Патрик Кензи - Деннис Лихэйн

Она словно бы в отчаянии всплеснула руками:

— Он не испытывал к ней ненависти. Он ее почти и не знал, пока Майлз не познакомил их. Это было за три месяца до ее смерти.

— Тогда откуда столько злобы?

Она хлопнула себя рукой по бедру.

— Говорю же, такие у него методы.

— Нет, этого мало. Должно быть что-то еще.

— Больше мне вам сказать нечего.

— Врешь, — сказал я. — Слишком многое не сходится, Шивон.

Она закатила глаза и устало вздохнула:

— А чего вы хотите от преступницы, мистер Кензи? Разве таким, как я, можно доверять?

Она развернулась к двери.

— Куда ты сейчас? — спросил я.

— К подруге в Кантон. Поживу у нее немного.

— Откуда нам знать, что ты не отправишься прямиком к Пирсу?

Она сухо улыбнулась:

— В ту самую минуту, когда электричка пришла в Бостон, а меня в ней не было, они догадались, что вы до меня добрались. Так что я теперь слабое звено. А Пирс от таких избавляется. — Она наклонилась и подняла с пола сумку с вещами. — О моей подруге в Кантоне не знает ни одна живая душа. Кроме вас двоих. Искать меня начнут не раньше чем через неделю, а я надеюсь, что к этому времени вы друг друга уже поубиваете. — Ее тусклые глаза блеснули. — Удачного вам дня.

Она направилась к выходу, и Энджи произнесла:

— Шивон!

— Да? — Она взялась за дверную ручку.

— Где настоящий Уэсли? — спросила Энджи.

— Я не знаю, — сказала она, не глядя на нас.

— А как ты думаешь?

— Его нет в живых, — все так же не глядя на нас, сказала она.

— Почему?

Она пожала плечами:

— Он перестал быть полезным. Для Скотта все мы рано или поздно перестаем быть полезными.

Шивон открыла дверь и вышла на парковку. Не оглядываясь, направилась к автобусной остановке, на ходу покачивая головой, словно не в силах избавиться от горького недоумения: как она здесь очутилась?

— Она сказала «они», — произнесла Энджи. — Ты заметил? «Они догадались, что вы до меня добрались».

— Заметил, — сказал я.

Маска невозмутимости на лице Кэрри Доу пошла трещинами, словно по ней заехали топором.

Она не зарыдала. Не закричала. Не впала в истерику. Она почти не шелохнулась, когда мы положили на кофейный столик перед ней фотографию Пирса. Только по лицу пробежала судорога, и участилось дыхание.

Кристофер Доу еще не вернулся из больницы, и огромный пустой дом казался холодным и населенным призраками.

— Вы знаете этого человека как Тимоти Макголдрика, — сказала Энджи. — Верно?

Кэрри Доу кивнула.

— Кем он работает?

— Он… — Она сглотнула, оторвала взгляд от фотографии и сжалась на диване в комок. — Он сказал, что работает пилотом в «Транс Уорлд Эйрлайнс». Черт, да мы и познакомились в аэропорту. Я видела его удостоверение, видела листы с полетным заданием. Он говорил, что приписан к Чикагскому аэропорту. И я ему поверила. Он даже говорил с легким среднезападным акцентом.

— Вы хотите его убить, — сказал я.

Она посмотрела на меня широко раскрытыми глазами и еще больше съежилась.

— Ну конечно, хотите, — сказал я. — У вас в доме есть оружие?

Она молчала, глядя на меня отсутствующим взглядом.

— У вас в доме есть оружие? — повторил я.

— Нет, — тихо произнесла она.

— Но у вас есть к нему доступ, — сказал я.

Она кивнула:

— У нас дом в Нью-Гемпшире, на лыжный сезон, там есть.

— Какое именно?

— Прошу прощения?

— Какое оружие там есть, миссис Доу?

— Пистолет и ружье. Поздней осенью Кристофер иногда ходит на охоту.

Энджи протянула руку и накрыла ладонь Кэрри Доу:

— Если вы его убьете, он все равно выйдет победителем.

Кэрри Доу засмеялась:

— Как так?

— Потому что ваша жизнь будет разрушена. И жизнь вашего мужа тоже. Большую часть своего состояния вы потратите на адвокатов.

Она снова засмеялась, но на этот раз по щекам у нее заструились слезы:

— Ну и что?

— А то, — мягко сказала Энджи, сжимая ладонь Кэрри, — что он задумал уничтожить вашу семью много лет назад. Не дайте ему добиться своего. Миссис Доу, посмотрите на меня. Прошу вас, не делайте глупостей.

Кэрри повернула голову и сглотнула добежавшие до уголков рта слезинки.

— Я потеряла мужа, — сказала Энджи, — так же, как вы потеряли своего первого. Его убили. Вам выпал второй шанс, но вы сами все испортили.

Кэрри Доу нервно рассмеялась.

— Но не все еще потеряно, — сказала Энджи. — Вы еще можете все исправить. Превратить второй шанс в третий. Только не позволяйте ему забрать его у вас.

Минуты две все молчали. Я видел двух женщин, которые пристально смотрели друг другу в лицо, держась за руки. Слышал тиканье часов на каминной полке.

— Вы хотите заставить его мучиться? — спросила Кэрри Доу.

— Да, — сказала Энджи.

— И мучиться сильно? — спросила она.

— Мы хотим его закопать, — сказала Энджи.

Кэрри Доу кивнула. Развернулась на диване, наклонилась вперед и сжала руку Энджи.

— Как я могу вам помочь? — спросила она.

Мы ехали к Слиппер-стрит, где нес вахту на крыше Нельсон Ферраре, и я сказал:

— Мы следим за ним уже неделю. Где у него слабое место?

— Женщины, — сказала Энджи. — Его ненависть к ним выглядит просто патологически…

— Нет, — сказал я. — Это слишком абстрактно. Мне надо что-нибудь поконкретней. Чем мы можем его достать? В его броне должны быть трещины. Вопрос, как их найти.

— Кэрри Доу теперь в курсе, что Скотт Пирс и Тимоти Макголдрик — одно и то же лицо.

Я кивнул:

— Это раз.

— Что еще? — спросила она.

— Окна у него по большей части без занавесок.

— Хорошо.

— Ты следила за ним днем. Что-нибудь заметила?

Она задумалась:

— Да нет. Хотя погоди. Есть кое-что.

— Что?

— Он не глушит мотор.

— В смысле — фургона? Когда останавливается забирать почту?

Она кивнула и улыбнулась:

— А ключи оставляет в зажигании.

Мы приближались к концу Массачусетской платной автострады, и я перестроился в другой ряд, готовясь свернуть на дорогу в южном направлении.

— Куда это ты? — спросила Энджи.

— Сначала заедем к Буббе.

Она наклонилась ко мне. Мы ехали через туннель, залитый желтым светом тянувшихся над головой ламп.

— Ты уже что-то придумал?

— Придумал. Целый план.

— Хороший?

— Не самый элегантный, — сказал я. — Надо будет его немного отшлифовать. Но, по-моему,