Подарок дьявола - Александр Сапсай

Марина истолковала молчание гостя по-своему. Она решила, что американец от ее кельи, мягко говоря, не в восторге.

– У вас уютно, – будто услышав ее мысли, успокоил Алекс девушку, продолжая любоваться ее прямым, с едва заметной горбинкой носиком, темными, чуть раскосыми глазами, тонкими выразительными руками и точеными коленками.

– А у вас в Америке комната, наверное, побольше?

– Ненамного. Я обитаю на чердаке.

– Ой, как здорово! – восхитилась Марина. – Вы что, тоже студент?

– Увы, пришлось оставить университет и начать работать.

– Проблемы с финансами?

– Можно и так сказать…

– Я слышала, на Западе учиться дорого?

– А в России?

– В платных вузах ужасно дорого. Но я учусь в государственном. Но и там нелегко, – призналась студентка: – Стипендия крохотная, зарплата у мамы ненамного больше. А учебники теперь очень дорогие, да и некоторые дисциплины преподают факультативно, за это и в госвузе надо платить. Но чего я жалуюсь? Расскажите лучше о себе.

– Можно потом?

– Можно. Чаю хотите? Обеда не предлагаю. Мама дежурит, а себе готовить лень.

– Нет, спасибо, ничего не надо, – отказался американец. – Я не знал, что вам привезти в презент. Женщины народ капризный. Вот привез часики. – Он полез в карман и извлек небольшую бархатную коробочку.

– Зачем это?.. Разве я просила… – смутилась Марина.

– Кто же просит о подарках? Посмотрите, как вам они?

Марина открыла коробочку и вытряхнула на ладонь маленькие часики белого металла. Браслет украшали два небольших камешка.

– Господи, какая прелесть! Спасибо! Но они, наверное, стоят кучу денег?

– Это далеко не самые дорогие часы, – усмехнулся Алекс и перешел к делу: – Михаил писал, у вас из-за нашей семейной реликвии большие проблемы.

– Почему вы пожилого человека называете по имени? Он вам родственник? – Марина примерила часики, браслет оказался ей впору.

– Мой дедушка с отцом Михаила Зелена встречались, а мы знакомы только по Интернету. Но у нас в Америке отчество не принято.

– Понятно….

– Рассказывайте, Марина, что с вами приключилось?

Алекс заметил, как лицо его новой знакомой, зардевшееся было от его подарка, сразу побледнело. Марине говорить на эту тему не хотелось. Но она себя пересилила и поведала молодому человеку, как застала Николая Спиридоновича в квартире мертвым, как впервые на его похоронах заметила двух бандитов, как затем они к ней приставали и смертельно ранили ее друга, как его товарищи отомстили за смерть Кости, как потом случился весь этот ужас по дороге на кладбище.

Алекс выслушал ее очень внимательно.

– Кто-нибудь еще наводил справки о Николае Спиридоновиче?

– Меня допрашивал милиционер. Но дедой Колей не интересовался. А вот какой-то мужик из Москвы приперся в больницу и о нем говорил-много… И про рецепт тоже… Предлагал премию.

– Что значит – какой-то мужик?

– Представился работником Госдумы.

– Что такое Госдума?

– Вроде вашего конгресса.

– Вы запомнили, как его зовут? Марина наморщила носик, но вспомнить не смогла:

– Меня тогда только привезли в больницу. Соображала плохо.

– Дальше.

– Вот и все.

– Скажите, Мариночка, а почему вы сегодня так испугались?

– Когда Михаил Моисеевич позвонил и рассказал о темных людях, я поняла: они ищут какой-то ценный документ. Те двое бандитов погибли. Но кто-то же стрелял в нас потом. Я сообразила, что есть другие. И испугалась. А тут эта страшная машина во дворе и те двое.

Алекс улыбнулся:

– «Страшная» машина моя. Я взял ее напрокат. А вот парнишки с серьгами, скорее, уже наши общие.

Тут его прервал зазвонивший в кармане мобильный телефон. Он извинился и достал трубку. Некоторое время слушал молча. Марина видела, как брови ее гостя сдвинулись, лицо изменилось, стало взрослым и озабоченным. Другим был и голос, когда Алекс заговорил:

– Дядя Семен, я все понял. Возьми сына, его друзей и сюда. И не оставляй Зелена. одного.

Отключив трубку, Алекс положил ее на колени и задумался. Смотрел молодой человек на Марину, но будто сейчас ее не видел.

– У вас неприятности? – Что?

– Дурные новости?

– Дурней некуда. Ты не знакома с профессором Похлебкиным?

– Нет.

Марина заметила, что ее новый знакомец обращается к ней то на «вы», то на «ты», и немного этим забавлялась.

– Чему ты улыбаешься? – сердито спросил Алекс.

– Очень смешная фамилия, – вывернулась Марина.

– Похлебкин взял псевдонимом подпольную кличку своего папы-революционера.

– А кто этот Похлебкин?

– Большой ученый, историк. Он написал массу книг, в том числе по истории русской водки. Я его считаю ведущим специалистом по алкоголю не только в России, но и в мире.

– Профессор по водке? Разве такие бывают? – искренне удивилась Марина.

– Теперь таких уже нет. Вильяма Похлебкина убили.

– Какой ужас!..

– Квартира Вострикова далеко?

– Полчаса на автобусе.

– А на машине?

– Не знаю, никогда не ездила.

– Я могу ее осмотреть?

– Конечно.

– Одевайтесь.

Они вышли из подъезда. Алекс взял девушку под руку и повел к тому самому черному лимузину, который так ее напугал. Марина во все глаза смотрела на машину и не обратила внимание на скамейку. Но Алекс отметил парочку молодых людей, у одного из которых в ухе поблескивала серьга. Парни поднялись и, не скрываясь, наблюдали за ним с девушкой.

Водитель в кепке с кокардой вышел из машины и распахнул дверцу. Марина с трепетом проникла в салон. Внутри все было удивительно и странно. Это скорее была и не машина вовсе, а целая комната. С телефоном, телевизором и еще какими-то приборами. Водитель сидел далеко впереди за толстым стеклом. Алекс поднял трубку и протянул ей:

– Говорите адрес.

– Кому?

– Шоферу.

Марина продиктовала в трубку адрес, и они тронулись. Водитель оказался виртуозом. Он подал лимузин назад, развернулся и точно «проскользнул» в подворотню. В салоне стояла такая тишина, словно у лимузина не было двигателя. Они катили по Екатеринбургу. За затемненными стеклами проплыли Маринин институт, студенческое кафе… Из шикарного салона авто город выглядел странным и незнакомым, будто она видела мир какими-то другими, новыми глазами. Девушка покосилась на Алекса. Молодой американец, откинув голову на спинку дивана, о чем-то сосредоточенно думал и, похоже, не замечал ничего вокруг. Оказалось, что еще как замечал! Когда они остановились у светофора, он поднял трубку: