Мальчик на час - Сергей Лесков

– Конечно, доволен! Наконец у нас появился конкретный человек, а не мифический Стас… и уйма вопросов! Удалось установить связь этого Кормильцева с Исаевой?

– Есть мнение, что Исаева была безумно влюблена в него. Но это ничем не подтверждается. Вот и все, что касается Исаевой.

– То есть та же история, что и с Виноградовым? Только немного наоборот. Стас находится в больничке, где Исаева в него влюбляется… Так получается? В случае с Виноградовым, напротив, в нее влюбляется он сам… Интересно…

– Во всяком случае, такое мнение у кое-кого из персонала больницы сложилось, пока Стас находился на излечении. Вот такая романтическая история в стиле Шекспира. Почти «Ромео и Джульетта».

– Странно, что мне никто не сказал о том, что у Исаевой был в больнице еще один роман, кроме Виноградова. Ну, да и я опарафинился, не показал фотографию Стаса никому из тех, с кем разговаривал.

– Все дело в том, что не было никакого романа. Они не встречались. О том, что Исаева неравнодушна к Стасу, высказали предположение лишь парочка сотрудников.

– Хорошо. Вадь, а что удалось раскопать по Сорокиной?

– Она работала вместе с Сильвером. По совместительству была его любовницей. Потом стала играть любовь с Виноградовым, который у нее работал. На определенном этапе что-то в этом механизме засбоило, и Сорокина ушла из жизни при помощи взрыва газа в квартире, организатором которого официальными органами был признан Виноградов, который и покончил с жизнью под поездом. Несколько позже весь бизнес Сорокиной перешел к Сильверу. Такие, брат, дела…

– Интересно девки пляшут…

– Куда уж интереснее… На основе этой информации богатые версии можно построить, согласись?

Сергей не успел ответить на вопрос Вадима. У подполковника полиции заверещал его мобильный телефон.

– Слушаю, – ответил на звонок Вадим.

Осокин смотрел на своего друга и был поражен переменой в выражении его лица, пока тот слушал говорящего по телефону.

– Что?!? – Вадим даже встал со стула. – Не может быть! Это действительно так?

Он еще помолчал, слушая говорившего, потом сказал:

– Буду через пятнадцать минут.

Вадим положил мобильный телефон в карман и посмотрел на Сергея. Взгляд у него был странный. Глаза горели как у гончей, которая гонит по следу жертву.

– Серый! – обратился Вадим уже к Осокину, – только не падай. Только что мне сообщили о результатах экспертизы спермы, которую ты мне любезно предоставил. Знаешь, кому она принадлежит?

Сергей молча смотрел на оперативника и не мог даже гадать, хотя определенное подозрение и хотелось высказать. Вадим Иванович тоже выдержал паузу в три секунды и медленно выговорил:

– Сперма, которую ты дал мне на экспертизу, не вся, правда, а часть ее, идентична той, которая оставлена серийным убийцей наших девушек. Понимаешь, что это значит?

– Ни хрена себе, – выговорил, чуть дыша, Сергей. – Это что же получается? Серийный убийца Стас? Или, может быть, Рёма? Нет, какой на хрен Рёма? Получается, Стас?

– Рёму пока тоже исключать нельзя, но он слишком мелок для этого. Конечно же, Стас. Впрочем, эксперты разберутся. Медицинская карта Рёмы, Молая Евгения, все расставит на свои места. Я в управление. Жди звонка, и не отходите от Маринки ни на шаг. Понял?

– Да понял я все, хотя с Мариной тоже многое непонятно. Как освободишься, давай обязательно встретимся, но только ты и я… Что-то меня смутные подозрения стали терзать. Буду ждать твоего звонка.

Друзья расстались. Сергей налил себе еще кружку чая и задумался. Дело приняло непредвиденный оборот. И некоторые моменты совершенно не находили объяснения у частного сыщика. Но то, что личность Стаса установлена, уже здорово. Призрак испарился, превратившись в конкретного человека. Хотя нет… не человека. Не может человек, даже и преступник, совершать то, что совершил Стас. Это даже и не зверь… загубить столько жизней… Нельзя таким представителям человеческой расы жить среди людей… Нельзя вообще жить…

А Маришке Фадеевой сейчас реально угрожает опасность, нельзя ее ни на шаг отпускать. Что у этого зверя в голове?