Я вернусь, когда меня не станет - Лариса Соболева

— Подъезжаю, — обрадовал тот. — Извините, тупо проспал.

Через десять минут он присоединился к ним, еще раз извинившись за опоздание, в запасе у него было оправдание:

— Вчера приехали к бойфренду Ирмы Шубиной, а он минимум неделю лежит в съемной квартире. Провозились почти до утра…

— Как лежит? — распахнула глаза Ирина, не въехав в смысл.

— Как лежит? — рассмеялся Стива. — Не буду показывать фотки, они не для нежных дам. Короче, Резников был застрелен двумя пулями не менее недели назад — патологоанатом скажет точно, успел протухнуть.

— Не менее? — задумался Георгий. — Ирму застрелили в позапрошлую пятницу двумя пулями, а вскоре и ее бойфренда тоже двумя? Странно. При чем здесь бойфренд?

— Первое, что приходит в голову, — кто-то намеренно сдвигает стрелки на Шубина, мол, ревность и все такое… А мы потеряли свидетеля.

— А так не может быть? — спросил Гоша. — Ну, ревность и все такое?

— Поживем — увидим, данную версию не отвергаем, — как-то уж очень легко говорил Куприн о подозреваемых и убийстве. — Ирина, я приехал поговорить о вашем муже. Вы уверены…

Не имело смысла дослушивать до конца, потому что она догадалась, о чем он хочет спросить, ведь приехал ради этого, потому дала твердый ответ:

— На 200 %! Гоша предположил, будто Даниил мог вылечиться…

— Или его подруга забеременела от другого, — напомнил Георгий.

— …но еще пять лет назад лечение было невозможно, — все же закончила фразу Ирина. — Не думаю, что наука продвинулась так далеко за короткий срок.

— Наука развивается сейчас массированными темпами… — произнес Стива неуверенно, потом завесил паузу и вдруг: — А третий вариант? Абсурдный?

— Не понимаю, — сказала Ирина.

— Исхожу из факта, что Ирмой Шубиной захотела стать неизвестная нам мошенница и стала. Ей же удалось подогнать себя под вас путем пластических операций…

— Вы хотите сказать, нынешний Даниил тоже подогнал себя под… Да нет, это же невозможно.

— Почему? Ведь все принимали Ирму за вас.

— Да, но… Женщина способна в течение жизни видоизменяться — располнеть, менять прически и макияж, то есть изменения окружающих не удивят, чего нельзя сказать о мужчинах. Мужчина меняется медленно, все равно он остается тем, кем был. Я видела Шубина… это был Даниил, а не другой.

— В парке видели вы его в предобморочном состоянии, — напомнил Стива, подняв указательный палец. — Вам точно было не до индивидуальных особенностей мужа, по которым и можно определить, кто перед нами. Ира, в данном деле много необычного, как будто все понятно и настолько примитивно, что диву даешься. А с другой стороны, понятность очень неубедительная, отсюда у меня предложение к вам… Только не говорите сейчас «нет», ладно?

Она неуверенно кивнула и перевела беспокойные глаза на Георгия, словно спрашивая: ты уверен в Куприне? Наверно, Ирина после всего, что с ней произошло два с половиной года назад, еще не научилась доверять не только малознакомым людям, но и тем, кто находился все это время рядом. Конечно, Георгий имел в виду себя, по большому счету других тесных отношений (если можно назвать их тесными) у нее больше ни с кем не наблюдалось. Он предложил ей, в общем-то, не паниковать заранее:

— Ты готова выпустить иголки, не зная, что предложит Стива, это несправедливо. Давай послушаем его?

Ирина покосилась на Куприна и явно не ждала ничего хорошего, тот решил не тянуть кота за хвост:

— Я хочу, чтобы вы поехали со мной к следователю.

— Зачем? — пыхнула она и напряглась.

— Давайте договоримся, Ирина: вы мне доверяете безоговорочно. Лидия Николаевна умная тетка, собаку съела — и не одну — на уголовных делах, убийством Ирмы занимается она. Обещаю, следователь Гринбес не сделает вам ничего плохого. Но если вы так боитесь, мы можем встретиться с Лидией Николаевной на нейтральной территории… например, в кабаке.

Георгий принял сторону Куприна:

— Ира, Стиве можно верить. Чего ты боишься? Понимаешь, Стива, мы скрыли кое-что от тебя… Короче, после покушения Ира не выезжала за пределы наших деревень, а когда Ирму убили, хотела сама разобраться, что все это значит, то есть самостоятельно придумала найти убийцу.

Он не зря употребил слово «придумала», а не решила или хотя бы надумала, в данном контексте «придумала» не что иное, как «сошла с ума».

— Неразумно, — согласился с ним Стива, почему-то обращаясь только к Георгию. — Потому что опасно, вы оба даже не подозреваете, как опасна самодеятельность! Надеюсь, мы убедили Ирину? (Она же преобразилась в мумию, у которой не бывает реакций, но Стива считал это по-своему.) Вот и ладно. Итак, подведем итоги. Поначалу Ира думала, что убить ее приказал муж, после убийства Шубиной ей пришла в голову мысль, что покушение на нее организовала убитая, так? А если существует некто третий, заинтересованный в смерти Ирмы Шубиной? Лидия Николаевна Гринбес не исключает и эту версию, а раз подобная мысль посетила ее, значит, есть основания.

Вот теперь он выжидающе уставился на Ирину, мол, что скажете? А ведь до третьего варианта она действительно не додумалась, отсюда и таращила растерянные глаза да кусала губы. Возможно, лихорадочно перебирала в уме знакомых из прошлого, заодно вычисляя, кто мог. Стива получил повод продолжить убеждать ее, тут главное — хорошо напугать Ирочку, чтобы не лезла, куда не просят:

— Если убийца выяснит, что Шубина жива, он раздумывать не станет. А теперь представьте, Ира, такую ситуацию: он вас знает в лицо, а вы понятия не имеете, кто в вас стрелял и кто заказал тот выстрел — это же могут быть и два разных человека. Вы можете не понять, когда убийца подберется к вам. Неужели не хотите жить?

— Ира, прислушайся к Стиве, — подхватил Георгий. — В конце концов, на встрече со следователем ты не одна будешь, а со мной.

— Ну вот, видите, — подбодрил ее улыбкой Куприн. — С Гошей поедете! Пошли есть пирожки? Потом я — в город, у нас совещание в два, а вы часам к пяти подрулите… Назначайте сами место встречи.

— Подвальчик есть таверна «Ночной гость»…

— Знаю, знаю. Ира, мы договорились, да?

Она обожгла его раскаленной медью глаз, согласия не дала, но и не отказала, Георгий подмигнул ему, мол, обещаю доставить Ирочку. А пирожки — нет-нет, не уговаривайте, некогда! И умчалась девушка на работу. Спускаясь по лестнице, Стива задержался, чтобы удовлетворить свое любопытство:

— Старик, не хочу при твоей бабушке затрагивать скользкую тему, но… в общем, Леська вынудила меня встретиться с ней, она рыдала, сказала, что ты ее бросаешь…

— И чтоб ты на меня повлиял, — догадался Георгий.

— Примерно. Как я понимаю, из-за Ирочки, да?

— Нет. Леська не рассказала, что на днях я застукал ее в моей квартире прямо в постели с мужиком?