Кошмар в мини-юбке - Марина Серова

«Интересно, кому она их сдает в этой глуши?» — подумала я про себя и решила, что старик направил нас к своей родственнице. Мы двинулись в указанном направлении. Я вглядывалась в таблички с номерами домов, ища нужный. А вот и он. Немного покосившийся ветхий дом, утопающий в зарослях дикого винограда, производил благоприятное впечатление.

— Баба Маня, баба Маня! — закричала я во все горло. — Принимай дорогих гостей.

Из зарослей бодренько выбежала сухонькая старушка и, подскочив к калитке, распахнула ее перед нами.

— Надо было руку-то просунуть да открыть, — улыбнулась она нам. — Что хотите?

— Комнату снять. Нам сказали, что вы сдаете. На пару дней, нам больше не надо, — ответила я и добавила: — Хорошо бы еще с кормежкой, а то мне готовить некогда.

Старушка задумалась, наверно подбирала достойную сумму, способную компенсировать ее труды.

— Это будет где-то в день рублей…

Я не дала ей закончить.

— Плачу триста в день за комнату, включая завтрак, обед и ужин.

Старуха аж закашлялась от удивления.

— Мы с вами договорились. Но я беру деньги вперед. Сейчас аферистов тьма, вот и приходится быть осторожной.

— Нет проблем, — ответила я и вручила ей три бумажки по сотне.

— Спасибо, — с горящими глазами поблагодарила старуха и спросила, указывая на детей: — Ваши поди?

— Да, — соврала я, — мои. Познакомьтесь. Это Алина, — я потрепала девочку по плечу, — это Ринат. — Ринат кивнул старухе с важным видом.

— А что у вас с лицом? — бесцеремонно поинтересовалась старуха. — Муж бьет, да?

— Да, бьет. Я вот от него и сбежала, — ответила я. — Если он вдруг будет искать меня здесь, то скажете мне.

— Ох тебе и досталось, миленькая, — покачала головой старуха, разглядывая меня. — Сволочь он, а не человек. Сволочь. Слушайте, у меня скоро будет завтрак готов. Если еще не ели, то позавтракаете со мной.

— А что на завтрак? — поинтересовался Ринат. — Я люблю кашу с вареньем, курицу, конфеты.

— Щи, картошка с жареным луком со сметаной, компот из сушеных фруктов.

— Годится, — кивнул Ринат.

— Мама, я хочу пи-пи, — кривляясь, сказала Алина, — в деревнях бывают туалеты?

— Туалет вон в конце огорода, — махнула рукой баба Маня в сторону дощатой будки.

— И это туалет? — удивилась Алина.

— Дочка, ты прямо как дикая. Туалетов, что ли, никогда не видела? — вздохнула старуха, глядя на нее.

Сердито поджав губы, Алина прогулялась до туалета, произвела ревизию и вернулась с неутешительным заключением:

— Это не туалет, а ужас какой-то. Во-первых, нет унитаза. Вместо него дыра в полу, в которую можно провалиться и утонуть; во-вторых, воняет сильно, и, наверно, повсюду бациллы холеры, и еще нет туалетной бумаги.

— Не нравится, вали в штаны, — предложила я, зевая. — Делай что хочешь, только меня не доставай.

Возмущенной Алине, дабы не осрамиться прилюдно, пришлось возвращаться в ужасный туалет. А нас с Ринатом баба Маня повела в дом, показала, где мы будем спать, выдала постельное белье и велела готовиться к завтраку.

Завтрака я так и не дождалась. Непреодолимая сила земного притяжения затянула меня в постель, и я забылась в беспокойном сне.

Череда кошмаров преследовала меня до полудня, когда я проснулась в холодном поту от прикосновения чьих-то рук.

— Алина, что ты забыла у меня в карманах? — резко спросила я свою подопечную.

— Ничего, — ответила Алина с самым невинным видом, какой только можно себе представить, — я просто хотела подоткнуть одеяло.

— Какая ты заботливая! — делано восхитилась я, лихорадочно проверяя содержание своих карманов. — Где электрошок?

— Я взяла его для защиты, — обиженно заныла Алина.

— Что ж, ладно, забирай, — махнула я рукой. — А кстати, твой мобильник пашет?

— Пашет, — осторожно сказала Алина. — Если тебе нужен — бери. Я не жадная и с ближним готова поделиться последним.

«Это камень в мой огород. Ну засранка», — подумала я, забирая у девочки сотовый.

— Сделаю пару звонков и отдам. У тебя тут есть Интернет?

— Да, — гордо ответила Алина, — мой телефон самый крутой. Мама выложила за него где-то под тридцатку.

Я с интересом посмотрела на мобильник. Ни золота, ни бриллиантовых кнопок, за что же тут платить тридцать тысяч?

— Вас, наверно, кинули, — подзадорила я ее.

— Да пошла ты в задницу! — вспылила Алина и попыталась вырвать у меня из рук свой телефон.

— Да шучу я, шучу, — засмеялась я, поднимая руку с мобильником над головой.

— Смотри, дошутишься, — грозно предупредила меня девчонка.

— Слушай, пойди погуляй, мне надо поговорить, — велела я Алине, набирая номер телефона старого друга Зеленого.

— Мы же напарники, — с сарказмом сказала она, — какие могут быть секреты?

— Это с работой не связано. Я звоню своему любовнику, — соврала я Алине.

— Поняла, — отрезала Алина раздраженно и, развернувшись, пошла в огород, где ее брат ползал по грядкам клубники.

— Да, слушаю, — раздался в трубке голос Зеленого.

— Ты где? — быстро спросила я.

— Дома, — ответил он, недоумевая, — а кто это?

— Проверка телефонов, — бросила я и отключилась. «Хорошо бы теперь Зеленый никуда не свалил, пока я не подъеду», — подумала я, шагая к грядкам клубники.

— Эй, «мелкие неприятности», мне ненадолго надо отлучиться в город. Тут вы будете в полной безопасности, если, конечно, — я выразительно посмотрела на Алину, — кое-кто не начнет изобретать зажигательные бомбы.

Фыркнув, Алина повернулась ко мне спиной.

— В общем, — продолжала я, — слушайтесь бабу Маню. Если у нее будет хорошее настроение, она даже, может быть, вас покормит. Если же нет — переходите на подножный корм, как вы это уже делаете.

— Мобильный верни, — потребовала Алина.

— Потом, — пообещала я, — он мне пока нужен.

Обратно до города я добралась без всяких приключений. Припарковав машину и купив пакет ананасового сока, я пошла к дому отвратительного розового цвета. Геннадий Владиславович Зеленов по кличке Зеленый, обнаженный до пояса, задумчиво курил на балконе. Я метнулась за угол, чтобы он меня не заметил, и, обойдя дом вкруговую, села на лавочку у соседнего подъезда. От взора Зеленого лавочку скрывали буйно разросшиеся карагачи. Я наблюдала за Зеленым, ожидая, когда он накурится и уберется с балкона, чтобы мне войти в подъезд. Если уж он меня заметит, то будет держать оборону до последнего. Да даже если и не заметит, в квартиру будет пробраться чертовски трудно. Только начни шерудить отмычкой, и этот гаденыш задергается. Попивая ананасовый сок, я напряженно думала, как незаметно проникнуть в квартиру Зеленого. Рядом со мной на лавочку присел тип с ярко выраженной уголовной внешностью лет под шестьдесят. Седой ежик волос, смуглое лицо, изрезанное морщинами. Поправив лямки засаленной тельняшки, он проникновенно произнес: