Закон ее прошлого - Марина Крамер

— О, извини, пожалуйста. Можешь уделить мне пару минут?

— Я же сказал — ты меня уже вытащила из бассейна, соответственно, я могу уделить тебе столько времени, сколько нужно.

Я посмотрела на лоснящееся лицо генерала, успевшего опрокинуть еще рюмку, на Аннушку, старательно изображающую счастье, и мне вдруг стало противно — унижаться ради того, чтобы найти подтверждение или опровержение своей версии… Но выхода нет, я уже ввязалась в это, нужно довести до конца. Извинившись, я вышла из-за стола и прошла в фойе, где не было шума и музыки.

— Клим, мне ужасно неудобно, но я вынуждена обратиться к тебе с довольно странной просьбой…

— Я не люблю длинных предисловий, — прервал меня Клим. — Давай сразу к сути.

— Клим, мне нужно, чтобы ты назначил встречу генералу… — я назвала фамилию Алексея, и Маянцев удивленно спросил:

— Зачем?

— У него есть интерес в твоем жилом комплексе.

— Ну, допустим. А где и какой интерес есть у тебя?

— А у меня есть интерес попасть в одну из колоний строгого режима, по возможности — в эти выходные.

— Странное место для выходных, тебе не кажется? Захотелось острых ощущений?

— Клим, мне это нужно для дела, я потом тебе непременно расскажу.

— Чувствую, меня ждет неделя увлекательных историй, если ты когда-то действительно расскажешь мне все, что обещала, — усмехнулся Маянцев. — Я так понимаю, генералу приглянулся комплекс, и за свою помощь тебе он решил воспользоваться твоим знакомством со мной?

— Клим, он тебе заплатит. Просто хочет определенную квартиру… ну и скидку, конечно, — черт, как я не люблю просить кого-то, мне всегда проще что-то сделать самой, чем разговаривать об услугах с третьими лицами.

— Хорошо. Дай ему мой номер, пусть позвонит в понедельник. Но только после того, как сделает то, что обещал тебе, — сказал Клим. — Кстати, ты не хочешь присоединиться ко мне? Вечер только начался.

— Я бы с удовольствием, но мне нужно будет собрать вещи и купить билет, если все пойдет так, как я запланировала.

— То есть завтра я тебя не увижу, и наши планы на пикник сорваны? — уточнил он.

— К сожалению…

— М-да, жаль. Но ничего, это не последние выходные. Тебя проводить?

— Куда? — не сразу поняла я, а, поняв, отказалась: — Нет, Клим, спасибо, не нужно, я поеду с водителем.

— Как знаешь. Удачной поездки, — и он положил трубку, а я вернулась за стол.

Алексей, похоже, решил расслабиться на всю катушку, потому что лицо его уже стало пунцовым, а водки в графине осталось на донышке. Нет, нужно срочно решать вопрос, пока он вообще может говорить. Я вынула из сумки блокнот, написала номер Клима и, вырвав листок, протянула генералу:

— Вот номер. Позвоните в понедельник. — Он протянул руку, но я отдернула свою: — Нет. Сперва вы отдадите распоряжение дать мне свидание с Невельсоном. После этого телефон ваш.

Алексей покачал головой, но вынул свой мобильный и, позвонив кому-то, назвал мою фамилию и номер колонии, в которой содержался Невельсон, распорядившись дать мне краткосрочное свидание с заключенным в воскресенье.

— Можете ехать, — убрав мобильный в карман, сказал он и протянул руку: — Листочек позвольте.

Я отдала листок с номером и встала:

— Спасибо за приятный вечер. Не смею больше отнимать ваше свободное время.

Аннушка вскочила и бросилась следом:

— Ты сдурела? Вот так взять и уйти?

— Ну, ты-то можешь остаться, в чем проблема? — пожав плечами, я вынула из сумки ключи от машины, но Аннушка вцепилась мне в руку:

— Ты собираешься уйти и оставить меня здесь, с ним?

— А ты что — недееспособная? Не хочешь оставаться — едем со мной, хочешь — иди обратно, и меня не подвязывай. Все просто.

Аннушка метнула в меня ненавидящий взгляд, но послушно вышла следом за мной и села в машину.

— Ну, что ты дуешься, как мышь на крупу? — заводя двигатель, спросила я. — Неужели тебе непонятно, что он никак не отреагировал на все твои попытки уязвить его? Ты его больше не интересуешь, Аня, с этим ничего не поделать. И вообще — ну, прояви ты хоть каплю уважения к себе, прекрати цепляться за каждого мужика, как обезьяна за гнилой банан, а? Неужели не противно самой-то?

— Что ты можешь об этом знать? — пробормотала она, отворачиваясь. — У тебя всегда было то, чего ты хотела.

— Хватит, мы сто раз это обсуждали. Больше не хочу. Пока ты не научишься сперва сама уважать себя, ничего не будет.

— Я по-другому не умею. Я живу для того, чтобы делать мужчин счастливыми.

— Ну, то-то они и сбегают из твоего пансионата по осчастливливанию, даже тапочки не забрав. Я серьезно — хватит, Аня, у меня нет сил в сотый раз обсуждать эту тему, ну, правда, сколько можно?

— Высади меня, я поймаю такси, — заявила Вяземская, и я не стала спорить, а просто припарковала машину через сто метров:

— Выходи. Спасибо за помощь.

— И тебе не хворать! — И она с такой силой припечатала дверку, что стекло жалобно звякнуло.

Я отлично знала, что через некоторое время Аннушка остынет и снова будет общаться со мной как ни в чем не бывало, проверено годами, поэтому не особенно расстроилась из-за размолвки. Есть люди, которые не наступают на грабли, а целенаправленно топчутся по ним, даже не замечая, как те лупят их черенком по лбу.

Купить билеты труда не составило — не самое популярное направление в конце мая, так что рано утром в субботу Володя уже вез меня в аэропорт.

— Вы только позвоните мне, когда долетите, хорошо? — инструктировал он. — Я должен знать, что у вас все в порядке.

— Вы, Володя, заботливый, как нянька, — улыбнулась я.

— Ну а как иначе-то? Мы с вами давно друг друга знаем. А обратный рейс когда у вас?

— Прилечу поздно ночью в воскресенье. Может, проще такси взять, чтобы не гонять вас так поздно?

— Даже не выдумывайте! Мне за это деньги платят! — возмутился водитель.

— Как знаете. Тогда в два тридцать.

— Понял.

Только заняв свое место в салоне самолете, я немного успокоилась — завтра утром все встанет на свои места.