Смертельное свидание - Д. К. Худ

Из коридора донеслось шуршание, как будто кого-то волокли по полу. Она поднялась и, хватаясь за ребра, спряталась позади распахнутой двери, а спустя секунды Бобби-Джо втащил за волосы Джейн. Он закинул девочку обратно на койку и накрыл одеялом. Это чудовище предусмотрительно надело маску и перчатки – следов не останется. Когда Бобби-Джо заглянул под койку и огляделся по сторонам, она затаила дыхание, понимая, что в схватке один на один погибнет.

– Проклятье, за мной теперь гоняется ребенок. Ну и плевать, я же призрак, – хихикнул Бобби-Джо, выпрямляясь. – Я же говорил, от меня не уйдешь, – напомнил он Джейн, нависнув над ней.

Потом развернулся и не спеша покинул палату.

Она выждала, пока закроются двери лифта, и только потом выглянула в коридор. Затем в ужасе посмотрела на бледную, как полотно, Джейн. Подошла и проверила ее пульс: сердце не билось. Бобби-Джо прикончил девочку.

Мощным приливом поднялся гнев.

– Прости, – сказала она.

Первым делом надо было выбраться из больницы. Она осторожно вышла за дверь, развернулась в противоположную от лифта сторону и направилась к пожарному выходу. Ребра болели. К тому же она усвоила важный урок: больше к Бобби-Джо без оружия не соваться.

Глава тридцать четвертая

Понедельник, неделя вторая

После утренней тренировки с Дженной Кейн пошел в конюшню поухаживать за лошадьми. Ароматно пахло свежим сеном, что напомнило о детстве и впустую потраченной юности в небольшом сельском городишке еще до корпуса морской пехоты. Кейн мечтательно улыбнулся. Оба скакуна неплохо переночевали на новом месте и приветствовали хозяина бодрым ржанием. Дюка они тоже признали, что стало приятным бонусом. Кейн потрепал коней по шелковистым носам, тихонько поговорил с ними, а после вывел в загон.

Он как раз расчищал денники, когда его позвала Дженна.

– Я за сараем, – крикнул Кейн.

Толкая перед собой тачку, он направился к входу и встретил ее.

– Что-то не так?

– Да, все очень плохо. Ночью умерла Джейн, – кусая губы, сообщила Дженна. – Врачи не знают, как это произошло. Когда медсестра давала ей снотворное перед отбоем, все было хорошо.

Кейн загнал тачку в сарай, снял перчатки и бросил их на верстак.

– Кто с ней был? Признаки борьбы есть? – Он предплечьем утер пот со лба.

– Врачи ничего не обнаружили. Выглядит так, будто она умерла во сне. – Дженна положила руку на рукоять пистолета. – Мне это показалось подозрительным, и я отправила Вулфа взглянуть на тело. Если он посчитает, что нужно делать вскрытие, то придется запрашивать разрешение у родителей.

Кейн согласно кивнул.

– Это все и правда очень подозрительно, особенно если учесть, что сегодня мы планировали поговорить с Джейн. Вопрос: кто бы стал ее убивать? Линчеватель преследует педофилов, а не их жертв.

– Вот и я так подумала. – Дженна пожевала губу. – Хотя, если верить самому линчевателю, педофилы убили много детей. Так, может, один из них добрался до Джейн?

Кейн посмотрел на нее, поразмыслил и ответил:

– Да, но ведь никто не знает, о чем она успела нам рассказать. Если Джейн правда умерла не своей смертью, то ее убийца наверняка знаком с больничным протоколом, в курсе, что без разрешения врача к пациентам с душевной травмой не допускают, а потому торопился. – Он потер челюсть. – А еще ему бы потребовался доступ в больницу ночью.

– Точно, значит, один из членов банды педофилов может работать в больнице. – Дженна обеспокоенно взглянула на Кейна, потом устремила взгляд в сторону дома и приказала: – Собирайся. Хочу заглянуть в больницу перед отъездом в Блэкуотер. У нас еще визит к Анжелик Буваль. Поедем на твоей машине.

Кейн вспомнил, как хорошо Дженна развеялась, когда в последний раз водила его внедорожник. Он окинул ее оценивающим взглядом и предложил:

– Поведешь?

– Кто? Я? За рулем «зверя»? – нерешительно улыбнулась Дженна. – Мне, конечно, очень хочется выехать на шоссе да как дать газу, но, боюсь, у тебя нервишки не выдержат. – Она посмотрела на него чуть ли не с вызовом. – Это ведь твоя малышка, в конце концов.

– С нервами у меня полный порядок, – заверил ее Кейн, дерзко вскинув голову.

– Лучшее думай по дороге о деле, а не о моем стиле вождения. – Она уже хотела идти, но в последний момент предложила: – Приготовлю завтрак. Будешь готов сесть за стол через пятнадцать минут?

В последнее время Кейн перебивался хлопьями с молоком, и от мысли о горячем завтраке заурчало в животе.

– Еще бы! – сказал он с улыбкой.

* * *

После завтрака они поехали в офис, но Дженна по пути хранила необычное молчание. При этом она покусывала нижнюю губу, а значит, о чем-то крепко задумалась.

– Что стряслось? – спросил Кейн.

– Да просто обдумываю дела. Джейн скончалась очень не вовремя. Она столько лет провела на цепи и выжила, а тут вдруг ни с того ни с сего… во сне? Не верю ни капли. – Она взглянула на Кейна. – Беда в том, что если это и правда убийство, то на месте преступления уже наследили. Там потоптались и медсестры, и врачи.

– Не факт. Вулф очень хорош в своем деле.

– Да, знаю, но врача едва удалось уговорить оставить тело на месте. – Дженна еще раз мельком взглянула на Кейна. – Если бы я не сказала, что смерть любого участника дела подозрительна, палату, наверное, и не опечатали бы. Однако Вулф уже, наверное, там, и когда приедем, будет готов хоть немного нас просветить.

– Он поймет, если смерть неестественная.

– Есть еще кое-что. – Дженна развернулась, и Кейн уловил исходящий от нее аромат жимолости. – Чутье подсказывает, что линчеватель натворил куда больше дел, чем мы думаем. И я уверена, что это она. Кровь у тебя на крыльце, телефонный звонок… Чем дольше думаю, тем больше это напоминает действия мстительной женщины.

Кейн кивнул:

– Да, согласен, профиль соответствует женскому. Линчевательница хотела заявить нам о мотиве и заодно предостеречь, чтобы мы не расспрашивали жертв педофилов. Что у тебя еще?

– Мне кажется, она нами манипулирует. – Дженна возбужденно подалась ближе. – Сам посуди: оставляет подсказки, обвиняет покойных не только в педофилии, но и в убийствах. Буквально направляет расследование. Она должна была понимать, что, прочитав статьи, мы кинемся расспрашивать всех женщин, которых за последние десять лет изнасиловали в детстве. – Дженна вскинула руки. – Вот мы сегодня едем в другой город. Почему?