Бедная миллионерша - Дарья Калинина

На какое-то время после сказанного Боровом в кабинете стало очень тихо. Так тихо, что было слышно, как за окном проехала чья-то машина и кто-то чихнул за стеной.

Но все заканчивается, вот и первый приступ изумления у друзей прошел. Они вновь почувствовали, что могут нормально изъясняться между собой, язык вновь согласился повиноваться им.

Исключение составляла одна лишь Таня. Она хоть и догадывалась раньше других о том, что им всем предстоит услышать, но новость произвела на нее самое сильное впечатление. Да и немудрено. Столько времени она прожила, терзая саму себя мыслями о том, что желала смерти своему мужу, и вот накликала. Но сегодня она сначала узнала, что не довелось ей приложить руки к тому, что случилось с ее мужем. И вот сейчас ее снова обвиняют в убийстве мужа, только уже не ее совесть, а начальник полиции, чьи обвинения звучат гораздо, гораздо серьезнее.

– Не знаю, какие причины побудили вашего мужа к подобному маскараду, с этим будем еще разбираться, но он пересек границу Российской Федерации уже по фальшивым документам и с новым лицом, которое ему сделали умельцы.

– Он следил за мной! – вырвалось у Тани. – Теперь я понимаю, почему мне последнее время всюду мерещился муж. Да, они перелицевали ему морду, но они не смогли изменить ему походку, фигуру, общий облик. Посторонний человек, разглядывая его лицо вблизи, мог бы обмануться, но я-то за десять лет изучила малейшую его мимику, каждое движение, каждый поворот головы и взмах руки. Он следил за мной! Но зачем?

– Судя по всему, цели у него были недобрые, – произнес Егор. – Он дважды пытался убить тебя. Сперва натравил собаку, потом столкнул в прорубь. Оба раза тебе удалось спастись.

– Не спастись, это вы меня спасали.

– Нет, был кто-то еще. Этот человек тебя и спасал.

– Не муж?

– Нет. Другой. А вот смерти твоей хотел супруг.

– И еще неизвестно, чем бы закончилось твое свидание в Подберезье, куда пригласил тебя твой муж.

– Но записка была написана чужой рукой, – возразила Таня. – Почерк мужа я прекрасно знаю.

– Подумаешь, – пожал плечами Егор. – Подделал почерк. Попросил кого-то ее написать. Сам написал левой рукой. Вариантов много. Одно могу сказать точно, ты была там, на ступенях часовни, идеальной мишенью. И я дурак, возомнил, что убийца обязательно попытается подстроить несчастный случай, и мы сможем ему помешать и схватим его. А если бы он просто пристрелил тебя? В отчаянии он мог и не на такое решиться.

– Все же обошлось.

– Прежде покушения на тебя были?

– Нет.

– Значит, он все подстроил таким образом, чтобы прикончить тебя в таком месте, где тебя толком никто не знает. Где полиция работает спустя рукава. И где расследовать твою смерть никто не станет.

– Ты тут не особо язык распускай, – буркнул Боров. – Нормально мы работаем!

Но Егор не обратил на его недовольство ни малейшего внимания и продолжал:

– Поэтому для этого типа было так важно, чтобы это было похоже на несчастный случай. Чтобы в идеале и расследования бы никакого не было. Несчастный случай, бывает. Лично я предполагал, что он попытается схватить тебя, вывезти в лес и там оставить. Типа, заблудилась, замерзла и погибла. Весной найдут твои обглоданные косточки, никто на него и не подумает, никто не свяжет его пребывание в Подберезье с твоей смертью.

– Но со мной в Подберезье ничего дурного не случилось.

– Только благодаря тому, что некто успел прикончить твоего муженька раньше, чем тот добрался до тебя. Помнишь мужчину со сковородой в руке, который дрался с твоим мужем возле часовни? Уверен, что это и есть твой спаситель.

Но тут уж заволновался Боров:

– Минуточку! Для кого спаситель, а для кого и убийца! Если не Татьяна прикончила своего муженька, значит, это сделал тот, с кем он устроил драку.

– Найти этого человека будет проще простого. Он явно чужой в Подберезье. Приехал примерно в то же время, что и Татьяна с ее мужем. Достаточно будет обойти дома в поселке, опросить жителей, и личность этого таинственного доброжелателя будет установлена. В Подберезье не так много жителей, поселившийся у соседа чужак обязательно привлечет чье-нибудь внимание. Так произошло с Филиновым, так будет и с его оппонентом.

Боров оживился еще сильней. Он уже перевязал свою порезанную руку, тем более что порез оказался неглубоким и почти перестал кровоточить сам собой. Осколки разбитой столешницы проворно смели в ведро его помощники. Так что ничто не напоминало о пронесшейся в кабинете начальника буре.

– Значит, если мы найдем второго чужака, то найдем и убийцу?

И Боров расцвел. Мысль о раскрытом по горячим следам особо тяжком преступлении приятно грела его душу. Оно сулило не только почет и славу, но и более приятные дивиденды в виде повышения в звании, которого Боров добивался уже не один год. Но проклятые жалобщики сделали все-таки свое дело, обещанное Борову звание так и оставалось пока что обещанным. Но если… если дело будет раскрыто и этот хлыщ из города подтвердит, что Боров еще о-го-го, мышей ловит, то звание наконец-то найдет своего героя!

От этой мысли Боров подобрел еще сильней и сказал:

– Вот что, ребятки, езжайте обратно к себе в Диковинно, а как что-нибудь прояснится, я дам вам знать.

Этим он хотел сразу же провести черту между любителями и официальным следствием. Впереди маячила финишная ленточка, до нее оставался всего один шаг, и сделать его Боров намеревался без всяких городских помощничков.

Егор все это прекрасно понимал, но спорить не стал. Дело-то казалось совершенно плевым. Изобличить среди гостей Подберезья того человека, чья внешность подошла бы под данное Ариной описание. С таким пустяковым делом должен был справиться даже Боров.

Но прошел день, миновала ночь. Друзья позавтракали, потом пообедали, пришло время полдника.

Егор ждал новостей, а их не было.

– Я не понимаю, почему Боров до сих пор не звонит нам? Неужели он так плох, что не смог найти второго участника драки?

В это время у себя в кабинете Боров принимал крайне тяжелое для себя решение. Но хочешь или не хочешь, а ему пришлось вновь прибегнуть к помощи треклятых чужаков.

– Ничего не получилось!

Таким заявлением он встретил друзей, вошедших в его кабинет.

– Всех чужаков мы переписали, провели опознание, Арина ни в ком из них не признала того, кого видела возле часовни.

– Ускользнул?

– От меня не ускользнет. Всех посторонних, кто находился в Подберезье в момент драки, я нашел и допросил. Пустой номер. Остается предположить, что этот человек приехал откуда-то из соседнего поселка или даже из города. И тогда нам его, конечно, вряд ли удастся найти.

Все раздумывали над словами начальника. Это был тяжелый удар по всем их планам.