Роковое соглашение - Михаил Март

И опять Вика проснулась с похмелья. Шел одиннадцатый час, а рабочий день у нее начинается в девять. Ни малейшего желания идти на работу. Вика привыкла к ответственности и дисциплине, похмелье, болезни никогда не могли стать причиной прогулов или даже опозданий. Но сейчас ее словно подкосило, выбило из привычного ритма, и она уже не могла подчиняться правилам. Слишком большой груз неприятностей свалился на ее плечи, и она устала сопротивляться. Ни дня передышки, один стресс следовал за другим, ей хотелось кричать и бежать с закрытыми глазами куда угодно, но только не оставаться больше в этом аду.

Вика позвонила на работу и предупредила главного инженера, что у нее важная деловая встреча и сегодня в офис она не приедет.

Она кое-как привела себя в порядок и ушла. В почтовом ящике лежала открытка от любимого муженька, присланная из Кисловодска. Читать ее она не стала, а выйдя на улицу, не успела и десяти шагов сделать, как к ней прицепился какой-то тип.

– Извините, Виктория Дмитриевна, я к вам.

– Ко мне, это куда?

– Неважно. Мы можем и тут поговорить.

– У меня сегодня день молчания.

– Я из милиции. Капитан Шмелев. Отдел экономических преступлений.

– Интересуетесь бюджетом моей семьи?

– Вы знаете профессора Макова?

– Конечно. Та еще сволочь, но специалист прекрасный. Он велел передать мне привет?

– Он приказал всем нам долго жить. Маков умер при странных обстоятельствах.

Вика вздрогнула. По коже пробежали мурашки. Она не сразу поняла, почему слова капитана так на нее подействовали.

– Вы были у него совсем недавно, судя по талонам, которые мы нашли.

– И что из этого?

– Не надо принимать меня в штыки, Виктория Дмитриевна, я всего лишь занимаюсь своей работой и мог бы вызвать вас повесткой, однако приехал сам.

– Ну ладно, а от меня-то что хотите?

– За Маковым мы наблюдаем давно. На днях его должны были арестовать. Он занимался шантажом и поборами, и у нас есть основания считать, что вы входили в число его клиентов, с которых он стриг зеленые купоны.

– Значит, вы прочли мою карточку. Да. Я платила ему по две тысячи долларов в месяц, но при моих возможностях это не бешеные деньги.

– У него не одна вы были, и мы подозреваем о существовании сговора лиц против Макова. Что вы об этом думаете?

– Думаю, туда ему и дорога. Но в сговор я ни с кем не вступала. И вообще я женщина самостоятельная, захотела бы, так без помощи других проломила бы ему башку кирпичом. Но у меня без него дел хватает.

– На вашего мужа также есть карточка в архиве Макова. Как мне его повидать?

– Приедет из отпуска, и повидаете.

– А где он, если не секрет?

Вика достала из сумочки открытку и протянула Шмелеву.

– Если не лень, то можете и туда смотать, только не помню, какой трамвай ходит до тех мест. А вернется он через месяц. У него большой отпуск. Вам что делать нечего? У Макова пять шкафов с такими, как я. Он сгниет в могиле, пока вы всех обойдете, и чего вы этим добьетесь? Взрослые люди, а занимаются всякой…

Не договорив, Вика ретировалась. Шла она быстро, не думая о дороге. Утро только началось, а ее уже хватают за глотку. Вот умри она, и весь мир развалится, людям не останется дел на земле, потому что каждый норовит залезть ей в душу и нагадить там. Устроили сортир, сволочи!

Ноги сами привели ее в какой-то бар. Тихо, прохладно, полумрак.

Она заказала себе бутылку шампанского и выпила два фужера подряд, закурила.

Немного отлегло, руки уже не тряслись.

За спиной засмеялись какие-то девчонки. Вика опять вздрогнула. Боже, что стало с ее нервами. Она дергается по каждому пустяку.

Вика медленно повернула голову назад и увидела двух размалеванных девиц лет по восемнадцати. Ее прошиб холодный пот. Все вдруг всплыло в памяти. Тот же бар, то же французское шампанское и те же шлюхи.

Как она сюда попала? На этот вопрос у нее не нашлось ответа. Она даже не знала, где находится. Что за улица и как называется эта шарашка. В памяти всплыли физиономия цыганки и страшное лицо колдуна. Карты. Странные карты, звездочки, квадратики, кружочки и пять имен. Пятеро заклятых врагов.

Вика бросила деньги на стол и вышла на улицу. Ей удалось остановить частника, согласившегося отвезти ее в Марьину Рощу.

Вика чувствовала себя кошмарно, и делала она все, не думая, словно в угаре. Машина привезла ее к тому дому, где она уже однажды побывала. Странно, но она точно помнила адрес. Ей казалось, будто все происходило вчера и она совсем недавно виделась с колдуном, старухой, но они были какими-то не живыми, а прозрачными призраками из тяжелого и тревожного сна. Но откуда тогда она знала адрес и дом, который стоял на своем месте?

Вика зашла во двор. Все так узнаваемо, нет, это не сон, все настоящее.

Вот и подъезд, провонявший котами, ободранные стены, стоптанные ступени.

Вика медленно начала подниматься на второй этаж. Старуха жила за семью печатями, но на этот раз ее дверь была распахнута настежь.

Испуганная женщина зашла в квартиру, как в клетку льва. Здесь ждало ее что-то, способное погубить или воскресить, она не понимала.

Но чуда не произошло. Квартира с ободранными обоями пустовала, тут и следов не осталось от пребывания живого человека. Мертвое, заброшенное пустое пространство, от которого становится жутковато. Вика выскочила из квартиры и побежала на третий этаж. Все то же самое. Квартира колдуна превратилась в пустой гнилой орех. Тут были открыты окна и разгуливал ветер, по комнатам бегали мыши.

Ей стало нехорошо. Ноги подкашивались и отказывались слушаться. Она с трудом выбралась на улицу. Немного посидела на скамейке и выкурила несколько сигарет одну за другой.

Мимо проходил какой-то старик. Вика его окликнула:

– Скажите, а вы не знаете тетку Аксинью? Она жила здесь на втором этаже. Совсем недавно.

– Да Бог с тобой, дочка. Этот дом выселили три года назад. Тут никто не живет. Его ломать будут, но пока только разговоры разговаривают. На этом месте какой-то банк хотят строить. А банки у нас один за одним лопаются. Вот и тянут кота за хвост. А жить нельзя. Кровля едва держится. Вот-вот рухнет, туда даже бомжи заходить боятся.

– Спасибо, дедушка. Вразумили.

Вика поднялась и, едва перебирая ногами, пошла прочь.

* * *