Апельсин-желание - Мария Брикер

– С характером, выходит, больной, – сказала Зотова, надеясь на продолжение рассказа. Сестричка неловко улыбнулась, но совсем не Елене Петровне, а тому, кто шел по коридору за ее спиной. Зотова обернулась – к палате направлялся Артур Георгиевич Гайворонский собственной персоной. «Только его тут не хватало!» – нахмурилась Елена Петровна. Гайворонский заметил следователя, притормозил, а потом зашагал к палате быстрее. Перемена, случившаяся с его лицом, ничего хорошего не предвещала.

– Здравствуйте! – просияла, глядя на него, Маша. – А мы тут… Я, пожалуй, пойду, – сказала сестричка и исчезла, оставив двух посетителей одного пациента в коридоре наедине.

– Что вам здесь понадобилось? – спросил Артур Георгиевич.

– Пришла навестить вашего папу, – мило улыбнулась Зотова и продемонстрировала пакет с апельсинами.

– Он больной человек, не трогайте его. Убирайтесь отсюда вон! – Гайворонский выбил из ее руки пакет, и оранжевые шары раскатились по коридору в разные стороны.

– Слушайте, вы, властитель мира, держите себя в руках! В кутузку захотели? Могу устроить. Я нахожусь на службе, не в куклы пришла сюда играть.

– В кутузку? Валяйте. Представляю, что вы напишете в протоколе. Гражданин Гайворонский, находясь в медицинском учреждении, где проходит лечение его отец, совершил страшное преступление – раскидал по коридору фрукты и этим причинил правоохранительным органам материальный ущерб в размере… Сколько нынче цитрусовые у нас стоят? Готов возместить в полном объеме. – Мужчина полез за кошельком.

– Прекратите паясничать! Мне ваши шуточки уже надоели.

Елена Петровна нагнулась за одним апельсином и сунула его в карман. Гайворонский поднял другой и начал перекидывать его из руки в руку. Больничный запах смешался с эфирным ароматом цитруса.

– Дайте сюда! – Елена Петровна отобрала фрукт и сунула его во второй карман. – Производство по делу об убийстве вашей супруги возобновлено в связи с открывшимися новыми фактами, о которых я вам говорила. Дела Кутузовой и вашей супруги объединены в одно и находятся в моем производстве. Я не знала, что ваш отец страдает болезнью Паркинсона, и просто приехала поговорить. Кстати, к вам у меня тоже несколько вопросов накопилось. Вам выписать персональное приглашение в прокуратуру или здесь пообщаемся?

– Отец заболел несколько лет назад. Смерть матери его сильно подкосила, но пока он держится. Пойдемте, я угощу вас кофе, в цокольном этаже есть буфет, – сменил вдруг гнев на милость Артур Георгиевич и взял Зотову под руку.

Извиняться и остальные апельсины собирать он, естественно, даже не подумал. Конечно, бизнесмена «лимоны» интересуют, а не апельсины. «Ну и ладно, пусть сам папаше своему фрукты таскает, – решила Елена Петровна, – а эти уборщицы подберут». В любом случае она купила апельсины лишь для того, чтобы разговор с Гайворонским-старшим сладился. «Эх, лучше бы Ефимке лишнюю рыбку взяла…».

Кофе пить с Гайворонским Елена Петровна отказалась наотрез, предложила прогуляться. Артур Георгиевич не стал возражать, но по дороге упрямо прихватил два стаканчика напитка в кофейном автомате, который стоял в холле больницы. Один стаканчик вручил спутнице.

Они сели на лавочке рядом с главным корпусом. Гайворонский сделал глоток кофе и выплеснул его в кусты, швырнув стаканчик в урну.

– Дерьмо какое-то, – пробурчал он. – Надо было в буфет идти, там кофе исключительный варят. Что за каверзные вопросы у вас ко мне накопились?

– Почему вы скрыли тот факт, что приезжали к Екатерине Кутузовой в ночь убийства? – лениво спросила Зотова, сделала глоток кофе и последовала примеру Гайворонского. Уж насколько она не избалована, на безрыбье приходится иной раз растворимым кофейком травиться, но пить дрянь из больничного автомата просто невозможно.

– Я похож на идиота? – приподнял белесые брови Артур Георгиевич. – Чтобы вы меня под белы рученьки в СИЗО немедленно отправили? Спасибо большое, я там был, мне не понравилось. Значит, нашлись все-таки свидетели?

– Свидетели? Разве я что-то говорила про свидетелей?

– Подловили, выходит, – хмыкнул Артур. – Всегда знал, что женщинам верить нельзя. С аварией тоже?

– С аварией? – не поняла Зотова.

– Елы-палы! – Гайворонский громко захохотал и стукнул себя по коленям.

– Расскажите, что вас так развеселило, я тоже посмеюсь.

– Как-нибудь в другой раз, – вытер выступившие слезы Гайворонский и снова стал серьезным.

– Так что вы делали в ночь убийства Кутузовой, Артур Георгиевич?

– Искал Синюю птицу, но вместо нее увидел на стоянке у подъезда Катрин тачку Семеновича, понял, что нет в жизни счастья, и поехал домой.

– В квартиру поднимались?

– Чтобы лицезреть своими глазами, как Катрин кувыркается в постели с этим карликом? Увольте! – усмехнулся Гайворонский. – В тот момент мне хотелось лишь одного – поскорее принять душ. Вернулся я домой, сполоснулся как следует и вдруг почувствовал необыкновенное облегчение. Катрин в последнее время страшно меня тяготила, но оставить любовницу я не мог. Вроде как сам ее с дороги свернул, отбив у банкира, к хорошей жизни приучил. «Мы в ответе за тех, кого приручили», – без всякого пафоса процитировал бизнесмен.

Однако странно подобное услышать от воротилы с сомнительной репутацией и убийцы-мстителя, мелькнуло у Елены Петровны.

– И вдруг такой сюрприз, – продолжал между тем воротила и мститель, – Катрин снова закрутила с Семеновичем. Я подумал: елы-палы, а ведь это выход! Сдать Катьку с рук обратно Семеновичу, и все дела. Решил с банкиром переговорить, успокоить, что в напряге не буду, если они возобновят отношения. Но не срослось. Явились вы и ошарашили меня неожиданной новостью. – Артур Георгиевич подобрал с дорожки камешек, прицелился, сощурив один глаз, и отправил его в лоб скульптурной композиции «Девушка с веслом».

Ведет себя как пацан, поразилась Зотова. То апельсины по коридорам разбрасывает, теперь камешками портит имущество. А еще букеты шлет, диктофоны тырит и изображает из себя неуловимого мстителя. Синюю птицу он искал! Господи боже мой…

– Когда вы находились у подъезда, видели кого-нибудь? Может, кто-то входил в подъезд или выходил из него? Вспомните, пожалуйста.

– Говорю же, сразу уехал. Пробыл я там не больше трех минут. Кто мог подумать, что Катрин в это время убивают? Знал бы – не уехал.

– Смерть Кутузовой для вас тоже выход. Нет любовницы – нет проблем.

– Слушайте, Елена Петровна, не испытывайте мое терпение. После некоторых событий я на вас, ментов позорных, очень зол, – жестко заявил Гайворонский.

Иллюзии по поводу бизнесмена, только что возникшие у Елены Петровны, вмиг развеялись. Гайворонский – беспощадный убийца. Неважно, что мотив у него был благородный – отомстить Поляку за смерть жены. Он палач, который не остановится ни перед чем.

– Катьку я не убивал, вы прекрасно это знаете, – с раздражением сказал Артур. – Не надо меня провоцировать своими бредовыми версиями на откровенность. Я рассказал вам даже больше, чем следовало. И все, на том закончим. Звякнете, когда тело Катрин можно будет забрать. Семенович жлоб, копейки на похороны не даст, а девчонка мне все-таки не чужая. – Гайворонский поднялся, посмотрел на собеседницу сверху вниз. – По-хорошему прошу: не мешайте мне, дайте завершить то, что я должен был сделать двенадцать лет назад. – И он пошел к выходу, так и не навестив своего отца.