Искатель, 1996 №1 - Торн Смит

Все было сказано. Стоит ли умному человеку попросту сотрясать воздух и заниматься самообманом? Тот, кто слишком много говорит, совершает грех, гласит Талмуд. Такой человек истощает себя. И вот присутствовавшие достигли в разговоре того момента, когда все темы были исчерпаны.

Имеем следующие факты: лейтенант Джеронимо Фарбер из полицейского управления осмотрел уникальный бриллиант в короне дофина буквально за несколько секунд до того, как кукла была переправлена на свое место за ограждение. Лейтенант Фарбер заявил, что камень настоящий и что это не просто бриллиант, а целое сокровище примерно в сто тысяч долларов.

Вопрос: Солгал ли лейтенант Фарбер?

Ответ: Лейтенант Фарбер — а) человек чести, тысячекратно проверенный в различных сражениях; б) неподкупен. Пункты а и б инспектор Ричард Куин защищал горячо, поклявшись бородой своего личного пророка.

Вопрос: Ошибся ли лейтенант Фарбер?

Ответ: Лейтенант Фарбер был известный на всю страну полицейский эксперт по драгоценностям. Вряд ли можно предположить, что он не смог отличить подлинного бриллианта от превращенного в камень кусочка стекла.

Вопрос: Был ли это лейтенант Фарбер?

Ответ: Именем той же самой бороды того же самого пророка, это был лейтенант Фарбер и никто другой.

Вывод: Бриллиант, который лейтенант Фарбер осмотрел тем утром, непосредственно перед открытием дверей Нэша, был подлинным бриллиантом дофина, а сама кукла — подлинной куклой дофина, тем подлинным произведением искусства, который Эллери собственноручно перенес в огороженную стеклом крепость и установил между подлинными ступнями подлинного сержанта Уэли.

Имеем: Весь день — в особенности между моментом помещения дофина в нише и временем установления подмены, то есть в продолжение всего того периода, когда кража и подмена были теоретически возможны, ни один человек, мужчина или женщина, взрослый или ребенок, не ступал ногой за ограждение, за исключением сержанта Томаса Уэли, сиречь Санта-Клауса.

Вопрос: Не подменил ли сержант Уэли куклу, спрятав подлинного дофина в своем костюме Санта-Клауса, чтобы позднее, во время одной из своих двух отлучек, передать его Комусу или его сообщнику.

Ответ: (сержант Уэли)[42].

Свидетельства: Несколько десятков человек со специальной полицейской выучкой, не говоря уже о самих Куинах, мисс Портер и адвокат Бондлинг решительно подтвердили, что сержант Уэли ни разу на протяжении всего дня, не прикасался к кукле.

Вывод', Сержант Уэли не мог совершить кражу куклы дофина. Следовательно, он отпадает.

Имеем: Все, задействованные к охране, клятвенно заверяли, что на протяжении всего дня не было никаких помех и никто — ни человек, ни механическое приспособление — ни разу не касался куклы.

Вопрос: Человеческая натура хрупка. Где гарантия, что никто из охраны не совершил ошибки, не ослабил внимания вследствие усталости, скуки и т. п.?

Ответ: Да, такое могло произойти, но по закону вероятности это не могло случиться со всеми одновременно. Кроме того, Эллери мог засвидетельствовать, что во время двух отвлекающих маневров он сам не сводил глаз с дофина. Никто даже к нему не приближался.

Имеем: Несмотря на все вышеуказанное, к концу дня выяснилось, что подлинный дофин пропал, а его место заняла ничего не стоящая копия.

— Бесподобная, немыслимая ловкость, — наконец подал голос Эллери. — Мастерский трюк. Да, конечно, это был трюк…

— Колдовство, — простонал инспектор.

— Массовый гипноз, — высказала свое предположение Никки Портер.

— Всеобщее помутнение рассудка, — проворчал сержант.

Двумя часами позже Эллери вновь подал голос.

— Итак, у Комуса уже была наготове кукла-копия для подмены дофина, — пробормотал он. — Эта известная всему миру куколка неоднократно фотографировалась, публиковалась, была подробно описана… Сделать копию не представляло труда, но как была осуществлена подмена? Как? Как?

— Вы говорили это десяток раз, — буркнул сержант.

— Звонят колокола, — вздохнула Никки, — но для кого? Не для нас.

— И действительно, пока они трагически переживали свою неудачу, время, которое Сенека[43] называл отцом истины, пересекло порог Рождества; и Никки выглядела встревоженной, поскольку, когда величественная песнь прошлого неслась в полуночной тишине, в глазах Эллери вспыхнул яркий свет, преобразивший все его лицо. Соответственно моменту, казалось, воцарились мир и спокойствие. Он оттолкнул назад благородную голову и засмеялся счастливым смехом невинного ребенка.

— Эй! — воскликнул сержант Уэли, в удивлении уставившись на него.

— Сынок… — начал было инспектор Куин, полуприподнявшись с кресла, когда зазвонил телефон.

— Великолепно! — прорычал в восторге Эллери. — Какая ловкость! Как Комус осуществил подмену, а-а? Никки…

— Вас кто-то спрашивает, — сказала Никки, — передавая ему телефонную трубку. — Кажется, назвался Комусом. Так почему его самого не спросить об этом?

— Комус, — вздрогнув, прошептал инспектор.

— Комус, — эхом отозвался сержант, сбитый с толку.

— Комус? — сердечным тоном произнес Эллери. — Как мило! Привет! Примите мои поздравления.

— Ну что же, благодарю, — раздался знакомый глубокий хрипловатый голос. — Я звоню, чтобы выразить вам свою признательность за великолепный спортивный день и пожелать веселых святок.

— Как я понимаю, вы сами надеетесь повеселиться в Рождество.

— Laet; triumphanfes[44], — откровенно признался Комус.

— И сироты?

— Я шлю им мои самые лучшие пожелания. Ну все. Не буду вас больше отвлекать, Эллери. Если вы взглянете на половичок у дверей вашей квартиры — как раз это соответствует моменту, то увидите небольшой подарочек с поздравлениями Комуса. Надеюсь, вы передадите от меня привет инспектору Куину и адвокату Бондлингу?

Эллери, улыбаясь, повесил трубку.

На половике он увидел подлинную куклу дофина, совершенно неповрежденную, за исключением одной незначительной детали — в маленькой золотой короне отсутствовал бриллиант.

— Это, в сущности, была простая задача, — пояснил позднее Эллери, с удовольствием поглощая сандвич с копченой говядиной. — Как, впрочем, и все великие мистификации. Ценный предмет помещается на виду у всех в самом центре неприступного, за ограждением, пространства; с него не сводят глаз десяток опытных и надежных лиц в штатском; он постоянно в их поле зрения, его не касается ни рука человека, ни механизм, и все же по истечении определенного времени он исчезает, замененный ничего не стоящей копией. Великолепно! Необъяснимо! Действительно, это подобно всем магическим фокусам-покусам производит неизгладимое впечатление, и, если человек не способен проигнорировать чудо и придерживаться только фактов, он не сможет сразу же найти решение. Так произошло и со мной; Но ведь чудо ради этой цели и осуществляется — встать на пути факта.

В чем же заключался этот факт? — продолжал Эллери, выуживая из банки маринованный огурчик. — А в том, что между временем помещения куклы на экспозиционную платформу и моментом обнаружения ее похищения, никто к ней не прикасался. Выходит, в этот момент дофина не могли украсть. А из этого неизбежно следует: дофин был похищен не