Ребус старого пирата - Борис Бабкин

– Есть еще одна, она приемная, живет…

– Я знаю, где она живет. Ты говоришь во сне обо всем, кроме секрета своего предка. Однажды ночью ты метался и говорил, что жалеешь, что доверил Тине секрет глобусов. Но больше об этом ты не говорил ни разу. Ну а теперь время молитвы, – сказал отшельник.

Москва

– Как ты там? – спросил Иван Евгеньевич.

– А почему ты не спрашиваешь о Женьке? – сердито спросила Катя.

– Я не знал о том, что он улетел в Магадан за день до тебя. Мне Сашка рассказал после твоего звонка, что он тебя там встретил. Извини, Катя, что я не подошел к телефону в тот день. Я нашел документ, касающийся моего отца. Он действительно перелетел с Аляски на захваченном самолете с неким Морозовым, попавшим в плен в январе сорок пятого. Но появились вопросы. Как отец и Морозов попали в США? Самолет был сбит на границе. Где именно, неясно. Но отец и Морозов прыгнули с парашютами раньше. Морозов был ранен и был то ли убит, то ли сам застрелился. Отца искали четыре дня. В это время в том же квадрате оказалась японская диверсионная группа. Отца задержали вместе с ними. Вот почему его обвиняли в сотрудничестве с японской разведкой. Это мое мнение, но мне посоветовали поднять документы из архива погранвойск Дальневосточного округа. Надеюсь, там я найду ответ.

– Наконец хоть что-то ясно… Женьку я оформила разнорабочим. За него просили женщины нашей группы. Он у нас единственный мужчина. Работает хорошо и слушается меня.

– Я знаю.

– Понятно! – Катя рассмеялась. – Как мама пережила это?

– На удивление спокойно. Даже, кажется, довольна. Ты сейчас где находишься?

– Мы еще в Магадане. Завтра дадут направление. Скорее всего поедем в тот же район, где мы уже были. Там, недалеко от Омолона, была бандитская разборка. Нам сообщили об этом в управлении. Наверняка нам дадут охрану. Артур Страннов, помнишь его?

– Помню.

– Я хотел поговорить с тобой о нем. Мне он не понравился. Сильный, самоуверенный, ироничный. Таким увлекаются женщины. Но его глаза… – Иван Евгеньевич помолчал. – Он хищник. И мне непонятно его отношение к тебе.

– Подожди, дед, получается, что я не могу заинтересовать мужчину?

– Ты не так меня поняла. Кстати, вспомни свое знакомство с ним. Он не проявлял к тебе повышенного интереса.

– Вообще-то нет. Кстати, я это запомнила, потому что мне было досадно. Я все-таки привыкла к мужскому вниманию.

– Такие, как Страннов, только взглянув на женщину, понимают, на что могут рассчитывать. Ты ведь не пойдешь на легкие отношения, наверное, поэтому ты до сих пор одна.

– Ну, дед, ты даешь!

– Я высказал свое мнение о твоем новом знакомом. Ему что-то от тебя нужно. Подозреваю, что он где-то слышал о несметных сокровищах, которые оставил нам мой отец, поэтому и решил приударить за тобой.

– Спасибо, дед, и прости, ты прав. Я чувствовала, что я неспроста его интересую.

– Ну и слава Богу, что этот разговор состоялся. Но ты ему не груби, особенно прилюдно. Для таких мужчин это…

– Я знаю, как я буду говорить с Артуром.

– А ты, значит, будешь в том районе. Порасспрашивай местных жителей, тех, у кого родственники жили там в сорок пятом. Может, кто-то что-нибудь знает о самолете и двух летчиках. Порасспрашивай, Катя.

– Слушай, Валек, – сказала Анжелика, – многие считают, что отца убил ты. Ну, не сам, а по твоему заказу. И к тому же кто-то взорвал…

– Знаю, – перебил Валентин. – И снова ты думаешь обо мне? Не буду скрывать, я бы с удовольствием…

– В высказываниях будь, пожалуйста, осторожнее. А почему тебя видели с Вячеславом в машине за час до взрыва?

– Кто это видел? – Он подался вперед.

– Успокойся. Не забыл, что я мечтала работать в уголовном розыске? Вынуждена тебя огорчить – Кок знает о том, что ты был неподалеку, когда машина взорвалась. Уходил ты через арку, остановился у ларька и уехал на троллейбусе. – Валентин побледнел. – Значит, он прав? Ему от тебя что-то нужно. Назначь ему встречу сам. Пригласи к себе и запиши весь разговор.

– Хорошо.

– Он будет говорить с тобой откровенно. Не думала я, что ты способен на убийство. Кок спас тебя, а ты его отблагодарить не хочешь. Он пытался и меня шантажировать.

– Мне как-то не по себе. К тому же это убийство… Все сходится на мне, но я не…

– Перестань, здесь что-то другое. Интересно, чего хотел Шалон? Он вроде как специально прилетел из Израиля, чтобы…

– Я не раз видел, как они о чем-то разговаривали. Однажды папа спросил меня о Катьке. Помнишь, я два года назад встречался с…

– Пытался встречаться. Мирославская сразу дала тебе от ворот поворот. Но почему отец вдруг вспомнил о ней? Кстати, в Америке меня тоже как бы невзначай спрашивали о Кате. Кто? – Анжелика нахмурилась. – Точно, Гардинг, Майкл Гардинг. А почему он спросил? – Она задумалась, потом покачала головой: – Не помню. Да, я встретила там знаешь кого?

– Кого?

– Ржавчину.

– Вовку?

– Именно.

– Что он там делал?

– Как я поняла, кого-то успел обворовать. Попал на прием, который устроил Гардинг, хотя вход был строго по приглашениям. Потом пропал. Больше я его не видела. Тебе он не звонил?

– Нет. Неужели он все еще помнит о том дурацком плане ограбления? Я ведь готовил ограбление своей бывшей фирмы. И не знаю, что сейчас сделал бы ради миллиона или даже пятисот тысяч евро. И убил бы, и взорвал. В общем, я готов на все. Поэтому выслушаю предложение Кока. Если что-то дельное и стоящее – соглашусь.

– Ты законченный идиот. Через полгода мы получим папино наследство, тогда и открывай свое дело, женись, делай что хочешь. У тебя будет восемьсот тысяч рублей. Я добавлю тебе двести тысяч! – Анжелика засмеялась.

– Не надо надо мной смеяться! – разозлился Валентин. – Сам знаю, что я неудачник… – Он тяжело вздохнул. – Дважды я пытался открыть свое дело, влез в долги, прогорел. Может, мне стать киллером? Сейчас на эти услуги большой спрос.

– Перестань, Валек!.. Плетешь ерунду. С Коком веди себя так, как я тебе советую. Надо узнать, что он задумал. На этом можно будет неплохо заработать.

– Ты думаешь? – с надеждой спросил брат.

– Теперь я с ним обязательно встречусь, – уверенно заявил по телефону Кок, – и он сделает все, что надо. – Послушав голос в трубке, сообщил: – Не знаю, было ли там что-то серьезное, но то, что он за ней ухлестывал, факт. Так что… – Он замолчал. – Да он мужик настырный, тем более если подопрет статья уголовного кодекса, то вообще землю рыть будет! – Кок захохотал. – Так мне с ним и базарить? То есть и кнут, и пряник? Все сделаю в лучшем виде.

– По делу об убийстве евреев ничего нет, – сказал подполковник милиции. – Мы было за скинхедов уцепились, но пока тишина.