Принцесса огорошена - Марина Воронцова

На секунду я застыла в нерешительности. Горничная молча, как загнанный зверек, следила за выражением моего лица.

– Ладно, поищем записную книжку. Какие из них с вещами? – спросила я у Светы, ткнув в доверху набитый сумочками пакет.

– Не знаю, – огрызнулась та.

– Чем быстрее найдем какие-нибудь документы, тем быстрее ты со всем этим барахлом отсюда выкатишься, – пообещала я воровке.

Света медленно, не спуская с меня глаз, присела и открыла первую попавшуюся сумку.

– Вы кто? – настороженно спросила она.

– Частный детектив, – ответила я, заперев дверь кладовки изнутри и садясь на пол напротив горничной.

Лицо Светы посерело.

– Рассказывай все, что знаешь, – приказала я, пользуясь произведенным эффектом.

– А что рассказывать-то? – еле слышно пробубнила горничная.

– Все, что видела странного и необычного, – предложила я.

Глаза Светы нервно забегали.

– Ну… все началось с того, что Олег Владимирович женился… Потом сразу Владилена приехала. Как снег на голову. Регина Васильевна ее не ждала.

– Как ее полное имя?

– Регины Васильевны? – удивилась Света.

– Владилены!

– А… Полное имя Милявская Владилена Васильевна, – Света машинально открыла сумочку из бисера, театральный вариант. – Я ее вообще первый раз месяц назад увидела. Раньше она никогда не приезжала, а тут вдруг! Уже за полночь было. Я задержалась, потому что Регина Васильевна попросила обязательно произвести генеральную уборку на кухне. Рассортировать там все по баночкам, коробочкам… В общем, не важно. Вдруг звонок в дверь. Открываю – стоит незнакомая женщина. Ни здрасте не сказала, ничего. Сразу: "Где Регина?" Я ей: "А вы кто?" Она меня оттолкнула и говорит: "Позови мою сестру, дура, и порезвее". Тут сама хозяйка вышла. Не могу сказать, чтобы обрадовалась. Сказала только: "Ну привет, Влада. Чего это ты на мою прислугу ругаешься? Не на своей Тенерифе!" В общем, прошли они на кухню и там долго разговаривали. Регина Васильевна все больше на повышенных тонах с В ладой общалась. Кричала даже.

– Что кричала? – машинально вставила вопрос я.

– Ну что-то вроде: "Носа не кажешь! А как припекло, так прибежала!" Про деньги что-то говорила. Потом затихла. Дальше они вроде мирно разговаривали. Хотя я подумала, что Регина сестру выгонит. Уж больно противная баба! Да и выпить любила. В спальне коньяк держала, да и вообще без квадратной бутылочки не ходила. Мы даже смеялись с кухаркой нашей, что Влада с пятью звездочками, как с соской.

– С пятью звездочками? – я настороженно уставилась на горничную.

– Да с разным, какой в магазин завезут! Но больше этот любила, дагестанский. Увидит где-нибудь, сразу купит бутылок десять.

– Она же только неделю тут жила, – оторопела я.

– А она что, думаете, по одной в день их пила, что ли? – зло насплетничала Света. – Поднимется часа в два, идет на кухню. Кофе нальет себе, газетки возьмет и бутылочку откроет! И только знай таскай ей кофе да хабарики вытряхивай!

– Она что, добавляла в кофе коньяк?! – ужаснулась я.

– Ага, – кивнула Света. – Еще и курила одну за одной! Но сердце при этом имела железное. Как-то раз, со скуки, решила шейпингом заняться под кассету, – Света хихикнула в рукав, – мы были в полном ауте! Пьет, курит – а два часа отпрыгала, как олимпийская чемпионка, даже не запыхалась! Вот дает же бог здоровье некоторым…

Интуиция подсказывала, что ничего интересного я так и не узнаю. Одно показалось любопытным – квадратная бутылочка, из которой следователь Ямпольский накачался в сосиску, не Владилене ли Васильевне принадлежит? Интересно посмотреть, что там за коньяк такой странный? Дама пусть и отменно здоровая, но худощавая, глушила его чуть ли не литрами, а здоровенный дядька отключился после нескольких глотков.

– Здесь вот ключик какой-то, – горничная нерешительно протянула мне ключ из глянцевого белого металла.

Ключ! В голове мелькнула мысль – не его ли требовала Регина Васильевна у сестры во время их последней перебранки? Ключик нормальных размеров, сантиметров пять в длину, только, может, чуть потолще обычных ключей. На головке выбит номер 99764.

– От чего он? – подумала я вслух.

В изящной сумочке с костяными ручками, которую я открыла, лежала записная книжка. Странная какая-то. Фамилий на каждую букву чрезвычайно мало, но две-три. Против каждой фамилии номера из пяти цифр. Если мне не изменяет память, в нашей стране такие номера присваивают телефонам только тех городов, население которых не превышает пятидесяти тысяч человек.

– Чья это сумка? – спросила я у Светы, которая деловито обшаривала барахло.

– Не знаю, на моей памяти никто с этой сумкой не ходил, – пожала плечами горничная.

Я тупо читала фамилии: Алтуфьев, Акопян, Алферова, Белых, Безносова, Ведерникова, Витке, Виноградова, Горина, Геваркян, Дмитриева, Денник, Ершов, Егоров, Жирнов, Жемчужная…

– Жемчужная! – я машинально посмотрела на ключ, который держала в руке.

В записной книжке против фамилии стояли те же самые цифры, что выбиты на ключе! Так значит, все номера здесь соответствуют номерам точно таких же ключей!

– Это книжка Владилены, – заключила я.

Горничная перевернула вверх дном последнюю сумку и облегченно вздохнула.

– Все, больше ничего нет.

– Идем, попробуем в комнатах поискать, – сказала я.

Света недовольно поморщилась, поджала губы и вытащила из кармана связку ключей.

– Слушайте, а давайте вы сами поищете, а? У меня мальчишки дома с ума сходят, куда их мать подевалась! У нас тут такие люди вокруг живут, что запросто может что-нибудь случиться!

– Что за люди? – поинтересовалась я.

– Бандюганы всякие, чеченцы, – буркнула в ответ Света. – У нормальных-то людей откуда деньги на такие хоромы! Кстати, если кто спросит – я вам ничего не говорила! Хорошо?

– Не волнуйтесь, ничего никому не расскажу, – ответила я и осторожно приоткрыла дверь.

Тело следователя Ямпольского куда-то делось. Я заглянула в ванную. Эксперт все еще был там.

– Спасибо! – горячо прошептала я ему и послала воздушный поцелуй.

Константин Семенович сделал вид, что поймал приветствие и аккуратно убирает его в пакетик для улик.

Но куда же запропастился Николай Иванович?

Застала я его на кухне. Младший детектив вел задушевные беседы с Аленой на чистейшей "украiнской мове"! Сообразив, что ему, возможно, удастся собрать какие-нибудь ценные сведения, я пошла искать Регину Васильевну. Пока она в состоянии аффекта, самое время выяснить у нее правду о случившемся скандале. Да и вообще, пора узнать, как в ее доме появилась Роза Жемчужная и куда делась настоящая Ольга Колесникова. Кроме того, в моей комнате лежит включенный магнитофон. Может статься, он сумел что-нибудь записать.