Кольцо королевы Фредегонды - Ольга Баскова

– Совершенно верно. – Федор дернул психолога за рукав ветровки: – Дима, что ты на это скажешь? Хочешь, прогуляемся по берегу моря? – Парень незаметно перешел на «ты», и Лихута не возражал.

– Давай, только на секунду зайду в свою комнату, я мигом. – Он вошел в холл дома и замер. Под лестницей, ведущей на второй этаж, слышались голоса. Дмитрий узнал Ряшенцева и Петра.

– Истомин всегда был недальновиден, – говорил Панарин-старший. – Сколько раз я помогал ему избегать проблем в бизнесе – и все из-за его мягкотелости. Вот и сейчас… Он решил приютить тебя, даже не позаботившись установить твою личность.

– К сожалению, при мне не оказалось документов, – в голосе следователя чувствовалась ирония. – Клянусь, я не знал, что они понадобятся мне в море.

– Ты ведь не просто так очутился на Острове, – не смутившись, продолжал Петр. – Скажи, что тебе здесь надо? Что ты тут вынюхиваешь?

– Повторяю для тупых, – невозмутимо ответил Ряшенцев, – что меня снесло сюда ветром.

Старший брат усмехнулся:

– Ты бы придумал что-нибудь получше. Выйди на улицу и убедись: никакого ветра нет и в помине.

– Значит, виновато течение, – не сдавался Юрий. – Каким-то образом меня принесло к вам. Но я не моряк, чтобы обсуждать с тобой такие тонкости.

– Истомин владеет этой землей уже семь лет, – проговорил Панарин, – и за это время ни один человек, кроме тебя, не подплывал сюда. Говори, что тебе здесь надо!

– Черт с тобой, – устало отозвался Юрий. – Я увидел этот мысок и решил побывать на нем. Но только о том, что это частная собственность, я не имел никакого понятия. Теперь ты доволен? И уж, конечно, я не протыкал свою лодку только для того, чтобы увидеть твою недовольную рожу. Такой ответ устраивает?

– И все-таки ты очень подозрительный, – пробормотал Петр. – И я разберусь, кто прислал тебя сюда и зачем.

– Ага, если успеешь, – буркнул следователь. – Насколько мне известно, завтра вы уже отчаливаете.

– Не только свету, что в окошке, – загадочно произнес Панарин и зашагал к выходу. Лихута нырнул за толстую портьеру, чтобы старший брат его не увидел. Но Петр, занятый своими мыслями, не оглядывался по сторонам.

Глава 28

Нейстрия, 569 год н. э.

Фредегонда сидела в комнате и любовалась толстой золотой цепью, подаренной ей Хильпериком. Каждый день, каждый час он доказывал ей свою любовь: взял в жены, не дождавшись установленного приличием срока, дарил драгоценности, говорил ласковые слова, проводил с ней все свободное время. Она стала для него хорошим советчиком, и король привык обсуждать дела с этой красивой и умной женщиной. По складкам на лбу Фредегонда догадывалась о настроении мужа, умела успокоить, внушить уверенность. Она была ему необходима как лекарство, лечившее порой от тяжелой болезни, и он думал о ней каждую минуту. Вот и сейчас, после совета с военачальниками, король постучался в дверь ее комнаты.

– Я не помешал тебе?

Она расхохоталась:

– Ты мог бы этого и не спрашивать. Да, я стала королевой, но осталась твоей рабыней, готовой за тебя в огонь и в воду.

Хильперик обнял ее, но сдвинутые брови подсказали женщине, что на душе у него скребут кошки.

– Что случилось? – Ее лицо приняло сочувственное выражение, и король дернул головой. Его длинные каштановые волосы, в которых уже начинала серебриться седина, рассыпались по плечам.

– Брунгильда подозревает, что я убил ее сестру, – процедил он. – Мне не удалось убедить ее в обратном. Ты бы видела, как она смотрела на меня: в ее глазах светилась такая ненависть, что они поменяли цвет и стали черными.

Фредегонда усмехнулась:

– Я считаю, нам нечего беспокоиться. Она не может знать наверняка, кто это сделал.

Король вздохнул и махнул рукой:

– Не совсем так. Даже если она ничего не докажет, я обязан отдать ей города, которые подарил Галесвинте, – это положено законом. А я не хочу этого делать: мое королевство и так маленькое.

– Ну, так не отдавай, если не хочешь, – Фредегонда потерлась щекой о его плечо.

Хильперик раздраженно буркнул:

– Ты не понимаешь. Я не могу этого не сделать.

Она погладила его руку:

– Тогда пойди на брата войной, и не только отстоишь то, что принадлежит тебе, но и заберешь его.

Он посерел:

– И это я не могу сделать.

Ее черные брови поползли вверх:

– Разве ты не хочешь расширить Нейстрию и даже попытаться присоединить