Бакинский бульвар - Чингиз Абдуллаев

– Не нужно говорить такие вещи по телефону, – попросил Асланов, сразу становясь серьезным. – Поговорим при личной встрече. Хотя мой аппарат защищен от прослушивания, все равно не нужно. Вы разговаривали одни, вас никто не слышал?

– Никто. Мы сидели в кабинете отца.

– Тогда все нормально. Возможно, он прав. Никто из зарегистрированных спецслужб в нашей стране не позволил бы вести себя так бесцеремонно и нагло. Значит, это не официальные структуры. Хотя сегодня министр собирает всех, чтобы попросить о помощи. Мы хотим только правды, чтобы знать, с кем именно имеем дело.

– Значит, это не русские, и убийство Омара не связано с «Набукко».

– Может, и связано, но это не русские. Девять человек погибли за два дня. Русские никогда не позволили бы себе ничего подобного.

– Что ты говоришь? Какие девять?

– Омар Халед, двое наших офицеров, твой шеф, домработница и трое убитых в доме художника, – напомнил Вагиф.

– Все правильно. Но получается восемь.

– Пропал еще один человек. Санитар из военного госпиталя, через которого убийцы выходили на осведомителя полковника Садыхова, а тот уже связывался с самим полковником.

– Тогда девять. Его тоже убили?

– Пока ищем, но боюсь, что они обрубили концы. И самое печальное, что до сих пор нигде не появился раненый убийца.

– Может, он уже умер?

– Или его убили, – меланхолично предположил Вагиф. – Тогда это самое плохое, что могло случиться. Пока он был жив, мы могли рассчитывать выйти на второго убийцу и вычислить всех, кто был причастен к этим преступлениям. А если он погиб, тогда вообще все концы обрубаются, и мы ничего не сможем найти и доказать.

– Что я могу сделать?

– Сидеть дома и никуда не выходить, только так ты сможешь нам помочь. Ты действительно настоящий колобок, который уходит ото всех опасностей, но, рано или поздно, колобка могут просто съесть. Англичанам надоест тебе опекать, и тогда тебя сдадут или обменяют на другую, более ценную информацию.

– Не думаю, что англичане такие сволочи. Они обычно ведут себя как джентльмены.

– Когда речь касается их экономических и политических интересов, они быстро превращаются в прагматиков. Посчитав, что им выгоднее сдать вас арабам, они вас сдадут сразу и не мешкая. Мы даже не успеем вас защитить.

– Я все поняла. – Оставалось только прикусить губу и молчать.

– Тогда сиди дома. И самое главное, никуда не выпускай своего сына. Алло, ты меня слышишь? Они могут сыграть на этом. Не сумев обнаружить и ликвидировать тебя, они могут сыграть на твоем сыне. Пусть никуда не выходит, иначе потом будет слишком поздно.

Я выбежала из кабинета отца и ворвалась в комнату сына, даже не постучавшись. Он сидел за своим компьютером, с кем-то оживленно переписываясь. Увидев меня, Кямал недовольно поморщился и спросил:

– Что тебе нужно?

– Ты сегодня куда-нибудь пойдешь?

– Да, вечером встречаюсь с друзьями.

– Сегодня нельзя, у нас с тобой будет важная встреча.

– У тебя важная встреча, ты и оставайся дома, а я пойду к товарищам.

– Нет, мы оба должны остаться.

– Мама, у меня свои дела, и не забывай, что в следующее воскресенье я должен быть у отца.

Они встречаются с отцом один раз в две недели. В следующее воскресенье. Надо поменять местами эти дни. Почему-то с отцом Кямал чувствует себя гораздо спокойнее и увереннее, даже немного обидно. Его дедушка и дядя Керим столько делают для него, а он по-прежнему рвется на эти свидания с непутевым отцом. Может, в нем просыпаются отцовские гены? Или правы те, кто считает необходимым присутствие отца именно в тот период, когда мальчик постепенно превращается в мужчину? Я не знаю. Я знаю только одно – что сегодня не выпущу сына из дома, даже если мне придется лечь на пороге этой квартиры. И тут мне в голову пришла замечательная мысль.

– Твой отец должен сегодня приехать к нам, – нерешительно сказала я. Ведь на самом деле ни о чем подобном с Эльдаром мы не договаривались.

Сын перестал работать на компьютере и недоверчиво посмотрел на меня.

– Папа придет сюда?

– Да, да, конечно, сюда.

Неплохая идея. Правда, придется уговорить Эльдара появиться у нас в доме впервые за пять последних лет. Уговорить моих родителей, особенно маму, которая видеть не хочет бывшего зятя. Но все равно это лучше и легче, чем запретить сыну-подростку выйти из дома, он все равно меня не послушает.

Кямал довольно кивнул и снова переключил свое внимание на компьютер. Теперь нужно позвонить Эльдару и убедить его приехать к нам в гости. Буду говорить все, что угодно. Только сегодня мне нужно, чтобы он был вместе с нами.