Ультиматум Гурова - Алексей Макеев

— Виктор сообщил мне сегодня утром эту ужасную новость, — говорила Альбина. — Ах, я прямо ушам своим не поверила! Хорошо еще, что Руслан был дома, иначе я бы не перенесла! Он даже на работу не пошел из-за этого, так расстроился. Какая может быть работа, когда тут такое? — всплеснула она руками.

— А где работает ваш муж? — мимоходом поинтересовался Гуров.

— Он… У него свой бизнес, — ответила Альбина, отводя глаза. — Он начинающий бизнесмен.

— То есть он сейчас дома? Я бы хотел побеседовать и с ним тоже.

— С Русланом? Но зачем? — светло-голубые глаза Альбины округлились.

— Я опрашиваю всех, кто так или иначе общался с вашей дочерью, — пояснил Гуров. — Вашего бывшего супруга я выслушивал несколько часов.

— Виктора? А, ну это понятно, — махнула рукой Альбина. — Он же жил с ней.

— Я думаю, — продолжал полковник, — что вы как мать не менее близкий человек Маргарите.

— Разумеется. Конечно! — тряхнула головой Альбина. — Спрашивайте. Только я не знаю, что могу сказать полезного… Мы не так часто общались, как мне хотелось бы. Виктор… Он запрещал мне видеться с дочерью! Говорил ей про меня гадости. А все из-за того, что я с ним развелась! Как будто я не имею права на личное счастье! Как будто я его собственность! И потом всячески настраивал девочку против меня. Слава богу, у Маргариты имелись собственные мозги, и она понимала, как я ее люблю! Я вообще хотела забрать ее к себе, но Виктор не позволил! — Альбина пустила слезу. Она говорила с таким пылом, что, кажется, сама верила в собственную историю.

— Скажите, Маргарита делилась с вами своими настроениями, планами, событиями из жизни? — спросил Гуров.

— Конечно! — не задумываясь, ответила Альбина.

— И что же она вам говорила?

Та захлопала глазами, растерянно убрала длинную прядку со лба.

— Ну, так сразу всего и не вспомнишь! Она столько всего рассказывала! Ведь у нее была интересная жизнь, самый лучший возраст — двадцать один год! Куча свободного времени, друзья…

— Она никогда не упоминала подругу по имени Надя?

— Надя? Нет. Точно нет. Да и имя какое-то старомодное, сейчас так и не называет никто. Она вообще больше с мальчиками дружила. А я считаю — и правильно! От женщин ничего хорошего ждать нельзя. Вот у меня подруг тоже нет, и слава богу! Зато у меня есть муж, самый лучший на свете. Правда, милый? — пропела Альбина ласковым голосом, и Гуров увидел, как в кухне появился мужчина лет тридцати, мускулистый, смуглый, довольно симпатичный. Однако выражение лица его было какое-то сонное, ленивое, да и само лицо выглядело одутловатым.

Несколько лет назад он, наверное, сводил с ума всех девушек в радиусе двухсот метров вокруг себя. Сейчас же, обленившись и привыкнув жить за чужой счет, несколько сдал позиции. Мускулы, когда-то, наверное, накачанные и упругие, от отсутствия тренировок обмякли, образовался подвисающий животик, да и вокруг талии появились жировые отложения. В лице уже не было той юношеской свежести. Словом, некогда герой-любовник, любимец посетительниц массажного кабинета, становился обычным мужчиной и к сорока годам рисковал совсем потерять форму и уступить даже тем своим ровесникам, что в молодости не пользовались особым успехом у дам из-за своих внешних данных.

Он не отозвался на последнюю фразу Альбины, но недовольство ею сдержал, увидев присутствие постороннего человека. Поздоровавшись, налил себе сока из коробки и уже хотел было ретироваться, как Гуров остановил его:

— Останьтесь, пожалуйста, буквально на несколько минут.

— Руслан, это из полиции. По поводу смерти Риточки, — скорбно произнесла Альбина.

Руслан развел руками, словно говоря: ну надо — так надо, хотя я тут ни при чем — и сел на стул, всем своим видом давая понять, что эта беседа его не касается. Гуров пока что задал следующий вопрос Альбине:

— А в день смерти или накануне Маргарита не звонила вам?

— В день смерти? Вчера, значит? Нет. Хотя… Я сейчас возьму свой телефон и уточню, — сказала та, доставая красно-белую трубку. — Нет, последний звонок от нее был неделю назад.

— И о чем вы тогда говорили? — Гуров даже не рассчитывал получить от этой женщины полезной информации. Ему было очевидно, что она ничего не знала о своей дочери, что общались они с ней дежурными фразами и что Маргарита абсолютно ничем не делилась с матерью. Уж тем более она не стала бы посвящать ее в планы ограбить отца или уехать с Толиком Емельяненко за границу. Но он все-таки спрашивал, чтобы после этого естественным образом перейти к беседе с Русланом, который с отсутствующим видом потягивал сок из высокого бокала.

— Поймите, Альбина — не знаю вашего отчества, простите…

— Можно просто Альбина.

— Так вот, дело-то серьезное. Вашу дочь убили, и это сделал кто-то, кто хорошо ее знал.

— И… Что вы этим хотите сказать? — воскликнула Альбина.

— Только то, что самые близкие ей люди меня интересуют больше всего.

— Но… Как можно так все переворачивать! Разве близкие люди могли желать ей зла?

— Ей, думаю, нет. А вот ее отцу… — Гуров выразительно посмотрел на Альбину, которая под его взглядом стала пунцовой.

— Это вы о чем? — спросила она.

— Вы, кажется, приходили в офис Конышева с угрозами в его адрес?

— Я? Когда? Не было такого! — тут же пошла на попятную Альбина.

— Ну как же не было! Сотрудники могут подтвердить. Секретарша, к примеру.

— Секретарша все не так поняла! Ее не было в кабинете в тот момент! — выкрикнула Альбина и осеклась, закусив губу.

— Так, значит, вы все-таки были в офисе мужа? — терпеливо и вежливо уточнил Гуров.

— Да, я была там. Ну и что с того? Я приезжала просто поговорить!

— Но вы угрожали Конышеву?

— Господи, ну, конечно же, нет! — Альбина прижала руки к груди. — Я просто была взвинчена! Да, я, может быть, наговорила лишнего, но это же не всерьез! Вы должны меня понять! Он запрещал мне встречаться с дочерью!

— Вы знаете, что у вашего бывшего мужа сорвалось несколько сделок подряд? — спросил Гуров.

— Нет! — по инерции ответила Альбина и тут же добавила: — Я вообще не интересуюсь его делами.

— Но кто-то ими, похоже, интересуется.

— А я-то тут при чем?

— Но вы же обещали, что Конышев пожалеет о своем поведении. Могли вполне реализовать такие угрозы…

— Я же говорю — я не всерьез!

— Молодой человек, — повернулся Гуров к Руслану, который с отсутствующим видом жевал бутерброд и не принимал никакого участия в словесной перепалке Гурова и своей супруги. — У вас есть компьютер?

Рука с надкусанным бутербродом замерла на полпути. Руслан секунду соображал, потом мотнул головой.