бросился к двери.

Отчаянно ругаясь, я отшвырнул в сторону кровать, нащупал на длинной декоративной панели в изголовье кроватей кнопку, включил ночник, но поздно — злоумышленник уже выскочил в коридор, и увидеть, кто пытался меня убить, я не сумел. Но все равно вскочил и бросился вдогонку за убегающим человеком. Коридор был пуст. Рассудив, что злоумышленник, если жил не на этом же этаже, побежал в сторону ближайшей лестницы, я рванул влево. Добежав до конца коридора, свернул за угол и… остановился. Никого и ничего, что указывало бы на присутствие поблизости напавшего на меня человека. Только рядом с дверью лифта одна за другой загорались лампочки, показывающие, куда в данный момент движется кабинка. Пятый этаж… шестой… Интуиция подсказывала мне: именно с помощью лифта преступник пытается ускользнуть от меня. Ни секунды не раздумывая, я рванул к лифту и нажал на кнопку у соседней двери. Кабина оказалась на третьем этаже, и двери сразу же распахнулись. А на табло соседнего лифта загорелась цифра «10». Последний этаж — технический. Я заскочил в кабину и нажал кнопку с цифрой «10». Дверцы закрылись, и лифт стал подниматься вверх.

«Скорее же, скорее!» — мысленно подгонял я медленно ползущую вверх кабинку. Я изнемогал от нетерпения, желая поскорее настигнуть неизвестного и посмотреть, кто же он, нисколько не сомневаясь в том, что напавший на меня и совершивший в соборе Санта‐Лучина кражу — одно и то же лицо. Наконец кабина остановилась, и двери распахнулись. Я выскочил в тамбур с одной‐единственной деревянной дверью. Лампочка на соседней двери лифта по‐прежнему горела на цифре «10». Я нажал на кнопку открывания дверей, они разъехались — кабина была пуста. Все, теперь можно не торопиться. Если я преследовал именно того человека, который напал на меня, он в ловушке и уже никуда от меня не денется.

Я повернул ручку деревянной двери, потянул ее на себя, соблюдая меры предосторожности — кто знает, вдруг он стоит за дверью и огреет меня чем‐нибудь по голове, а когда я, потеряв сознание, упаду, совершит то, что не сумел сделать там, в номере, — прирежет меня. Но за дверью никого не было. Здесь действительно располагался технический этаж — из конца в конец тянулся длинный, слабо освещенный тусклыми лампочками коридор с множеством дверей. Я остановился и прислушался. Было тихо, если преступник и находился здесь, то сидел, как мышь. Таиться больше не имело смысла, и я двинулся по коридору, распахивая каждую дверь и осматривая комнаты. В одних находилось электрооборудование, в других — бойлерные, калориферные системы, а некоторые помещения были и вовсе пустыми. Когда я дошел до предпоследней двери и открыл ее, в соседнем помещении, последнем, еле слышно хлопнула внутри дверь, и раздался слабый вскрик.

Я выскочил из комнаты и метнулся в конец коридора. Включив свет, распахнул ногой дверь и влетел внутрь. Помещение оказалось пустым, в нем не было никакого оборудования, за исключением нескольких труб с вентилями. Человека тоже видно не было, а вот в наклонной крыше была открыта дверь. Очевидно, находившийся в комнате человек, поняв, что я неминуемо его найду, отыскал в темноте нечто вроде слухового окна, открыл его и вылез на крышу. Опасно, конечно, лезть следом за ним, но, раз уж я решил узнать, кто пытался сегодня меня убить, выясню это во что бы то ни стало. Выключив свет, я двинулся к проему в крыше, в котором в темном испанском небе ярко горели звезды. Дойдя до ступенек, ведущих к слуховому окну, остановился и постоял немного, прислушиваясь, но не раздавалось ни звука. Поднялся к самому окну и снова остановился. По‐прежнему на крыше стояла тишина. Решившись, я резко шагнул в проем, готовый в любой момент отразить нападение неизвестного, если он поджидает меня и… чертыхнувшись, отшатнулся. Нет, людей поблизости не было, но опасность подстерегала в другом — край крыши, с шедшим по самой его кромке невысоким, сантиметров пятнадцать, ограждением, находился так близко, что я чуть было не шагнул в пустоту. Дождавшись, когда успокоится бешено колотившееся сердце, я сделал полшага вперед и огляделся. Вид отсюда был превосходный. Ярко освещенные отели, цепочки фонарей вдоль улиц, гуляющая публика, невдалеке черная полоса моря, переходящего в более светлое звездное небо. В любое другое время я бы, наверное, постоял немного, любуясь красотами, открывающимися с крыши, но не сейчас — были дела поважнее. Я уже хотел обойти опасное место и двинуться по крыше в поисках спрятавшегося за одной из труб системы вентиляции преступника, но вдруг услышал далеко внизу возгласы. Любопытство, присущее не только женщинам, но и мужчинам, и мне не чуждо. Если бы вокруг были зрители, то я, бравируя, наверняка бы смело подошел к краю крыши и глянул вниз, но, поскольку вокруг было пустынно, я без ложного удальства встал на колени и, приблизившись к краю крыши, глянул вниз. Эта часть отеля выходила на тыльную сторону здания, и там внизу… О, черт! На бетонной площадке лежал человек. Кто это был, разглядеть отсюда оказалось невозможным, но, очевидно, это и был напавший на меня в номере незнакомец, который, спасаясь от преследования, ступил