Братья Хоторны - Дженнифер Линн Барнс

– Именно поэтому у меня есть нотариально заверенное заявление, – спокойно ответила Саванна. – Я же сразу вам сказала, что мне нужен кто-нибудь из руководства.

Грэйсон хотел вмешаться. Служащий не пытался скрывать свое раздражение.

– Уверяю, даже генеральный директор банка скажет вам то же самое.

– Боюсь, вы ошибочно понимаете ситуацию. – Саванна оставалась совершенно невозмутимой.

– Я прекрасно понимаю ситуацию. – Мужчина бросил на нее неприязненный взгляд. – Единственными, кто имеет право доступа, являются сам мистер Давенпорт и Акация… – служащий с опозданием понял, что произносит, – Грэйсон.

– Благодарю вас, – Саванна едва заметно улыбнулась, – вы нам очень помогли.

Грэйсон подождал, когда они выйдут из банка, и только тогда произнес:

– Тебе не нужен доступ к ячейке.

– Я реалистка, в отличие от своей сестры. – Саванна выразительно посмотрела на Грэйсона. – И моя фамилия не Хоторн.

У нее были такие же длинные шаги, как и у него.

– Удивительно, что ты не стал спорить со мной, предлагая заняться всем самому.

«Я мог», – подумал Грэйсон, а вслух сказал:

– Я тебе не враг, Саванна.

Ложь.

– Возможно. – Ее холодный ответ походил на укол лезвия. – И ты не мой страж, и не Джиджи. Ты нам не нужен. – Светлые волосы Саванны блестели на солнце. – У меня все под контролем.

Глава 48

Грэйсон

Когда они вернулись домой, Джиджи отправилась на поиски матери, а Саванна осталась присматривать за Грэйсоном в холле.

– Мама в библиотеке, – сообщила мрачным тоном вернувшаяся Джиджи.

Саванна протянула руку и сжала плечо сестры.

– С мамой все в порядке, Джиджи. Мы в порядке.

Мы – они трое – их семья.

Джиджи повернулась к Грэйсону, нахмурив брови.

– Мы не тревожим маму, когда она читает. Это правило существует уже целую вечность.

– Ты можешь подождать на заднем дворе, – ледяным тоном сказала ему Саванна.

Это не предложение – приказ. Грэйсон смотрел, как Саванна выходит из комнаты.

– У мамы есть библиотека, – тихо сказала Джиджи, – у Саванны есть баскетбол.

Грэйсон сразу же представил Саванну, стоящую на линии штрафного броска и забрасывающую мячи. Он плавал с такой же одержимостью.

– А что насчет тебя? – спросил он Джиджи.

Сближение с сестрами – ошибка. И чувствовать то, что чувствовал он, тоже ошибка.

Джиджи пожала плечами.

– Мне нравится есть конфеты на крыше.

– Но не шоколадные, – машинально добавил Грэйсон.

– Не шоколадные, – подтвердила Джиджи и широко улыбнулась. – Я же говорила, ты мне нравишься все больше и больше! – Вдруг она стала серьезной. – А теперь… Как думаешь, что папа держал в той ячейке? Ничего хорошего, верно? Я имею в виду, что люди, как правило, не меняют личные данные и не арендуют депозитные ячейки под вымышленными именами просто для развлечения.

– Не знаю. – Грэйсон врал ей и чувствовал себя так же, как если бы врал братьям. Он мягким голосом предложил: – Почему бы тебе не пойти и не поесть конфет на крыше? Я подожду твою маму здесь.

* * *

Грэйсон не стал дожидаться Акацию Грэйсон в холле и отправился на поиски библиотеки. Ключ девочек никогда не откроет банковскую ячейку, но если у жены Шеффилда Грэйсона есть право доступа, то ей могли выдать другой.

Грэйсона с детства воспитывали ничего не оставлять на волю случая.

– Отменить членство не должно быть так сложно. – Голос Акации был слышен через приоткрытую дверь, и Грэйсон остановился прямо за ней, прислушиваясь. – Я знаю, что есть плата! – Она сделала паузу, и Грэйсон решил, что женщина собирается с силами. Когда она заговорила снова, в ее голосе звучало то самообладание, которое присуще лишь человеку, выросшему в окружении богатства масштаба Энгстромов. – Клубу нужен организатор мероприятий. Прошло больше месяца с тех пор, как Кэрри уехала, и я думаю, вы согласитесь, учитывая мой опыт благотворительной деятельности, не говоря уже о мероприятиях, которые моя семья устраивала в вашем танцевальном зале, что я более чем квалифицированна.

Акация Грэйсон искала работу. Грэйсон представил себе выражение ее лица, когда она говорила ему, что не слабая.

Какой бы ответ она ни получила, ее он не впечатлил.

– Что ж, думаю, они скажут, что мне скучно и я не знаю, чем себя занять без мужа. Пусть говорят, что хотят.

Опять повисала тишина, на этот раз более продолжительная, а затем вновь раздался голос Акации:

– Я понимаю.

Грэйсон подождал, пока она повесит трубку, и осторожно толкнул дверь.

– У вас проблемы?

Акация подняла голову с диванчика, на котором сидела, поджав под себя ноги, и пристально посмотрела на Грэйсона.

– Ничего такого, о чем тебе стоит беспокоиться.

Грэйсон подошел ближе.

– У вашего мужа есть депозитная ячейка на вымышленное имя. – Он намеренно сменил тему. Лучше вернуться к ее финансовым проблемам, когда она будет готова не уклоняться от его вопросов. – Девочки попросят вас открыть ее. У вас есть право доступа.

Акация сжала губы. Она элегантно зачесала назад светлые волосы, ни один волосок не выбивался из прически.

– Не знаю, почему у меня есть право что-либо делать, – тихо сказала она. – Он никогда не говорил со мной ни о финансовых вопросах, ни о своем бизнесе.

Она отвела взгляд от Грэйсона, затем снова посмотрела на него, как будто не могла позволить себе отложить этот разговор или все то, что он собой олицетворял.

– А знаешь, у меня степень в области финансов. В университете мы с Шеффом и познакомились. Я такая тихая и неловкая, а он… – Ее голос слегка дрогнул. – Хотя какое это теперь имеет значение, правда?

«Он женился на ваших деньгах – вот о чем вы думаете. И о чем пытаетесь не думать».

– Ты когда-нибудь играл в «Что, если…», Грэйсон? – тихим голосом спросила Акация. – Что, если бы ты изменил хотя бы одно свое решение? Один момент в своей жизни?

Грэйсону не присуще строить воздушные замки, но и он, бывало, заново переживал самые большие ошибки, чтобы понять, что именно сделал не так и что бы изменил, если бы мог.

– Или что, если что-то одно было другим с самого начала? – Выражение лица Акации стало задумчиво-грустным. – Я играла в такую игру маленькой. Что, если у меня был бы старший брат? Что, если бы я родилась с другой фамилией? Что, если бы я не так сильно была похожа на свою мать?

«Что, если бы вы ушли от своего мужа, когда узнали обо мне?» – подумал Грэйсон.

Акация сделала долгий вдох.

– Но все становится другим, как только у вас появляются дети, потому что внезапно все, что привело к их рождению –