Только за наличные - Джеймс Хедли Чейз

Мы промолчали.

– Да, чертовски умно с вашей стороны, молодой человек, воспользоваться моим авторитетом, – продолжал он.

Делла села на краешек стола и закурила сигарету.

– Послушай, Джек. Давай выложим карты на стол, – сказала она. – Пауль мертв. В живых остались ты, Левински, Джонни и я. Левински в Париже. Ты в Лос-Анджелесе. Мы в Линкольн-Бич. Нет никакого резона идти нам войной друг против друга. Что ты на это скажешь?

– Думаю, что возразить здесь нечего, – сказал он. – А этот парень справится с работой подобного рода?

Я положил руки на край стола. Дело шло к развязке, не исключая и худший вариант.

– Отлично справится, Джек. У него прирожденный талант к такой работе. Не хуже, чем у Пауля.

Ее слова прозвучали с полной серьезностью.

Рикка кивнул, не сводя взгляда с моей руки.

– Думаю, мы придем к компромиссу. Мне нравятся умные люди, а я вижу, что вы из этой породы.

Делла немного успокоилась, я – нет.

– Могу я остаться здесь на пару дней и ознакомиться с работой казино? – наконец спросил он.

– Конечно, Джек, – поспешно сказала Делла, прежде чем я успел открыть рот. – Пойдем в бар и выпьем по этому поводу. Ты с нами, Джонни?

– К сожалению, в настоящий момент я занят, – сказал я. – Может быть, мы встретимся за ленчем где-нибудь около половины второго?

– Договорились.

Рикка встал. Прежде чем я успел захлопнуть ящик, он перегнулся через стол и заглянул в него.

– Смышленый парень, – сказал он, вновь улыбнувшись. – Ценю людей, которые могут постоять за себя. До встречи.

Он распахнул дверь перед Деллой. Сидя, я смотрел им вслед. Мое сердце учащенно билось. Этот человек был очень опасен и внушал доверие не больше, чем голодный тигр. Я не мог понять, что же он задумал. Определенно, он оставался здесь с какой-то целью. Но с какой?

Я сидел во власти дурных предчувствий несколько минут, затем поднялся и подошел к окну. Отсюда я мог видеть часть террасы. Они были там. Продолжая улыбаться, он что-то втолковывал Делле. Он говорил быстро, сопровождая свои слова быстрыми взмахами короткой руки. Делла слушала, но на ее лице ничего нельзя было прочесть. Дорого бы я дал, чтобы узнать, о чем они говорят.

Около половины второго я вошел в ресторан. Большую часть времени я провел в кабинете, еще и еще раз проигрывая разнообразные варианты своего поведения. Я удивился, сколько людей находилось в ресторане в этот час.

Делла и Рикка заняли столик в углу, подальше от других столов. Льюис лично обслуживал их.

Я сел.

– Тебе пришла в голову замечательная идея насчет вертолетной площадки, – сказал он, когда Льюис принял мой заказ и удалился. – Я попытаюсь сделать нечто подобное в Лос-Анджелесе. Я налажу воздушный мост между Лос-Анджелесом и Сан-Франциско.

Делла ободряюще улыбнулась мне.

– Я сказала Джеку, что ты умный парень, и он согласился со мной.

– Я также осмотрел вольер, в котором находятся львы, – продолжал Рикка. – Делла рассказала мне, что случилось с Ником. Надеюсь, сами вы не приближаетесь к этим кошкам?

Я едва смог выдавить из себя улыбку.

– У меня есть голова на плечах. Хватит и одного несчастного случая.

– Да. Он успел влезть в резервный фонд, как и предполагал Пауль?

– Немного, – ответила Делла.

– У вас большой резерв. Вдвое больше, чем у меня.

Последовала пауза.

– Нам нужен именно такой.

Рикка взглянул на нее, потом на меня.

– Мне пришло в голову, что четверть вашего резерва стоит перевезти в Лос-Анджелес. Пауль всегда хотел сделать это. Как вы на это смотрите?

Я отложил нож и вилку. Мне вдруг расхотелось есть. Но Делла продолжала есть как ни в чем не бывало.

Улыбка моментально исчезла с толстого лоснящегося лица Рикка. У меня появилось предчувствие чего-то нехорошего.

– Разумеется, вы сами должны решить, – продолжил Рикка и вновь улыбнулся.

– Я же сказала, что мы нуждаемся в каждом центе из этих денег, Джек, – отрезала Делла, не поднимая головы.

– Воля твоя.

Официант сменил блюда. Рикка принялся рассказывать о казино в Лос-Анджелесе. Он сделал тактическое отступление, но я не сомневался, что вскоре он вновь предпримет попытку вырвать у нас деньги. Отвязаться от него будет не так просто. Он не принадлежал к тем людям, которые быстро смиряются с поражением.

Кофе с бренди мы пили на террасе. Я как раз рассказывал Рикка о своей идее подводного освещения бассейна, когда заметил, что Делла посмотрела куда-то поверх моего плеча. Я оглянулся. Справа от меня стояла девушка, которую я в первый момент не узнал. Затем до меня дошло, что это Джорджия Харрис Браун и она пьяна в стельку.

Я не видел ее с тех пор, когда оставил на пустынном пляже и уже забыл о ее существовании. Сейчас я испытал шок при виде ее.

– Хэлло, великан, – сказала она, положив руку мне на плечо. – Помнишь меня?

На ней была простая блузка и белые полотняные слаксы. Глаза налиты кровью, лицо неприятного багрового цвета.

Я встал. Рикка тоже. Делла наблюдала за мной взглядом кошки, следящей за мышкой. Неприятности, которых я ждал, случились, но пришли совершенно не с той стороны.

– Могу я что-нибудь сделать для вас? – спросил я.

– Само собой. – Ее пальцы крепче вцепились в мой смокинг. – Кто с тобой?

– Вы знаете миссис Уортхем? – спросил я. – А это Джек Рикка. Рикка, представляю вам мисс Харрис Браун.

Рикка кивнул, но она не обратила на него ровно никакого внимания.

– Я думала, это ты Рикка? – растерянно сказала Джорджия.

– Я тоже Рикка. Он мой двоюродный брат по отцовской линии.

– Удивительно, что такая сволочь, как ты, может иметь отца, – заявила Джорджия.

Возникла неловкая пауза. Ни я, ни Рикка ничего не сказали. Делла прикурила новую сигарету.

– Сукин сын, – продолжала мисс Браун.

Я заметил, что Рикка с интересом наблюдает за мной. Делла побледнела, но не вмешивалась в назревающую ссору. Я должен был урегулировать ситуацию.

– Чего вы хотите? – спросил я.

Не только Делла и Рикка смотрели на меня. Все присутствующие в ресторане повернули головы в нашу сторону.

– Я хочу знать, кто та шлюха, с которой ты встречаешься. Маленькая рыжая дрянь, которая навещает тебя в квартире на бульваре Франклина. С ней ты пару раз наведывался в ресторанчик Рауля. Кто она?

Меня бросило в жар, потом в холод. Мои мозги начисто отказались повиноваться мне. Я открыл рот, но не смог сказать ни слова.