Зона отчуждения - Марина Серова

– Ага, а еще документация, а может быть, и какие-нибудь металлы, – добавила я.

– И это тоже. Объемы должны быть неслабыми. Куда все девается?

– Ладно. Размышляй, а я еще вздремну. – И он снова захрапел.

Для полной организованной группировки не хватает еще пары человек как минимум. Интересно, кто они? Что-то здесь нечисто.

Забрезжил рассвет. Миха подошел ко мне и сел рядом. Мы переглянулись. Решено было, что к машине он пойдет один. А потом, если все будет чисто, выйдем и мы. Он отдал мне бинокль, и мы засобирались.

Полицейский двинул к назначенному месту. Мы за ним, но в некотором отдалении. Тем более что Соня быстро ходить не могла со своей больной ногой. Брели довольно-таки долго, несколько часов. Хорошо, с собой была вода и нехитрый перекус.

Наконец дошли до нужной точки. Мишка шагнул вперед, но замер, вслушавшись в звук мотора. Через несколько минут подъехал джип. Именно на таких ездили бритоголовые. Мужчина оглянулся. Я взглядом посоветовала ему спрятаться. Что-то здесь было нечисто. Интуиция у меня буквально вопила об опасности.

Из автомобиля вылез татуированный качок и начал вглядываться в лесную чащу в поисках офицера. Достав телефон, стал спешно набирать какие-то цифры.

– Нет здесь никого. Да, понял тебя.

Я незаметно подползла к Михаилу. Он смотрел на меня встревоженно.

– Твой генерал – крыса?

– Исключено, Жень! Он мой родной дядька.

– Тогда нужно прекращать любое общение по телефону. Сигнал перехватили.

– Делать что будем? – Офицер смотрел на меня напряженно.

– Есть у меня одна идейка. Только сначала спрячем наших Ромео и Джульетту. Ну что, офицер, вспомним былые добрые времена? Ты со мной?

– Конечно! Нужно разогнать этот лагерь. – Он улыбнулся и подмигнул мне.

На Припять спускались сумерки, а значит, время искать ночлег. Мы спешно двинули по лесу. Решено было оставить Соню с Денисом там, где мы скрывались от волков. Дверь железная и незаметная. Самое время переждать в безопасности. Оставив им всю воду и провизию, пошли к лагерю. Плана не было. Впрочем, как и всегда. Будем действовать по обстановке. Тихо подошли к забору.

В кромешной темноте лагерь напоминал какой-то тюремный барак. Длинный высокий забор, колючая проволока. Собаки и тупые качки. С первого взгляда можно было понять, что с такой усиленной охраной работать по собственной воле не получится. Здесь вся воля упирается в автомат бритоголового.

Через несколько минут к воротам подъехал очередной внедорожник. Из него вылез сам Антон со своей уголовницей-бабкой.

«Жива, ведьма!» – подумала про себя я.

Надо отметить, что бабуля переоделась из старушечьего халата и цветастого платочка в черный спортивный костюм. На плече висел автомат. Бабка была в полной боевой готовности. Как и ее внучек.

Глава 7

Мы с Михаилом устроились в кустах. Ночью умудрились вздремнуть по очереди, все равно толком ничего не разглядишь. А с самого утра принялись наблюдать за лагерем. Бабка Клава ходила как заправская зэчка и вовсю командовала рабочими. Вид у нее такой, будто сейчас она захватит мир. Автомат за плечами. На шее и руках татуировки. Полная противоположность «бабушки божьего одуванчика». Той, что мы видели в деревне.

Люди были испуганы и молчаливы. Несколько раз в поле зрения попадался Кирилл. Он опять кого-то пытался реанимировать, но было поздно. Несколько черных мешков уже были выставлены вдоль периметра. Собаки с диким воем ждали добычу. Но в лагере были очень осторожны. Теперь мешки с добычей выкидывали за периметр только поздно ночью.

Погода испортилась. Начал моросить противный мелкий дождь. Мы укрылись в овраге, но одежда вся промокла и испачкалась. Я стала замерзать. Ноги будто онемели от постоянного холода и влажности. Сапоги давно порвались. Носки промокли и отяжелели.

Бинокль Кирилла пришелся как нельзя кстати. Мы с офицером успели заснять на видео жуткие кадры того, как мертвые тела помещают в пакет, а потом выкидывают за ограждение. Было страшно. Даже мне, повидавшей многое в своей жизни.

Через несколько часов появился еще один новый фигурант криминальной группировки.

Михаил присвистнул. Начальник полиции РОВД города Тарасова и по совместительству его наставник Аркадий Иванович Грязнов. Полковник полиции и уважаемый человек всего города. Вот так дела!

– Я надеюсь, Дмитрич твой здесь не объявится? – попыталась пошутить я, но неудачно.

Михаил посмотрел на меня напряженно. Если честно, я сама была немного в шоке от того, что в этой жуткой афере принимают участие целых два не последних в Тарасове человека. По крайней мере, два – министр и начальник полиции. И оба официально – уважаемые, добропорядочные жители. Честные, добрые, отзывчивые.

Буквально на днях смотрела репортаж с их участием в СМИ. Безупречная репутация, столько энтузиазма и веры в глазах. Теперь понятно, откуда они его черпают, золотыми ложками.

Я поморщилась и продолжила наблюдение. Через несколько минут спутниковый телефон Михаила ожил и завибрировал. Он испуганно переводил взгляд сначала на меня, потом на него. На дисплее высветился незнакомый номер.

– Слушаю! – рявкнул офицер.

– Это я! – Дмитрич на другом конце провода облегченно вздохнул. – Где ты, в лагере?

Михаил молчал.

– Это безопасная линия. Нас не слушают. Расслабься, Миха!

– Нет, не в лагере!

– Слава богу! Подумал, тебя в прошлый раз сцапали эти обалдуи. Поздно понял, что канал перехватили. Нас долго и упорно слушали.

– Как девчонки? – Миша был сильно напряжен.

– В норме. За них не переживай. Давай о деле. Времени мало. Слушай внимательно. Есть один человечек в Припяти. Он свой. Ты вычислишь его по паролю. 5.10.12. Слышишь, Миша? Рыбалку помнишь нашу, тогда караси были знатные? Сколько мы их наловили, тьма! Помнишь наверняка…

Михаил чертыхнулся. Связь опять предательски оборвалась.

– Ничего не понятно. Только цифры 5.10.12. – Он смотрел на меня непонимающим взглядом, а я не знала, как ему помочь.

Мы весь день просидели в засаде. Успели сделать несколько полезных видео. Но куда их отправлять и как, оставалось загадкой.

Над Зоной начали сгущаться сумерки, а это значит, что пора возвращаться в укрытие, к ребятам. Оставаться здесь под открытым небом на ночь чревато последствиями. Хотя, как сказал мне в свое время Антон, именно ночью проворачиваются все нелегальные дела лагеря.

Мы отползли на безопасное расстояние и наконец, выпрямившись в полный рост, проследовали к месту ночлега. Зябко поежившись, ускорили шаг. Ночи были холодными, грязными и тоскливыми. Небо было полностью затянуто тучами. Среди полуразрушенных домов это смотрелось особенно уныло. Даже жутковато. Я себя представляла героиней какого-то ужастика.

Наконец показалась заветная дверь. Около нее, в темноте, стоял мужчина. Завидя нас, он вышел. Это был Олег – следователь Октябрьского РОВД города Тарасова. Тот самый Олежка, который постоянно мне узнавал всю интересующую информацию.

– 5.10.12. – Он повторил это несколько раз.

Мы