Банка с червями - Джеймс Хедли Чейз

Я ничего не понимал;

– Что ты хочешь сказать?

– Я ведь знала, что тех двух убили по его распоряжению, ну, тех мальчишек-индейцев. Вот я и разыскала Джоя и дала ему один из револьверов Альфонсо. А Джою только револьвера и не хватало! – Глория снова улыбнулась. – Так что этот малыш расправился с Диасом, как надо!

– Господи! – воскликнул я.

– А теперь я уезжаю во Фриско. Я всегда знала, где этот негодяй Альфонсо прячет свои денежки, нажитые на контрабанде. И забрала их. Теперь плевать мне на все, я вольная птица!

Я насторожился, как охотничья собака:

– И сколько же ты хватанула?

– Много. – Она резко рассмеялась. – Но это не твое дело. Я пришла к тебе, потому что эти гады собираются заставить Нэнси подписать пачку чеков, а потом убить. Они не знают, как подделать ее подпись. Как только она подпишет, ее утопят.

Но я ее не слушал. Меня интересовало одно: сколько же она отхватила у Диаса.

– Детка, у меня блестящая идея, – сказал я, изобразив самую манящую улыбку. – Что, если нам уехать вместе? Почему бы нам не стать партнерами? Чем плохо?

Она посмотрела на меня так, что от ее взгляда свернулось бы молоко:

– Ты слышал, что я сказала? Они убьют эту дурочку, как только она подпишет чеки. Ты хочешь, чтобы на твоей совести была ее смерть?

– Слушай, детка, сколько все-таки ты огребла у Диаса?

Глория вскочила с кресла:

– Ты что, больше ни о чем не можешь думать, только о деньгах?

Я подмигнул ей:

– Еще бы, когда видишь такую красотку, как ты только и думаешь, где их взять!

– Если бы я не боялась связываться с полицией, я бы сообщила им сама. Если Нэнси убьют, ты не сможешь спать спокойно.

– А я и не хочу спать спокойно, крошка! Я хочу спать с тобой. Сколько у тебя теперь баксов? Глория смотрела на меня, не отводя глаз.

– Я-то думала, что всяких подонков повидала, но ты заслуживаешь “Оскара”!

И она ушла, хлопнув дверью.

Я закурил сигарету и услышал, как внизу заурчала ее машина.

"Дорогой мой, – сказал я себе, – ты просто не способен выигрывать”. Я немного посидел, оплакивая самого себя, потом мои мысли переключились на Нэнси.

«Если ты дашь им убить ее…»

Что ж, ладно, сделаю что-нибудь, но в полицию обращаться не стану. И тут я вспомнил про Лу Колдвэлла. Он сможет и делом этим заняться, и обеспечить мне защиту. ФБР всегда защищает своих осведомителей.

Я нашел домашний телефон Колдвэлла и позвонил ему. Пришлось немного подождать, пока Колдвэлл взял трубку.

– Лу, говорит Барт Андерсен, – сказал я. – Срочно приезжай ко мне. Дело не терпит.

– Ради всего святого! – недовольно проворчал Колдвэлл. – Я уже спать ложусь. С чего такая спешка?

– Это не телефонный разговор, Лу. Оторви свое грешное тело от койки и приезжай немедленно. Речь идет о том итальянце. – И я повесил трубку.

Поглядел на часы. Двадцать три сорок пять.

Я позвонил в особняк Хершенхаймера. Трубку снял Карл.

– Это Барт, – сказал я. – Я опоздаю. Возможно, на час. Побудь там, а я привезу бутылку виски.

Ответить он не успел: я сразу повесил трубку. Через двадцать минут в дверь ко мне уже звонил Колдвэлл, и я впустил его.

– Что все это значит? – спросил он. Я сообщил ему то, что вроде бы узнал от своего человека. Но, прежде чем рассказывать, я потребовал от него гарантий, что меня защитят.

– Я могу потерять работу, Лу. Ведь я наткнулся на эту историю, когда выполнял задание агентства. Если ты не гарантируешь мне защиту, я ничего тебе не скажу.

– Речь идет о Поффери?

– Да. Мне известно, где он сейчас, но…, если не дашь гарантий, и разговора не будет.

– Считай, что защита тебе обеспечена. Где он? Я усадил его в кресло, сел сам и рассказал всю историю, тщательно следя, чтобы не впутать себя, – объяснил, что Поффери обнаружил на острове мой человек. Я видел, что Колдвэлл мне не верит, но ведь он обещал прикрыть меня, а если Колдвэлл дает такие обещания, на него можно положиться.

Когда я кончил, он откинулся, на спинку кресла и пристально посмотрел на меня.

– Ты не сомневаешься, что все так, как ты говоришь?

– Уверен. Поффери и его жена Лючия сейчас в доме Хэмела. Они прячут там Нэнси. Когда вопрос с наследством окончательно решится, они заставят Нэнси подписать целую пачку чеков и убьют ее. А потом присвоят все состояние и смоются. У них в распоряжении яхта Хэмела. До Кубы рукой подать. А оттуда они переведут деньги в Италию.

Колдвэлл немного подумал, потом кивнул:

– Я все организую. Не беспокойся. Защита тебе обеспечена. Я поговорю с Терреллом. Мне понадобятся его ребята, чтобы следить за домом, пока мы не подготовимся.

– Времени у тебя достаточно, – сказал я. – Они будут сидеть тихо, никуда не двинутся, пока дела с наследством не закончатся. Лучшего укрытия им не найти.

– Да уж. Но мы двинемся туда завтра же.

– Смотри, Лу. Это опасная троица. Придется пострелять.

Лу по– волчьи ощерился:

– Что ж, значит, обойдемся без судебных издержек!

Когда он ушел, я спустился в гараж и сел в машину.

Мчась в Парадиз-Ларго, я думал о Нэнси Хэмел. В мою гениальную голову снова пришла блестящая идея. Когда Нэнси освободят и она унаследует все свои завлекательные миллионы, я могу наведаться к ней, объяснить, как спас ей жизнь, улыбнуться своей почтительной улыбкой и намекнуть, что она могла бы меня отблагодарить.

"Это – самое меньшее, что она может для меня сделать”, – решил я.