Спасатель - Павел Алексеевич Астахов

– Артемий Андреевич, вам нельзя вставать, – преодолевая смущение, сказала медсестра. – Врач сказал…

– Доброе утро, – ответил Артем, улыбнувшись. Он с явной неохотой сел на койку, озабоченно взглянув на висевшие часы на стене:

– Конечно, раз так говорит врач… Можно пару вопросов?

– Конечно.

– Где мой телефон?

– Я сейчас принесу его, – пообещала медсестра. – Он в ординаторской, вместе с вашими остальными вещами.

– Чудесно. И второе – когда меня выпишут?

На симпатичном лице девушки отразилось неподдельное изумление.

– Насколько я знаю, о выписке говорить рано, – нерешительно произнесла она. – Еще нужно сделать электроэнцефалограмму… Когда вас забирала «Скорая», вы были без сознания и… в общем, об этом лучше поговорить с врачом.

– Замечательно. Если можно, я бы хотел поговорить с ним как можно скорее.

Медсестра положила на тумбочку пластиковую таблетницу, в которой пестрели разноцветные кругляшки.

– Вот эти таблетки будете принимать после еды, – начала перечислять она. – Эти – только утром, а эти – после ужина… Запомнили?

– Да, спасибо, – отозвался Павлов, и она почувствовала в голосе адвоката нетерпение.

Когда медсестра ушла, он скользнул равнодушным взглядом по таблеткам и забарабанил пальцами по гладкой поверхности тумбочки. Учитывая, что в больницах Артем был чрезвычайно редким гостем, нахождение в белых стенах, пропитанных лекарственными запахами, действовало на него угнетающе, вызывая состояние полной беспомощности, в то время когда он привык всегда и всецело полагаться на собственные силы.

Через несколько минут в палату зашел врач, облаченный в халат и шапочку темно-синего цвета. Поздоровавшись, он протянул адвокату телефон.

– Как вы себя чувствуете, Артемий Андреевич?

– Отлично, – ответил Павлов. – Когда вы меня выпишете?

Врач поправил очки.

– Думается, вы шутите, уважаемый, – с нервной улыбкой ответил он. – Вас, бесчувственного, доставили к нам менее суток назад, и томограмма показала черепно-мозговую травму. Говорить о выписке преждевременно. Вам нельзя делать резких движений и вставать без лишней надобности. Сестра сказала, что вы чуть ли не зарядку собирались тут делать.

– Да, признаюсь, такая мысль пришла мне в голову, – со вздохом отозвался Артем. – Ну, хотя бы примерные сроки лечения вы можете назвать?

Врач пожал плечами.

– Полагаю, дней пять вы будете под нашим наблюдением. Только тогда можно делать какие-то выводы. Вам нужен абсолютный покой, понимаете? Кстати, к вам тут рвется посетитель. И хотя я был категорически против визитов, по крайней мере в ближайшие сутки, но…

Врач не успел закончить – в дверь резко постучали, и, прежде чем он успел оглянуться, в палату уже заглядывал Шамиль.

– Только недолго, – сдался врач, махнув рукой.

Когда он вышел, закадычные друзья обнялись.

– Как поживает наш раненый боец? – спросил Шамиль, усаживаясь на стул.

– Лучше всех. А ты уже решил списать меня в утиль? – прищурился Артем, и друзья рассмеялись.

– Ладно. Шутишь, это уже хорошо, – посерьезнев, сказал Шамиль. – Твоим делом краевое управление занялось, сегодня вечером следователь приедет. Надеюсь, найдем этих утырков. Ты их хоть запомнил? Все-таки темно было…

– Драка была в освещенном месте, рядом с фонарем, – ответил Павлов. – Я запомнил всех, включая четвертого, который угостил меня током. Фотороботы на каждого из них можно составить хоть сейчас.

– Я в тебе не сомневаюсь.

– На память пока не приходилось жаловаться. Жаль, я не художник, все было бы куда быстрее. Кстати… У одного из них сломана правая рука. У второго громилы повреждена челюсть – когда я его вывел из строя, он потерял сознание. Если у этих ребят нет своего лечащего врача, кто-то из них обязательно обратится в травмпункт.

Шамиль кивнул:

– Проверим.

– И еще. Тот, кто меня «вел», постоянно с кем-то разговаривал по телефону. Было бы неплохо запросить биллинг звонков, которые осуществлялись в момент потасовки. Уверен, это под силу проверить.

– И это выясним, – пообещал Шамиль. – А это что?

Он указал на пластырь, белеющий на икре левой ноги Артема.

– Один из них хотел попробовать меня на вкус, – пояснил адвокат. – Надеюсь, он не страдал бешенством.

– Нда-а, – протянул Шамиль. – Ты не можешь без приключений, Тема. А с чего все начиналось? С твоего отпуска. Потом тебя попросили проверить, как выполняется программа по обеспечению населения социальным жильем. Затем произошло землетрясение. Далее убийство Терентьева. И вот, ты на больничной койке.

– Главное, что не на столе патологоанатома.

– Тьфу-тьфу-тьфу.

– Лучше расскажи, есть ли какие-нибудь подвижки по делу Терентьева?

Шамиль сцепил перед собой пальцы в «замок».

– Я только знаю, что в Южноморск приезжает комиссия из Следственного комитета. Ты ведь писал жалобу в Генеральную прокуратуру? Ну вот, результат. Навел ты там шороху, здешние силовики все на ушах стоят. Надеюсь, это именно то, чего ты хотел.

– Совершенно верно, – произнес Павлов, подмигнув. – Когда непослушный баран топчется на месте, вместо того чтобы идти, ему нужно дать пинка.

– Грубо, но верно, – согласился Шамиль. – Еще мне известно, что взялись за эту контору, как там ее… «Небеса». Ведь убийца Терентьева скрылся именно на машине, принадлежавшей этой фирме. А когда начался разбор, представитель компании, разумеется, сделал круглые глаза и сообщил, что машину угнали.

– То есть автомобиль не нашли? – уточнил Артем.

Шамиль покачал головой:

– Пока нет. Но в любом случае маховик раскручен, дело уже не замять, Тема. Пусть эту работу делают те, кто за нее получает зарплату и звездочки на погоны. А тебе пора отдохнуть, хватит. Сделай перерыв хотя бы на неделю. Я тебе, кстати, книги принес, Шерлока Холмса. Ты ведь обожал Конан Дойля?

– Спасибо, я и сейчас его обожаю.

Шамиль положил пакет с книгами в тумбочку. Немного помолчав, он вдруг спросил:

– Тема, хочешь, я организую тебе охрану?

– Охрану?

– Именно. Давай смотреть правде в глаза. Те, кто напал на тебя, собирались не просто тебя избить или покалечить. Тебя хотели убить.

– Я размышлял над этим, – спокойно ответил Артем.