Принцесса огорошена - Марина Воронцова

Я неслась к машине, как на пожар. Николай Иванович даже отпрянул назад, когда я грохнулась на водительское место.

– Ну что? – спросил он, откладывая каталог "Квартиры и дачи".

– Они все подстроили! – заорала я. – Им все было известно с самого начала!

– Что подстроили? – не понял Николай Иванович. – Ты что узнала?

– Угадай, кто был попутчиками Жемчужной и Агалаевой на том поезде?! – заорала я.

– Ну? Не томи! – сердито крикнул Николай Иванович.

– Ольга Колесникова и Олег Корсаков!

Младший детектив Яретенко задумался, почесал затылок, вытер лысину, тяжело вздохнул и спросил:

– И что теперь?

Я поглядела на часы. Самолет Ефрема Жемчужного и Розы только что взмыл в небо и взял курс на солнечную Испанию. Потребовать их ареста на испанской границе только на основании того, что они ехали в одном купе с Корсаковым и Колесниковой, невозможно. Мало ли как они там оказались? Гораздо сильнее меня занимал сейчас другой вопрос.

– Коля, а ты хорошо рассмотрел тело, которое нашли в лесу?

– Да, такое не забывается, – фыркнул помощник, – мне оно потом еще дня два в кошмарных снах являлось!

– Ты уверен, что вы нашли цыганку? – спросила я.

– Уверен, а что? – не понял Николай Иванович.

– Возможно, это тело Ольги Колесниковой!

Младший детектив Яретенко насупился.

– Да ну, Сашка, тебе втемяшилось в голову, вот ты и притягиваешь за уши все к одному и тому же. Надули, надули… Подумаешь, ехали в одном и том же купе. Мало ли! Может быть, это Агалаева их вызвала…

– Коля, – я в изумлении повернулась к своему помощнику. – Ты гений! У тебя где-нибудь кассеты есть с изображением распрекрасной семейки Жемчужных?

– Наконец-то оценила. Кассеты есть, в офисе остались. С автографом, между прочим! А тебе зачем?

– Щас все поймешь, – пообещала я, залихватски выруливая на проспект. – Значит, так: в офис за кассетами, а потом – домой к милейшим Корсаковым!

– На фига?! – с расстановкой поинтересовался Николай Иванович.

– Я в этом деле разберусь до конца, и ты меня не остановишь!

– Ладно, прекрасно! – хлопнул ладонями по своим коленям младший детектив Яретенко. – Прощай, агентство! Сначала нас с тобой спросят, на каком, собственно, основании мы скрыли факт убийства, потом заинтересуются нелегальными записями, поисками тела в лесу… Давай, валяй!

– Коля, на это они и рассчитывали, – принялась терпеливо объяснять я. – Что мы с тобой, получив деньги и опасаясь возврата лицензии, никуда обращаться не будем, ясно? Они с самого начала все знали, а нас для чего-то использовали! И я, черт побери, докопаюсь, для чего именно!

– И что, тебе от этого лучше жить станет? – кисло поинтересовался помощник. – Все кого-нибудь для чего-нибудь используют! Это, Сан Саныч, закон цивилизованной жизни, ничего не попишешь. Тебе за услуги заплатили? Конфиденциальность ты в объявлении обещаешь? Особо деликатные семейные дела без лишнего шума расследуешь? Ну и какого рожна тебе эта справедливость?! Подумаешь, использовали!

– Поехали, – упрямо повторила я и, не дав помощнику возможности возразить, утопила газ в пол.

В офисе нас поджидала расстроенная Людочка.

– Люда, мы ненадолго! – крикнула я, пробегая в свой кабинет.

– Угу, – всхлипнула детектив-администратор.

– Что случилось? – нахмурился Николай Иванович, глядя на кучу носовых платков перед Людочкой.

Из сбивчивых объяснений, доносившихся из приемной, я поняла: некий Крис, гражданин Норвегии, переметнулся к другой российской невесте.

– Представляете! – голос Людочки перерос в рыдания. – Она ему сказала, будто я в этом году ездила еще к турку! А я просто так ездила! По путевке отдыхать! Эта же ему все выставила так, будто я, – детектив-администратор смачно высморкалась, – использую брачные предлоги для того, чтобы заграницу посмотреть!

– И он поверил? – хором возмутились мы.

Детектив-администратор немного успокоилась и, как обычно, застрекотала.

– Анекдот про ложку знаете? Звонит Абрам Изе и говорит: "Изя, я слышал, ты пригласил к себе в гости Хейфецов? Так я тебе хочу сказать, что вчера они были в гостях у нас. И пропала серебряная ложка!" Изя спрашивает: "Таки правда пропала?!" Абрам отвечает: "Ну, ложку-то мы потом нашли, но впечатление, знаешь ли, осталось…" Так что не имеет значения, поверил Крисик или нет, но мысли у него всякие все равно появились.

И Людочка опять зарыдала.

– Да плюнь ты на этого буржуя недорезанного! – посоветовал ей Николай Иванович. – Мы тебе и здесь подыщем какого-нибудь гарного хлопца! А?

– Подыщите, – всхлипнула Людочка.

– Вот тебе, Коля, очередной заказ, – съязвила я. – Поиски гарных хлопцев тоже можно считать особо деликатным семейным делом. Неси кассеты! А то мы к Корсаковым и до часа ночи не доберемся.

Николай Иванович, ворча что-то, убежал в свой кабинет и вернулся с кучей пленок.

– Вот! – гордо протянул он их мне. – Да в семидесятые годы у меня бы эти записи с руками оторвали! Сам в "Октябрьском" чуть не в драке покупал!

– Вот мудак! – взревела я, глядя на кассеты.

Младший детектив Яретенко оторопел.

– Ты, Сан Саныч, говори да не заговаривайся, – процедил он сквозь зубы.

– Ох, – я махнула рукой, – Коля, это не про тебя! Смотри, как этот кумир пятидесятых тебе автограф поставил! Ни одного лица не видно!

– И правда, – помощник Яретенко расстроился. – Как я же теперь докажу, что это автограф Жемчужного?

– Ты лучше подумай, где мы теперь их семейную фотографию возьмем, – проворчала я, откидываясь назад в кресле. – Где есть сам Ефрем и все его дочки?

– Придумал! – завопил Николай Иванович. – В "Октябрьском"! Я по телевизору передачу видел, они у себя все афиши по штуке хранят, с автографами и вроде даже музей хотят открыть!

– Угу, – кивнула я, – и как мы убедим их поискать для нас афишу Ефрема Жемчужного?

– Не боись, – выставил вперед пухлые ладошки младший детектив Яретенко, – у меня там давние интимные связи.

– А-а, – я глянула на Николая Ивановича исподлобья. – Тогда волноваться не о чем…

Будем надеяться, что эти "связи" еще не вышли на пенсию и не схватили синдром Паркинсона.

Возле дома Корсаковых творилось подозрительное оживление. Ворота распахнуты настежь. Двор полон машин, причем таких, каких я в своем дворе видеть бы не хотела, – милиция, "скорая", пожарная и синий автобус, именуемый коротко и ясно – "труповозка".