Менеджер по чудесам - Марина Серова

— Вы мне еще не заплатили, — напомнила я, даже не тронувшись с места.

— Что-о? — Кононова, похоже, сразила наповал моя наглость. Неужели он ожидал, чтобы я забыла о том, сколько дней подвергала себя опасности? Да если бы не я, то ученого прикончили намного раньше, во время первых покушений. Или это уже не в счет? — И вы еще смеете что-то требовать? — сухо переспросил Олег Ефимович. — После того как фактически лишили человека жизни…

— Не надо на меня кричать, — чувствуя, что мужчина вновь расходится, потребовала я. — У нас с вами с самого начала был уговор: вы оплачиваете не результат работы. Сколько могла, столько я и охраняла жизнь вашего гения, а большего с меня спрашивать не должны. Вы сами на это согласились, понимая, что по-другому и не выйдет.

— Денег вы не получите, — невозмутимым тоном произнес Кононов. — У меня их нет, а у спонсоров даже просить не стану. Так что уходите.

— Я не могу уйти, — спокойно возразила я.

— Это еще почему? — удивился Кононов.

— Вячеслав просил меня присмотреть за его женой, если вдруг что-то с ним случится. Он, похоже, предчувствовал такой конец, а потому очень просил быть рядом с Викторией до того момента, пока она не уедет за границу. Конышев не хотел, чтобы она тут оставалась, да и та сама, похоже, не видит в этом острой необходимости.

— Все равно идите, мы сами позаботимся о его супруге, и уж получше вашего, — не преминул кольнуть меня побольнее Олег Ефимович. — С нами она будет в безопасности.

— Ну да, как же, — усмехнулась я, а затем нагло заявила: — Извините, но в связи с тем, что вы мне не заплатили, я более вам не подчиняюсь и плевать хотела на ваши приказы. И остаюсь только потому, что сама этого хочу. — И, резко развернувшись, я пошла прочь, давая понять, что на этом наш разговор окончен.

* * *

Через несколько дней прошли похороны Вячеслава Евгеньевича. В землю закопали пустой гроб, наполненный обычными вещами Вячеслава: одеждой, предметами личной гигиены, любимыми книгами. Не пожалела Виктория и компьютер мужа, также велев заколотить его внутрь. Она заявила, что больше видеть не желает чертову машину, из-за которой вся ее жизнь пошла наперекосяк. Сама молодая вдова держалась достойно, плакала, но истерик не закатывала и на гроб не бросалась. Я, как могла, старалась ее утешить, все время находясь рядом.

Виктория не отталкивала меня, так как признала, что в смерти мужа виновата вовсе не я. К тому же сейчас ей просто было необходимо присутствие рядом близких людей, а таковых оказалось немного: тетка с дочерью Мариной, какие-то дядюшки да родственники мужа, большинство которых Виктория впервые видела, ну и, конечно, коллеги Вячеслава. Когда гроб закопали и все начали рассаживаться по машинам, чтобы поехать в снятое для поминального ужина кафе, Виктория задержалась у могилки. Она дождалась, пока на ней разместят временную табличку с именем ее мужа, несколько раз всхлипнула и, резко развернувшись, заторопилась прочь. Я поняла, что Вика едва сдерживается, чтобы не разрыдаться окончательно.

Мы с ней сели в мою машину, остальные разместились в выделенном администрацией автобусе или же в собственных автомобилях. Я завела мотор, пропустила вперед весь транспорт, затем достала из кармана конверт и протянула его Виктории.

— Что это? — безразличным голосом спросила та, принимая конверт.

— Открой и увидишь, — ответила я, пристраиваясь в хвост траурной процессии.

Вика вскрыла конверт, достала из него сложенный вдвое билет, развернула… С минуту непонимающим взглядом смотрела на него, а затем с вопросом на лице повернулась ко мне.

— Это билет в Германию. Твой муж так мечтал, чтобы вы поехали туда вместе. Хотел показать тебе другой мир, другую жизнь.

— Где ты его взяла?

— Купила, — скромно ответила я. — Хотела сделать тебе приятное и хоть как-то загладить свою вину.

— Я на тебя больше не обижаюсь, — протягивая конверт назад, произнесла Виктория. — И принять это не могу.

— Почему?

— Тебе не стоило тратиться, тем более что это я тебе осталась должна, — со вздохом произнесла Конышева. — Они же ведь тебе так и не заплатили, я права?

— Ничего, заработаю еще, — попыталась изобразить я равнодушие. — Но билет ты возьми, это самое малое, что я могу для тебя сделать, и мне было бы очень приятно, если бы ты туда все же поехала. Тебе необходимо развеяться, отдохнуть. А вернешься, расскажешь.

— Так поезжай сама, ты ведь в Германии тоже не была, — предложила, в свою очередь, Виктория.

— Нет, я не могу. У меня работа, да и тетка, которую я просто не имею права бросать одну. Нет, билет я покупала именно тебе и собираюсь лично доставить тебя на вокзал, если ты, конечно, не против.

— Что ж, спасибо! — искренне ответила Вика. — Не ожидала от тебя такого подарка. И еще, извини меня, если когда-то вела себя по отношению к тебе не слишком красиво. Я просто не знала, какой ты замечательный человек.

— Я и сама порой об этом не догадываюсь, — полушутя ответила я, сосредоточиваясь на дороге.