Яд желаний - Наталья Костина

Лариса Сергеевна подавленно молчала.

Окна, слава богу, светились. Сашка отпер замок своим ключом и вошел. Бригада, так удачно нанятая тещей для свершения ремонта, вольготно расположилась в кухне за щедро накрытым столом и очевидно собиралась ужинать на тещины деньги.

— Ты кто? — мрачно спросил Сашку дюжий детина в спортивных штанах и замызганной футболке.

— Милиция, — безразлично произнес Бухин и достал корочки.

Детина вылупил зенки. Еще двое, калибром поменьше, осторожно подошли и вытянули шеи. На их лицах читалось нескрываемое разочарование.

— Деньги хозяйские где? — осведомился Бухин, на всякий случай держа в поле зрения всех троих. — Стой, где стоишь, — бросил он верзиле, который явно намеревался зайти ему в тыл.

— Она нам сама отдала! — заблажил худощавый, с наколками на обеих руках.

— Я не спрашиваю, сама или нет, я спрашиваю — где?

Трио красноречиво молчало. Сашка достал из кармана телефон и набрал номер райотдела. Трубку снял дежурный, Сашкин знакомец.

— Слышишь, Костя, — сказал Бухин после обмена приветствиями, — у меня в квартире три жулика сидят, пришли-ка за ними наряд.

— Да ты что?! — удивился и обрадовался дежурный. — С поличным взял? Нам как раз для премии хорошего раскрытия не хватает.

— Слышь, хозяин, — покашлял детина, — может, не надо нас сдавать? Может, так уладим?

— Что?.. — оторвался Бухин от разговора.

— Давай по-хорошему…

— По-хорошему просят, — сказал Бухин в трубку.

Дежурный заржал.

— Ладно, я тебе перезвоню, — пообещал Бухин. — Вы кто? — осведомился он у понуро стоящей троицы. — Строители?

— Вроде того… Ты это… пусти меня. — Детина бочком протиснулся к висящей в углу одежде и начал выворачивать карманы, пересчитывать деньги.

— Так строители или вроде того? — продолжал допытываться Бухин, у которого, можно сказать, отлегло от сердца. Похоже, большую часть тещиных финансов эта троица прикарманить не успела.

— Да строители мы, строители!.. Ты сам посмотри, не взяли ж ничего!

Сашка быстро прошелся по квартире. Действительно, вроде ничего не пропало. Мебель, которая не уместилась в гараже отца, по-прежнему стояла укрытая пленкой. Троица вытащила оттуда только старенький кухонный стол и три табурета. Недавно купленные дорогущие умывальник, унитаз и раковина, с которыми Сашка мысленно уже попрощался, стояли упакованные у стены. Или не успели, или… Он вернулся в кухню. На столе, с которого сдвинуты были в сторону приготовления к ужину, лежали деньги.

— Вот… двести гривен не хватает, — сказал худой с наколками.

— Пропили? — весело спросил Сашка.

— Чего там — пропили, — солидно включился третий, до этого не подававший голоса. — Шпатлевку купили… Для работы… Ну и пожрать, само собой…

— Для какой работы?! — зарычал Бухин, свирепея.

— Для завтрашней. Вот, говорю, мы ж стены в кухне зачистили и шпатлевку на завтра уже купили…

Сашка огляделся.

И правда, стены были освобождены от старой плитки, а под окном стояли три упаковки шпатлевки, которых раньше не было.

— Вот. И мусор вниз снесли, в мешках. Все чин-чинарем, как положено…

— Ладно. Ну а деньги зачем вперед взяли?

— Да ты знаешь, как сейчас работу трудно найти? — по-волчьи глядя исподлобья, спросил худой. — Чтоб все по-человечески? А то пашешь-пашешь как прÓклятый, а тебе не платят. Через неделю, говорят, приходи. Потом еще через неделю. Потом через месяц. Потом плюнешь и ходить перестанешь…

Сашка Бухин знал только, как тяжело найти нормальных строителей, а как этим самым строителям трудно найти хороший заказ, это ему почему-то в голову не приходило.

— Так, — сказал он. — Если действительно строители, работайте. Платить буду я сам, каждый день. День отработали — получите. Накладные расходы проверять тоже буду сам. Все работы согласовывать со мной. Схалтурите — будете переделывать. Бесплатно, — жестко припечатал он.

— Само собой, — прогудел детина. — Только слышь, хозяин, мы жить тут будем, хорошо?

— Сами откуда? — спросил старлей, сворачивая тещины тысячи пополам и пряча их в карман.

— С Херсонской области мы. Завод накрылся, работы совсем нет…

— Ну а ремонты когда-нибудь делали?

— Обижаешь, не первый год по ремонтам. Все могём. И плитку, и трубы, и полы… И окна там поменять. Ты окна менять будешь? — уже деловито осведомился он у Бухина.

— Хотел.

— Так ты того, фирма говорит, что установка бесплатно, а установка того, денег стоит. Ты с установкой не бери, а бери так, — зачастил тот, который с наколками, — а мы сами тебе поставим, ровненько и откосики аккуратно сделаем…

— Тебе ремонт под ключ? — осведомился наконец молчаливый, и Сашка понял, что в этой бригаде главный он, а вовсе не детина.

— Под ключ.

— Ну давай, хозяин, садись. Поужинай с нами, — пригласил он Сашку к столу. — Пал Палыч я…

Бухин пожал протянутую руку, достал телефон и снова набрал номер отделения.

— Костя, — сказал он дежурному, — к тебе завтра три мужика придут… да… из Херсонской области. Ты посодействуй, пусть их пропишут у меня. Временно.

— Ну что, мужики, — со вздохом сказал Бухин ждущей решения троице, косясь на бутылку водки и думая о том, что сегодня он придет домой нетрезвый и поздно и Дашка наверняка будет недовольна. — Ужинать так ужинать…

* * *

— Сань, ты чего такой смурной сегодня?

— Голова болит…

У Кати тоже почему-то болела голова. То ли от танцев, то ли от выпивки. Но не говорить же Бухину, что она вчера с Богомолец отрывалась по полной на похоронах хомяка и от этого у нее сегодня головная боль.

— Магнитная буря, наверное, — сказала она неуверенно.

— Ты у Богомолец вчера была? — спросил Бухин.

— Не успела. Завтра пойду.

— А я строителей нанял, — похвастался Сашка. — Сделают под ключ.

— Дорого?

— Нормально.

— Да, я забыла — Сорокина вчера звонила.

— И что?

— Да как всегда… Навыписывала тебе поручений по театру.

Бухин застонал:

— У нас же по этому делу Игорь…

— Сань, по-моему, она тебя больше любит, — лукаво подмигнула Катерина.

— Господи, — с чувством возопил Бухин к небу, — избавь меня от напрасной работы! Ты ж все видишь! У меня ремонт, дети малые, а на меня еще и разбой навесили!

— Ну, ты же в отделе единственный театрал? — напомнила ему Скрипковская. — И с фигурантами у тебя контакт налажен. Кстати, Саш, тебе вчера, ну, когда ты уже ушел, из театра звонили, спрашивали.