Смерть и дева. Эхо незнакомцев - Глэдис Митчелл

— Надо было спровоцировать его и посмотреть, — предложила Китти.

— Не валяй дурака, — перебила ее Лора. — В любом случае мне бы хотелось что-нибудь нащупать, если удастся. Чтобы противопоставить теориям миссис Крок, когда она вернется, доказательства, которые мы соберем. Давайте, вы обе! Есть идеи, юная Элис?

— У меня есть, — проговорила стоящая в дверях Крит Тидсон. — Могу я войти? Я не подслушивала, но невольно услышала ваши голоса. Я как раз шла в ванную комнату, но кто-то меня опередил, поэтому, если нет возражений, я подожду здесь. Возвращаться в номер далеко.

— Господи боже! — воскликнула Лора. — Я думала, вы все трое уехали в Лондон!

— О, мы вернулись, — небрежно отозвалась Крит. — Эдрис не любит Лондон в августе.

Она вошла в комнату, бросила сумочку с губкой и полотенце на пол, села на кровать и со злобой посмотрела на девушек, по очереди останавливая на каждой взгляд своих больших темных глаз.

— Итак, что заставляет вас думать, будто мой муж что-то знает о бедном мальчике? И о каком бедном мальчике он что-то знает? — требовательно спросила она.

— Ну это было очень забавно, — начала Элис. — Понимаете, в тот день, когда нашли тело мальчика… знаете, того, у сигнального знака на железной дороге…

— Это же вы его нашли. Какое это имеет отношение к моему мужу?

— Известно, что он находился поблизости, — ответила Элис. — Честно говоря, я хотела его догнать. Я почти уверена, что он меня обхитрил, а затем обманом заставил думать, будто он посетил больницу Сент-Кросс…

— О, он, как обычно, ловил рыбу. — Крит с сардонической усмешкой уставилась на худые, крепкие руки Элис и ее веснушчатое, некрасивое честное личико. — Не может же он постоянно обращать внимание на молодых девушек. Вы должны оказать некоторое снисхождение человеку, привыкшему к космополитическому обществу.

Элис улыбнулась — английская реакция, которая, по-видимому, заставила Крит занервничать. Она наклонилась, чтобы поднять сумочку с губкой и полотенце.

— Вы умеете плавать? — вдруг спросила Лора, когда Крит выпрямилась и встала, слегка раскрасневшаяся.

— Я много плавала в Санта-Крусе. — Крит снова села и поправила халат. — Вода глубокая и очень теплая. Мы могли купаться часами.

— С плотов или просто с берега?

— Мы купались всеми возможными способами. Однажды я на спор проплыла пять миль^[60].

— Хм! Неплохо, — небрежно кивнула Лора. — К слову о молодых девушках, вы знали, что недавно утром я повела себя, как девчонка, и столкнула мистера Тидсона с моста?

— Он сказал мне… да. Это у вас такая привычка, эти грубые розыгрыши? Такие шутки?

— Ну это было, как и ваше плавание, — спор, — пристально посмотрела на нее Лора. — Я поспорила со старушкой К., что мистер Тидсон не умеет плавать. Разве он не плавал с вами на Тенерифе?

— Я плаваю с молодыми мужчинами, — ответила Крит.

— Ну а мистер Тидсон не плавает в таком случае с молодыми женщинами? — спросила Китти.

— Не знаю. — Крит снова встала, но остановилась у двери. Взгляд ее карих глаз на мгновение скрестился со взглядом голубых глаз Лоры. — Я очень мало видела моего мужа на Тенерифе. Он был, разумеется, очень занят.

— Бананами? — осведомилась Китти с печальным сочувствием.

Крит посмотрела на нее так, будто заподозрила в вопросе двусмысленность, но ничего не прочла в мягком взгляде Китти и в итоге удалилась под предлогом, что услышала, как хлопнула дверь ванной комнаты, и ей не хочется пропустить свою очередь.

— Занятно, что она пользуется ванной комнатой на этом этаже, — бесстрастно заметила Элис. — Сколько она успела услышать до того, как вошла?

— Разумеется все, — сказала Лора, — и это, пожалуй, даже хорошо, я думаю. Скоро мы узнаем, каково положение дел, а это всегда чего-то стоит, даже если означает получить синяк под глазом для дальнейшего расследования. Слежка Элис за стариной Тидсоном, мой толчок, спихнувший его в воду, и твои действия, К., по тренировке его либидо или что там еще в запасе у миссис Крок, — но мы все еще его не раскололи, и я считаю, что мы никогда его не расколем, разве что предпримем более решительные действия. Как насчет того, чтобы заставить этого маленького мерзавца сознаться, как ты сама недавно предлагала?

— Но он не созна́ется, разве что с перепуга, а какой в этом толк? — ответила Китти. — Если хочешь знать мое мнение, Ищейка, нам лучше оставить его в покое до получения дальнейших распоряжений. Ты только все испортишь, если попытаешься действовать самостоятельно. Что тебе дала эта попытка утопить его? Абсолютно ничего.

— Не уверена, — заспорила Лора. — По словам старины Тидсона, это тот мост, с которого он упал, пытаясь увидеть свою нимфу в ту ночь, когда утонул малыш Грир. Ну этого просто не могло быть! А теперь Крит…

— А она-то как с этим связана, Ищейка?

— Ну она не хочет, чтобы я применила этот же трюк к ней. Не то чтобы из нее получилась плохая нимфа. Отнюдь нет. У нее классическая фигура, без дураков. Интересно, почему она вышла за старину Тидсона?

— О, нимфы и сатиры, — отозвалась Китти. — Но ведь мальчиков утопила не нимфа, или все же она? Ты имеешь в виду, что Крит могла, если умеет плавать.

— Могла. И мы не знаем, чем занимается Крит, когда мы все отсутствуем.

— Но все же…

— Да, я признаю, что это маловероятно. Не представляю, чтобы она утруждала себя — это факт. Тем не менее она действительно немного странная. Я по-прежнему не понимаю, почему она вышла за старину Тидсона. Мне кажется, у нее был выбор.

— Возможно, тогда он был богат, — уважительно заметила Элис. — Богатый муж всегда может получить жену, что бы ты ни говорила.

— Но я ничего и не говорю, утеночек, — сказала Лора. — Я всегда с тобой согласна, особенно при констатации фактов, а это, несомненно, был факт. Только, понимаешь, судя по тому, что мы с К. узнали во время нашего визита в Ливерпуль, не похоже, чтобы Тидсон когда-то был сказочно богат. Уж точно не настолько богат, чтобы привлечь женщину, которая могла бы выйти за человека, который ограбил банк в Монте-Карло, или за любого другого по своему выбору. Она же женщина, при виде которой художник завопит от радости.

— Возможно, ей хотелось британского подданства. Некоторые иностранцы пойдут ради него на что угодно. И она получила его, выйдя замуж за Тидсона, — предположила Элис.

— Я бы сказала, стать женой Тидсона — участь хуже смерти. Хотя в твоих словах, быть может, что-то есть. Не вяжется это все с убийствами двух совершенно обычных мальчиков.

— Ты не знаешь, вяжется или нет, — вздохнула Элис. — И были ли они обычными мальчиками? Второй был правонарушителем. Я бы не назвала это обычным.