Интервью под прицелом - Фридрих Незнанский

— Герман, ты уверен, что твоя идея действительно настолько хороша, что поможет нам потопить этот «Реливер»? — осторожно спросила Тоцкая. — Нам ведь не жалко денег. Нам просто нужны гарантии!!

Герман наслаждался очередной переменой ее отношения к своей персоне — сейчас Тоцкая смотрела на него с надеждой. Он был главой семьи, хозяином ситуации, а она — слабой женщиной, в надежде глядящей на него и ждущей спасения.

— Ну, мама, гарантий тебе не может дать никто, даже сам Господь!

— Ладно, — сказал Минков, — давайте все же выслушаем версию юноши. В конце концов, если она действительно так хороша, что поможет нам расправиться с конкурентами, — неужели мы пожалеем денег?

— Как хорошо распоряжаться общими деньгами, — заметил Колодкин. — Нет, конечно, если идея настолько хороша… А вам, юноша, должно быть стыдно брать деньги с коллег по бизнесу!

— Но я же не вхожу в общую долю, — кротко ответил Герман, — надо же и мне как-то перебиваться. К тому же я прошу сущую мелочь, которая будет даже незаметна на фоне ослепительных доходов, которые вы получите, выиграв этот тендер!

— Ну рассказывайте! — махнул рукой Колодкин.

— Как вам всем известно, господа, — начал Герман, — я жил в Испании и изучал приемы и уловки тамошних корпораций.

«Господа» одобрительно закивали, и только Тоцкая презрительно поджала губы: что-то не слишком она верила в то, что сын занимался в Испании именно этим. Но перебивать его она не посмела: того и гляди, обидится, откажется говорить или затребует еще больший гонорар — с него станется.

— Так вот, — продолжал Герман, — в Испании, а также в Германии и Америке не так давно прогремели крупнейшие аптечные скандалы. Представляете — герр Штюберт приходит в аптеку за средством от простуды «Tylenol» — его женушка, фрау Штюберт, простудилась, катаясь на лошади, и желает излечиться. Муж покупает то, что он привык всегда покупать в таких случаях, приносит домой, дает жене, а та через пару минут умирает в страшных мучениях у него на руках. И совсем не от простуды или какого-нибудь неизвестного пока осложнения. Да-да, сначала муж думает, что это птичий грипп и клянется больше никогда не есть курятину, но медицинское освидетельствование, то есть вскрытие, показывает, что все дело в таблетках!

Выдержав эффектную паузу, Герман добавляет:

— В них был сильнодействующий яд!

— Ты предлагаешь нам начать производство ядовитых препаратов? — переспросила не понявшая идеи Тоцкая.

— Нет, конечно. Поскольку случаев отравления было несколько, полиция выяснила, что ядовитые препараты были произведены одной и той же фирмой — это я говорю о случаях, произошедших в Германии и Испании. В Америке же выяснилось, что препараты были произведены разными фирмами, но доставлены в аптеки одной службой. Пресса раздула все три дела и превратила их в скандал государственного значения. Так что репутация «отравителей» навсегда закрыла этим фирмам путь в большой бизнес.

— А они, конечно, были ни при чем? — догадался Прохоров.

— Разумеется. Во всем было виновато начальство пострадавших компаний — оно не желало играть по общим для всех фармацевтических компаний правилам. И конкуренты устроили им Варфоломеевскую ночь.

— Неплохо, — кивнул Колодкин. — Но в итоге ведь пострадали ни в чем не повинные люди.

— Ну да, кто-то, конечно, умер, — небрежно махнул рукой Герман, — но зато после этого руководители всех фирм стали как шелковые: никто не смел перечить главному боссу.

— В конце концов, это лотерея. Рулетка. Мне кажется, что от несчастных случаев и от паленой водки в день погибает куда больше народа, чем, по общему счету, погибнет от этих самых лекарств. Если мы, конечно, согласимся с идеей Германа и решим ею воспользоваться, — задумчиво сказал Пахомов. — Моему департаменту, конечно, придется как-то отвечать перед министром: знаете, эти скучные вызовы на ковер перед кучей телекамер от различных телеканалов, министр сурово хмурит брови и ругается, провинившийся сотрудник обещает исправиться и наказать виновных. На этом все и заканчивается.

— Так у вас же есть виновный! — воскликнула Тоцкая. — Даже никого специально не надо искать! Мясников! Он же продвигает этот «Реливер»! Пусть и отвечает! Его и на ковер!

— А ведь верно! Двух зайцев убьем! — согласился Пахомов.

— И заодно десяток ни в чем не повинных овец, — нахмурился Колодкин.

— А что вы предлагаете? — повернулась к нему Тоцкая. — По-моему, Герман очень хорошо придумал. «Реливер» травит москвичей — и таким образом ставит большой крест на своей дальнейшей деятельности. Мясников протежировал «Реливеру», — значит, господин Пахомов со спокойной совестью отправляет его в отставку, что дает нам гарантию в том, что новых «Реливеров», поддерживаемых из министерства, на нашем горизонте не появится.

— Ну хорошо, допустим, мы согласились с дерзкой версией Германа, — начал Колодкин.

— Согласились — и выплатили ему скромную такую сумму, — кротко сказал Герман, — Чтобы он и в дальнейшем мог генерировать не менее дерзкие идеи!

— И выплатим, конечно, раз уж мы обещали, — с плохо скрываемым раздражением ответил Колодкин. — Дело не в этом. Нужны исполнители. Кто изготовит лекарства с добавлением яда? И главное — кто сможет подбросить на склад «Реливера» отравленные медикаменты?

— Может, подкупить охранника? — неуверенно сказал Минков.

— Подкупить? И поставить все на карту? А вдруг он неподкупный? — загремел Колодкин.

— Ну это вряд ли, — усмехнулся Минков.

— Хорошо, а вдруг ему заплатят больше и он выдаст нас, когда поймет, что дело пахнет керосином? — спросила Тоцкая.

— Нельзя связываться с людьми Руденского, — уверенно сказал Михеев. — Если мы все-таки согласимся с идеей Германа и приступим к ее исполнению — работать должны чужие дяди, лучше бы вообще ничего не смыслящие в фармакологии, вроде сотрудников фирмы «Параллакс».

— Ничего подобного! — обиделась Тоцкая. — Мои ребята прекрасно во всем разбираются, просто мне невыгодно, чтобы они продемонстрировали нам свои знания. Их дело — смешивать ингредиенты!

— Ну вот пусть кто-нибудь из них и смешает! — предложил Минков.

— Нет, — вдруг сказала Тоцкая, — не нужно доверять это дело посторонним. У нас есть Шарагин! Разве завскладом не придумает способ подбросить подготовленные нами лекарства? И разве потом кто-нибудь заподозрит его?

— Отличная идея! Теперь, кажется, все сходится! Я — за! — сказал Михеев.

— Я тоже, — кивнул Пахомов и украдкой посмотрел на часы: ему нужно было ехать на совещание.

— Разумеется, я тоже за! Отличная идея! — согласился и Минков.

— За неимением лучшего варианта и в сложившейся ситуации, пожалуй, придется согласиться, — вздохнул Колодкин.

— Ну что, сынок, ты выиграл этот тендер, — усмехнулась Тоцкая. — Только, чтобы получить деньги, тебе придется проконтролировать действия нашего друга Шарагина. Даже так — не проконтролировать, а проинструктировать. Ты ведь главный в этой области специалист.